Цветок под куполом. Побег - Олла Дез

события и предотвращением возможных последствий. Я не допущу возникновения в городе мародерства, беспорядков и вандализма, — голос Ива пронесся по зале, и мне показалось, что его услышали даже на улице.

— Уверяю вас, наше появление в городе можно расценивать как невероятную удачу для вас. Не думаю, что без нас у вас бы получилось лучше справиться с ситуацией. Так что давайте сосредоточимся на работе. Итак, для начала императорские покои, одежда, ванна и безопасность наших спутниц. Проводите нас, распечатаю я их сам, это непроблема, — голос Марка был снова обволакивающе спокоен и в зале при его словах все заметно расслабились.

— Я со своей стороны обещаю вам достойную компенсацию убытков и значительную сумму на восстановление города. Так что давайте за работу, — вмешался в разговор Ян и как всегда весело улыбнулся, чем окончательно разрядил обстановку.

Все тут же отмерли и пришли в движение. Какие-то люди приблизились и наперебой стали говорить что-то про одежду, слуг и распоряжений насчет обеда, а потом нас настойчиво стали звать за собой и мы последовали за решительно идущим впереди Ивом и Марком. Ян не стремился шагать впереди, наоборот, остался идти рядом со мной и Сарой, а потом вообще забрал у Сары Петера и подкинул того к потолку, отчего мальчик восторженно запищал. Ян увлеченно нам объяснял принцип запечатывания императорских покоев, чтобы они всегда были готовы, если император вдруг нагрянет. Я находилась в абсолютнейшем шоке от происходящего, и даже удивляться уже не успевала. Сначала оказалось, что Марк император, потом императором стал Ив, а теперь выясняется, что их вообще трое. Как это — три императора? Император должен быть один. Почему же он вдруг расстроился? Темные эти массово рассудок потеряли? Пока шли, я пыталась осмыслить, что теперь я подчиняюсь, целый год непосредственно темному императору, и какие для меня это может иметь последствия. Теперь мне стала понятна такая осведомленность Ива обо мне и моей семье, и гостеприимство орков стало понятно. Только по-прежнему оставалось загадкой, как эти трое чуть не погибли и что делали в светлой крепости.

Пока я размышляла подобным образом и пыталась осмыслить дальнейшие действия, мы подошли к красивым резным дверям. Я ощутила магию Марка и двери отворились, впуская нас в большую и светлую гостиную, из которой во все стороны вело несколько дверей. Комната была великолепна. Вся отделка выполнена в светлых тонах. Бежевые стены украшены белой лепниной на потолке и у трех огромных арочных окон. На полу лежал толстый пушистый кове, похожий на не сильно скошенную траву. Вся мебель выполнена из светлых пород дерева и украшена золотой отделкой. В центре комнаты на причудливых лапах стоял не высокий, но большой стол, а вокруг него расположилось несколько кресел. Лапы у кресел и у стола совпадали, и могло показаться, что это какие-то животные пришли и застыли посреди комнаты. Вдоль стен стояли подобные кресла и при желании за столом могли поместиться до десяти человек. Я пересчитала двери, их было четыре. Две с одной стороны стены и две с другой. В комнате стоял невысокий комод с множеством ящичков и в углу у окна секретер с письменными принадлежностями. Мебелью гостиная была не перегружена, и была, возможно, рассчитана на присутствие большого количества посетителей.

Едва мы вошли, Ян быстро выпроводил всех сопровождающих, предварительно распорядившись поторопиться с одеждой и оружием. Я посмотрела на Ива, который руками потирал виски и решила, что если сейчас промолчу, потом буду точно жалеть и другого шанса мне может, и не предоставят.

— Ваши императорские величества, я хочу отправиться в госпиталь и посетить казармы, чтобы осмотреть раненых. Я все-таки жрица и могу многих спасти.

— Ана, не начинай, пожалуйста. Величества оставь градоначальнику. Он пока выговорит, хоть успокоится немного, — Марк обреченно на меня посмотрел.

— Ана, об этом не может быть и речи. Ты сидишь в императорских покоях, играешь с Петером под присмотром охраны и Сары. Я распорядился, чтобы вам принесли игрушки и вещи для Петера. И это приказ, если ты не поняла, — голос Ива был сердитым и раздраженным.

— Но, Ив, я же могу помочь? Да, я не способна лечить в полную силу пока на мне оковы, но я все-таки многое могу. И сегодня я не расходовала магию. Подумай, сколько жизней я могу спасти. — Я с надеждой посмотрела на Яна, ожидая от него поддержки, но тот к моему удивлению отрицательно помотал головой и выразительно взглянул на Ива, мол, сама с ним разбирайся.

— Ана, подумай сама, как твое появление после нападения будет воспринято жителями? Только что они отбились от светлых жрецов и тут ты. Светлая жрица. Многие погибли, еще больше потеряли своих близких. Как ты думаешь, как быстро тебя растерзают на улице? Это не спорные земли и не столица. Здесь глубинка, они редко видят светлых. А если и видят, то только врагов. Да и скольких ты спасешь? Пять человек? Или, может быть, шесть? И они будут стоить твоей жизни? Если тебя убьют, я буду вынужден принять меры, и это повлечет за собой новые жертвы. Ты этого хочешь? В столице встречаются светлые и их довольно много. Жители столицы привыкли, и не видят в каждом светлом злодея. И, тем не менее, там у тебя будет охрана, без которой ты на улицу не выйдешь. Здесь я не смогу обеспечить должный уровень безопасности, а у меня, Марка и Яна слишком много дел, мы не можем тебя сопровождать.

— Но, Ив…

— Ана, как ты думаешь, сколько в темной империи высших светлых жрецов? А высших темных жрецов? Так вот спешу тебя просветить. Светлая высшая жрица у нас одна, и это ты. Высших темных жрецов у нас всего трое и по уровню лечения они все тебе уступают. Даже если б я не испытывал к тебе личной заинтересованности, мы не были бы тебе обязаны освобождением из темницы и спасением Марка, я бы все равно не рискнул таким редким сокровищем.

— Ана, прости, но Ив прав. Я понимаю твою природу жрицы, и у тебя наверное сейчас все внутри горит от того, что в тебе нуждаются, а ты не можешь помочь. Но поверь, так будет лучше. — Голос Марка был мягок, как будто он с маленьким ребенком разговаривает.

— Значит, я как важный стратегический элемент, все время буду сидеть под охраной и ничего не делать? Я от этого убежала. Там мне тоже запрещали лечить и спасать. Кодекс жрецов не допускает ослушаний, и ты тоже хочешь посадить меня на цепь? — Я разозлилась