Хранители 2. Экзамен на любовь - Алиса Абра

сказать! — возмутилась я. — Я её поймала и отправила Лизе в амулете, за этим делом вы, собственно, меня и застукали.

— Прости, погорячился, — улыбнулся Влад. — А ты, Михаэль, почему ничего не рассказал мне о своих проблемах?

— Я взрослый и должен сам разобраться, — буркнул тот.

— Бывают вещи, когда одному не справиться, — Преображенский обнял его за плечи. — У тебя сила просыпается, дружище.

— Тогда уходить мне отсюда надо, — нахмурился Миха.

— Зачем? — удивился Влад. — Я могу тебе помочь!

— Для вас это опасно, вы же человек, а я демон! — выпалил он.

— Я человек?! — расхохотался тот, показывая клыки и рога.

— Ого! Никогда бы не подумал! — Миха отшатнулся и замер разинув рот, я тоже. Очень интересно было взглянуть на Влада во всей красе! И кстати надо доложить Лизке, что шлем, который я у неё выпросила не распознал истинную сущность Преображенского, а только снял с него личину, в которой тот неузнанным ходил по Академии.

— Позвольте представиться, я — Владдар, — тьма мелькнула в его глазах, а затем излилась и окутала его, являя нам огромного демона.

— Вы демон тени? — с недоверием прошептала я. — Потомок самого Шаддара?! — который, к слову, был нашим с Лизкой самым любимым преподавателем.

— Сам был удивлён! — хохотнул он, возвращая себе прежний облик. — Хорошо, что мама твоей подруги, — Влад кивнул мне, намекая на Лизку, — Шаддара в Академию определила, а то я так бы и не познакомился со своим славным предком!

— Но Михаэль-то светлый, он потомок демонов-хранителей из рода Крылатых Волков! — возразила я, уже успев разглядеть силу своего друга. — Чем вы сможете ему помочь?!

— Я могу сдержать его силу, пока он с наставником определится…

— Да что тут определяться! — нетерпеливо возразила я. — Сейчас я Лизку позову, — я бросила мысленный зов подруге кратко изложив ситуацию, и та мгновенно оказалась рядом. — Ой! — пискнула я, чмокнув её в щёку, — прошу прощения, я же на встречу опаздываю! — со всеми этими приключениями я чуть не забыла про Калмыкова, я быстро юркнула в портал. — А картинки можно покрыть слоем защиты и выставить на ярмарке по окончанию учебного года, — бормотала я, уже взбегая по ступенькам Академии. Остановившись у нужной двери, я перевела дыхание и постучала.

— Заходите, Римати, я рад, что вы не опоздали, — донеслось из-за неё и я вошла.

— Опять приключения? — профессор, сидевший за большим письменным столом работы старых мастеров, оторвался от бумаг и смерил меня лукавым взглядом.

— Нет, что вы, Серафим Львович! — поспешно заверила я. — Всего лишь рабочие моменты.

— Ага, а то я не чувствую! — усмехнулся профессор, в Академию он предпочитал являться в образе седовласого мужчины лет пятидесяти и лишь по торжественным случаям позволял себе несколько помолодеть. Ходили слухи, что в не учебное время он щеголял в демоническом обличии, объясняя это тем, что слишком долго жил среди людей, скрывая свою истинную сущность. — Вы не передумали приобрести кинжал? — спросил он уже без тени улыбки.

— Профессор, а зачем вам здесь земные деньги? — не удержалась я, меня интересовал этот вопрос с того момента, как он объявил цену. Я бы такой раритет ни за что не продала.

— Внук у меня там остался, хочу помочь мальчику, — вздохнул мужчина.

— Но мы бы и так помогли, зачем же ценную вещь продавать? — недоумевала я.

— Так ведь тебе именно этот кинжал нужен? — хитро прищурился он.

— Да. Сама не понимаю почему, — пожав плечами согласилась я. — Запал в душу, хоть ты тресни!

— А у меня он всё равно без дела лежит, — профессор вытащил из ящика стола, потемневший от времени кинжал, рукоять которого была украшена одним единственным камнем и вязью символов. — Артефакты должны работать! — он протянул мне клинок, я осторожно коснулась рукояти, и камень ответил алым всполохом. — Ишь ты, признал хозяйку, значит, не зря тебя к нему тянуло. Твоя вещь, владей! — усмехнулся Калмыков.

Я достала из пространственного кармана пачки сто долларовых купюр, положила на стол и взяла артефакт, который как живой сам лёг мне в руку. Я поразилась возникшему у меня чувству единения с этой старинной вещью, будто встретила давнего друга. Я осторожно вытащила его из ножен, провела пальцами по символам, что витиеватым узором покрывали лезвие клинка и подняла благодарный взгляд на профессора. Но тот с интересом изучал пачку купюр.

— Ой, а эта случайно попала, — я поняла, что отдала пачку картинок Михи, перетянутую лентой его силы и протянула руку чтобы забрать её.

— Подожди! — остановил меня Серафим Львович. — Как интересно! Это же сюжеты из истории древних рас Земли! Откуда у тебя это?!

— Мой друг рисует, — ответила я, поглаживая кинжал.

— Мне нужно обязательно с ним поговорить! Он видит прошлое? Память рода? Нет, скорее память Земли, — рассуждал сам с собой профессор. — Если всё так, как я предполагаю, то парень может знать, где хранятся артефакты древних рас!

— Он рисует не только Землю, но и другие миры, — сообщила я, заметив, что в этой пачке были только земные картинки, известные мне по урокам истории.

— Даже так?! — профессор озадачено потёр подбородок. — Необходимо, чтобы его посмотрел кто-то из высших.

— Хорошо, хорошо, я всё устрою, — заверила его я, заметив лихорадочный блеск, в глазах известного историка.

— Вы можете оставить это мне, на время?! — он с азартом исследователя, наткнувшегося на нечто феноменальное, перебирал картинки.

— Конечно! Нам очень важно ваше мнение. Мы хотели их вставить на продажу на весенней ярмарке.

— Ни в коем случае! — запротестовал профессор. — Это величайшая ценность! Ни один экземпляр не должен пропасть! Вы меня понимаете?! Где этот мальчик?

— Он под присмотром Влада Преображенского … Влада Игоревича, — тут же исправилась я.

— Очень хорошо, пожалуйста, доложите ему, что мальчик уникален!

— Я так и сделаю, а куда передать деньги?

— Какие деньги?

— За кинжал.

— Ах, да, если вам не сложно, —