Джейн Анна - Моя утерянная звезда

— Х-хорошо, я выполню в-все, — слегка заикаясь, ответила я, чувствуя себя так близко к людям, моим спасителям — тут же, в туалете, девушки, за дверью охрана, и одновременно далеко от них — нас отделяет всего лишь моя смерть. А я не хочу, чтобы моя смерть выглядела, как эта вздорная девица с вульгарными жестами.

— Я знала, что ты согласишься. — Потрепала меня за щеку девушка. Она, продолжая держать пистолет у моей головы, стала раздеваться, еще и меня заставила помочь ей в этом. Хотя платье было пышным, разделась Алиса быстро, а, увидев мое недоумение, подмигнула мне и сказала:

— Тренировалась.

Пока я, едва двигаясь от сковавшего меня ужаса, надевала пышное платье, застегивала его, путаясь в нежной ткани, брюнетка говорила, тревожно оглядываясь на дверь — мы были в туалете уже минут десять, хотя мне казалось, что я нахожусь в ее обществе уже пару часов. Сама она буквально за пол минут облачилась в мою юбку и блузку, не забыв напялить мои солнцезащитные очки и даже туфли — они, впрочем, оказались ей малы.

— Сейчас ты поедешь в Белохрам, где и проведешь три дня. Там никто не знает, как я должна выглядеть, а жених и его родственнички туда не приедут. На церемонии ты тоже будешь с закрытым лицом, поэтому брак заключить для тебя — дело плевое, актриса. Охрана из-за вуали не заметит подмены — у нас похожие фигуры — хорошо, что мне попалась ты, — Алиса радостно улыбнулась, — и ростом мы одинаковы почти. Мне повезло. В тачке тебя будет ждать один человечек — он включен в игру, поэтому поможет тебе и расскажет все дальнейшие инструкции. Вот мы тебя и одели, Линда. Ты ведь Линда, так? А теперь стой смирно, и не смей шевелиться, или твои глисты…сама знаешь, какие у них появится друзья.

Ненормальная невеста каким-то неведомым движением достала из-за плеча небольшой тоненький и очень острый нож, неожиданно развернула меня спиной к себе и одним движением отрезала мне мои волосы! Они безжизненными прядями упали на пол туалета, контрастируя с бежевой плиткой.

— Что ты сделала…? — Я старалась, чтобы в моих глазах не появились слезы — слезы ярости, испуга и непонимания одновременно, но эта уродка заметила их и, прижав нож к моему горлу, прошипела:

— Заткнись. Ненавижу слезы. Я убью тебя, если зарыдаешь. — Она взяла меня за оставшиеся длинные пряди волос — те, которые когда-то давно были челкой, и еще парой неровных движений сделал мне что-то наподобие длинной, неровной и, наверняка, ужасно страшной челки. Я в ужасе коснулась головы руками.

Она "подправила" мне прическу, кое-где еще укоротив волосы и нахлобучила на остатки некогда красивых и длинных волос фату и вуаль.

— Мило, очень похоже. — Понравился ей результат. — Уже много времени. Выходи. Те девки только что ушли, и никто не заходил. Еще раз объясняю — выходишь и идешь вместе с охраной к лимузину. Человек, который сидит там, расскажет тебе все. Не дай себя засечь — иначе я взорву тебя, клянусь. — Ее голос был серьезным. — Я не нажму на кнопочку, чтобы уничтожить тебя только в том случае, если через три дня в газетках не появится сообщение о том, что на тебе женился один человек.

— Какой? — В ужасе спросила я, выходя из кабинки, путаясь одеревеневшими ногами в пышном платье.

— Очень милый, — ответила мне с ехидно-мечтательной улыбкой лже-невеста, — ты не представляешь, насколько он мил и чудесен. Он обязательно тебе понравится.

Я сглотнула. Что за абсурдная ситуация? Может быть, я сплю?

— Почему же ты сама не хочешь замуж за милого и чудесного человека? — Набравшись смелости, спросила я. Так, нужно дышать ровно, нужно успокаиваться. Вдох-выдох, вдох-выдох.

Алиса рассмеялась и опять взлохматила свою прическу:

— Какая же ты дурная, актрисочка. Заткнись, не выводи меня из себя. А лучше запомни — только такие, как ты, могут выйти замуж не по любви. Я знаю твой мир — для тебя же это нормально — спать с мужчиной из-за денег или из-за роли. Думаешь, я не знаю, как вы получаете свои роли в своих дрянных фильмах? — Темные глаза девушки блеснули злобой. Я потупила взгляд. Вот же сумасшедшая!

— Иди и борись за свою жизнь, детка, она — в моих славных руках, — хлопнула меня по спине девушка. — А если ты не веришь, что сейчас на тебе находится бомба — можешь сбежать. Так и быть, я приеду на твои похороны. Ты же не замужем? Тогда тебя прямо в этом свадебном платье и похоронят, да. Хотя, что будут хоронить? Взрыв будет ох, какой сильный. Куски пло…

— Я все сделаю, — с невиданной силой проснулся во мне инстинкт к жизни, перебивая речь этой больной. Как нало, никакого оружия у меня нет, даже перцового баллончика — да и ждала ли я нападения в женском туалете аэропорта?

— Ну и молодец. А, да, не болтай, только кивай. — Заботливо поправила мне вуаль Алиса, продолжая развязно жевать, и скрылась все в той же кабинке туалета. — Иди уже, моя охрана заждалась тебя.

И моя тоже заждалась, даже странно, что они не ломится сюда. Едва я об этом подумала, как дверь отъехала, и в туалет, чуть-чуть стесняясь, пробрался один из моих секьюрити и парень из охраны Алисы, вовремя убравшейся с глаз.

Я широко раскрытыми глазами посмотрела на своего охранника, не понимая, молиться ли мне за то, чтобы он меня узнал и спас, или не узнал и дал мне свободно уйти, не взорвавшись прямо здесь.

— Гдин-эль Алиса, — бросился ко мне второй зашедший, — мы опаздываем. Пойдемте. — И он, цепко схватив меня за руку, едва ли не поволок за собой, одновременно стараясь закрыть плечом от взора моего охранника. Тому, впрочем, было не до девушки в подвенечном платье, он методично осматривал кабинки и спрашивал:

— Гдин-эль Линда? Наш самолет уже скоро.

— Быстрее, — тихо произнес подельник Алисы, и я почувствовала, как мне в ребра уперлось что-то твердое. Мне не пришлось долго думать, что же это может быть такое. В одном из эпизодов моей героине, которой я сейчас мечтала стать хотя бы на пять минут, также приставили дуло пистолета к боку. Тогда мы все сняли со второго дубля…

— Делай, как я говорю, — прошептал мужчина. — Не дергайся, и все будет хорошо.

Я только кивнула и покорно зашагала следом за ним, проклиная про себя Алису и оплакивая себя, Каннский фестиваль и волосы, сиротливо оставшиеся лежать на холодном и грязном полу. Скоро ли до парня дойдет, что его подопечная, то есть я, пропала? Что он будет делать? Сумеют ли найти меня или нет? И может ли быть эта ситуация розыгрышем?

Какое же это страшное и необычное ч4увство — чувствовать себя бомбой замедленного действия. Едва я об этом подумала, как по бедру, в том месте, где было приклеено нечто, что Алиса назвала миниатюрной взрывчаткой, послился холодок. Вновь на меня нахлынули панические атаки страха, и сердце слишком часто забилось, не разрешая легким дышать в полной мере.