Мара Вульф - Лунный серебряный свет

— Амели, мне нужно пойти к Кэламу. Можешь прикрыть меня? — спросила я после школы, когда мы вместе шли к машине. Она посмотрела на меня подбадривающим взглядом. Я не хотела, чтобы ей приходилось врать отцу, но у меня не было выбора.

— Ясно дело, — ответила она без следа нечистой совести и уехала.

Я подошла к дому пастора, сильнее кутаясь в свою тонкую крутку, и постучала в дверь. Затем я отошла на шаг назад. Слишком долго никто не открывал, и я уже собиралась уходить, когда услышала шаги. Моё сердце заколотилось и рухнуло вниз. Вот сейчас я бы точно предпочла убежать. В этот момент дверь открылась, и передо мной стояла Софи.

— Эмма! — воскликнула она. — Заходи. — Она затащила меня в дом, посмотрев серьёзным взглядом. — Ты хочешь увидеться с Кэламом?

Я кивнула.

— Не пойми меня неправильно, Эмма, но я сомневаюсь, что это хорошая идея.

Что с ней случилось? Весь мир сговорился против меня?

— Мне нужно с ним поговорить, Софи. Я всего лишь хочу понять, что происходит. Или ты мне можешь всё объяснить? Итан сказал, он разговаривал с доктором Эриксоном, а потом он запретил мне видеться с Кэламом.

— Ах, дитя. Всё так сложно. Хорошо. Я разрешу тебе поговорить с ним. Один единственный раз, слышишь?

Я кивнула.

— Кэлам в своей комнате. Сегодня утром ему было не очень хорошо. Просто поднимись по лестнице, вторая дверь налево. Ты не ошибёшься.

Я медленно последовала по её описанию. Перед его комнатой я остановилась, мои коленки дрожали, а мужество покинуло меня. Я услышала тихую музыку — он играл на гитаре. Это была песня, которую мы разучили вчера. Я прислонилась лбом к двери, прислушиваясь к музыке и стараясь успокоить своё сердце. Затем я постучала. Песня прекратилась.

Прошли секунды.

— Заходи, — крикнул он, и у меня было такое чувство, будто он знал, что это я. Открыв дверь, я остановилась. Он сидел на своей кровати с гитарой на коленях.

— Я не хотела тебе мешать, извини, пожалуйста, — пробормотала я. Каждый раз, когда я нервничала, я не знала, куда деть свои руки, так что я засунула их в карманы.

— Проходи, присаживайся.

Он встал и отставил гитару в угол. Помещение было большим. В центре комнаты под сводом крыши стояла широкая кровать, накрытая сине-бежевым лоскутным одеялом. Здесь было много книжных полок, на которых стояло бесчисленное количество книг и компакт-дисков. На стене рядом с кроватью висела моя картина.

Кэлам сел на единственный стул за письменным столом так далеко, насколько это было возможно. Больше ничего не напоминало о вчерашней близости. Я не знала, как начать, и он не упрощал задачу. Я подошла к окну и повернулась к нему спиной. Говорить с ним было проще, когда он не гипнотизировал меня своими синими глазами. Мне потребовался момент, чтобы собраться, затем я сделала глубокий вздох и уже хотела начать говорить, как он нетерпеливо произнёс:

— Эмма, вчера Итан дал чётко понять, тебе не следовало приходить. Для тебя же лучше, если ты будешь держаться от меня подальше.

— Почему ты так говоришь? — возразила я, начиная злиться. — Ты думаешь, я позволю вам так со мной обращаться? Я больше не маленький ребёнок. Я хочу услышать объяснения, что всё это значит? Почему Итан запрещает нам быть вместе? Почему ты то близок ко мне, то на следующий день отстранён? Ты должен мне сказать, что происходит, и что всё это значит!

Он посмотрел на меня. Внезапно я почувствовала себя абсолютно слабой и опустилась на кровать.

— Пожалуйста, — прошептала я. — Я всего лишь хочу знать правду.

Кэлам развернулся на своём стуле так, что теперь он смотрел в окно. Он ничего не говорил, а я продолжала наблюдать за ним. Кэлам злился, это было совершенно очевидно. Но это лишь делало его ещё прекрасней. Раздражённым жестом он провёл рукой по растрёпанным волосам, убирая их со лба, и стиснул зубы. Его скулы выступили сильнее, а руки сжались в кулаки на спинке стула. В фильме героиня бросилась бы своему принцу на руки, подумала я. Но, к сожалению, здесь не Голливуд. Он всё ещё не отвечал, уставившись в окно. После нескольких минут молчания я не выдержала и встала, сомневаясь остаться мне или уйти. Смирившись, я развернулась к двери.

— Пожалуйста, подожди. Давай пойдём в лес, там мы сможем спокойно поговорить. — Он накинул куртку, и мы спустились по лестнице. Он открыл дверь и молча пошёл вперёд. Я старалась держаться его темпа, но в скором времени у меня сбилось дыхание.

— Не мог бы ты идти помедленнее, пожалуйста, — прокряхтела я. Он нетерпеливо развернулся, однако замедлил шаг. Вся его осанка выражала отказ, и я задалась вопросом, было ли это хорошей идеей, пойти с ним.

Мы сели на берегу маленького пруда. Уже смеркалось, у нас было мало времени. Возможно, Итан начнёт поисковую операцию, если я не вернусь вовремя. Надеюсь, его не будет дома, когда я приду.

Кэлам молчал.

— Не хочешь ничего мне объяснить? — начала я, чтобы нарушить тишину. — Это бы всё сильно упростило.

— Это не так легко для меня. Я не думаю, что ты поймёшь… сможешь понять, почему я себя так веду. Я потеряю тебя, и меня пугает, насколько тяжело это будет для меня, — нерешительно слетело с его губ.

От этого признания я перестала дышать и повернула голову в его сторону. Он смотрел на меня, и в его глазах я действительно увидела страх. Я осторожно протянула к нему руку. Под своими пальцами я почувствовала давно знакомые и такие нежные электрические разряды.

— Всё настолько плохо? — прошептала я.

Он схватил мою руку, притянул к своим губам и прижал к щеке. Я ощутила его гладкую кожу, молча ожидая ответа.

— Хуже, — он снова замолк, словно на целую вечность. Потом он сдаваясь вздохнул. — Я не знаю, с чего мне начать. Я бы очень хотел, чтобы ты всё поняла, чтобы всё узнала, и у меня больше не было от тебя тайн. Но с другой стороны, тебе лучше ничего не знать.

Я растеряно смотрела на него.

— Я не тот, кем могу казаться, я не тот, как бы ты могла подумать, — он говорил медленно и тихо, так что я едва ли понимала его слова.

— Что..? — Я непонимающе уставилась на него.

— Позволь мне, пожалуйста, договорить. Это достаточно сложно.

Что ж, я замолчала. Кэлам не смотрел на меня, когда продолжил.

— Ты знаешь, что я как и ты не захожу в озеро или море. Только у меня для этого другие причины. Я не боюсь воды или глубины. Наоборот, это моя истинная стихия. Мой народ живёт в воде. Но пока я нахожусь среди людей, я могу возвращаться в воду только в полнолуние.

Я подумала, что ослышалась, совершенно не понимая, что он имеет в виду.

— Я не хотел влюбляться в тебя. Я пытался сохранять дистанцию, держаться от тебя подальше, но я не был достаточно сильным. Я знал с самого начала, что хорошего конца не будет.