Путь для попаданки (СИ) - Снежная Марина

– Может, лучше бы я понесла наказание? Все равно оставаться здесь теперь бессмысленно.

– Так, а вот этот настрой лучше гони прочь! – возмутилась я, внутренне тревожась из-за той обреченности, что читалась на лице девушки. – Не разочаровывай меня! Куда подевалась воительница, готовая глотку перегрызть любому за то, во что верит?

– Сдулась, – слабо улыбнулась Луиза. – Оказалась никому не нужна, и это ее уничтожило.

– Будешь ты кому-то нужна или нет, зависит только от тебя, – тихо сказала. – Не отталкивай людей, и все будет хорошо! Понимаю, что иногда те, кому ты открываешь душу, разочаровывают… Но если будешь закрываться абсолютно от всех, жизнь и правда потеряет смысл. Поверь мне. Я-то знаю! У меня, как и у тебя, очень сложные отношения с самыми близкими. По сути, меня просто желали использовать, прогнуть под себя. Никакой любви и поддержки с их стороны я за всю жизнь не видела. Но зато нашла других, кому решилась открыться. И не пожалела. С тобой может быть так же.

Мы молча смотрели друг на друга, и я чувствовала, как в Луизе прямо сейчас происходит переосмысление всего, во что верила. Наконец, ее губы разлепились, а из взгляда исчезла так пугающая обреченность:

– Я попробую.

– Вот и отлично! – обрадовалась я. – Такой настрой мне нравится куда больше!

– Ты сможешь простить меня когда-нибудь? – она неуверенно улыбнулась. – Мне, правда, безумно стыдно из-за того, что я пыталась сделать. Ты же в ответ… – ее голос сорвался. – Не понимаю, почему ты это делаешь, но я в любом случае тебе благодарна.

– Уже простила, – откликнулась, с удивлением понимая, что это искренне. Конечно, осадок еще остался, но я была уверена, что со временем исчезнет и он.

– Я… – заметив, как из уголка глаза Луизы выкатилась слеза, ощутила, как внутри защемило. – Ты не пожалеешь. С этого дня у тебя не будет более преданного друга. Возможно, когда-нибудь я тоже смогу тебе помочь в трудную минуту.

Вот такого поворота уж точно не ожидала! По крайней мере, в отношении обычно сдержанной, не склонной к сантиментам амазонки! Видимо, действительно, в глубине души она совершенно другая. А та броня изо льда, которой отгораживала сердце от окружающих, сегодня растаяла. И эта новая Луиза мне нравилась! Может, мы и впрямь станем подругами? В том, что девушка стала доверять мне, убедилась уже через несколько секунд, когда она смущенно сказала:

– Как думаешь, Алойз однажды сможет понять, почему я так поступила?

– Если расскажешь ему все, как есть, без прикрас и недомолвок, уверена, что поймет, – подумав, ответила. – Не говорю, что тут же простит, но что поймет, несомненно. А сможешь ты заслужить его прощение или нет, зависит только от тебя.

– Думаю, если он узнает о  том, что я сделала, то окончательно разочаруется, – с сомнением протянула она.

– Скажи, он правда для тебя важен? – пытливо уставилась на нее.

– Очень, – она потупила взгляд. – Не представляешь, чего мне стоило бороться с собой и делать вид, что он меня нисколько не интересует! Приходилось постоянно напоминать себе о том, что есть цель, от которой я не имею права отказаться. И что это важнее личных симпатий. Думала, что когда он перестанет меня добиваться, станет легче, и я смогу выбросить его из сердца. Но стало только хуже. А еще эти девицы, которые слетаются к нему, как мухи на мед, стоит пальцем поманить. Раньше я знала, что они для него ничего не значат. Теперь же…

– Полагаю, и теперь ничего не изменилось, – улыбнулась я. – И он переживает не меньше, чем ты. Просто таким способом пытается забыться.

– Не уверена в этом.

– Знаешь, у тебя есть два варианта действий. Оставить все как есть и со временем окончательно его потерять. Или попытаться вернуть, смирив гордость.

– Да какую там гордость?! – она вздохнула. – Я бы хоть сейчас попыталась с ним поговорить. Но мое признание может показаться ему слишком ужасным и отпугнет совсем.

– И все-таки я считаю, что откровенность в вашем случае необходима. – Помолчав, добавила: – У Алойза в жизни уже была большая любовь. И разрушилась она из-за лжи и предательства. С тех пор для него самое важное в отношениях – честность и искренность. Несмотря на боязнь повторного разочарования, он открыл тебе свое сердце. Сделал попытку быть счастливым. Ты же…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Лицо Луизы исказилось от боли, и я поспешила свернуть тему.

– Так что твое объяснение, если не будет полностью правдивым, лишь отпугнет его окончательно. И пусть даже Алойз не захочет возобновлять отношения, но по крайней мере, станет тебя уважать.

– Ты права, – глухо произнесла она. – Я должна хотя бы попытаться. Но знаешь, решиться на это намного  тяжелее, чем на любую дуэль! – слабо улыбнулась.

– Охотно верю, – я подмигнула ей, – но ты сильная, справишься!

– А ты можешь найти и привести Алойза прямо сейчас? – голос Луизы внезапно окреп, весь вид девушки тоже изменился.

Передо мной снова была прежняя амазонка. С одним лишь отличием – врагом она для меня быть перестала. И свою силу и уверенность собиралась направить на совершенно мирные цели. Невольно улыбнулась, глядя, как Луиза решительно вылезает из кровати и приводит себя в порядок, поправляя платье и прическу.

– Попробую, – я тоже поднялась. – Если он дома. А то в воскресенье вечером наши обычно в город отправляются.

Она чуть сникла, потом снова расправила плечи.

– Не получится сегодня, сделаю это завтра. Но ты все равно сходи, ладно? Я бы и сама пошла, но там будет куча лишних ушей и глаз. Хочу поговорить с ним наедине.

– Схожу, конечно! Мне не трудно, – усмехнулась я. – Тем более что надоело смотреть на то, как вы оба старательно друг друга не замечаете.

Когда я выходила из лазарета, на душе было легко. И я искренне желала, чтобы все разногласия между двумя влюбленными разрешились. Луиза, конечно, наломала дров, но если Алойз ее и правда любит, то даст второй шанс. Если же нет, пусть лучше она узнает об этом сразу, чем долгие годы страдать издалека и мучиться от вопросов.

Как ни странно, все наши оказались дома. Никто в город сегодня не пошел. Собравшись в гостиной, что-то обсуждали. И судя по обрывкам фраз, занимала их наша с Луизой судьба. Виатор, видимо, молчал как партизан, так ничего и не объяснив.

Не успела я появиться на пороге, как послышались взволнованные возгласы. Первой ко мне бросилась Антхея и порывисто обняла.

– Хоть ты объясни, что происходит! Какой-то страж принес твои вещи и сказал, что ты и Луиза в лазарете. Но что туда сейчас нельзя, и вы вернетесь, когда сможете.

– Все в порядке, – постаралась ответить как можно безмятежнее. – Луизу накачали успокоительным и решили, что будет лучше, если проведет ночь в лазарете. А я за компанию захотела остаться с ней. Случилось же… В общем, неудачная попытка вызова демона. – Взглядом я постаралась сказать Антхее, что объясню все позже и наедине. Наверное, подруга за это время научилась неплохо меня понимать, поскольку с расспросами отстала и кивнула.

– Так кто демона-то вызвал? – недоуменно спросила Оймера. – Из-за чего переполох такой? По академическому городку столько слухов странных ходит! Что тут целые полчища демонов прорвались, а стража едва с ними разобралась. И что в Академию проникли враждебно настроенные маги, которые желают захватить власть на острове.

Я лишь округлила глаза – надо же, как у адептов фантазия работает! Оймера же продолжала делиться слухами, повергая меня в немой шок:

– Говорят, тебя отсюда куратор лично выносил, окровавленную и едва живую. Что над тобой все светлые маги Академии целую ночь исцеление проводили.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– Да бред же это! – не выдержала я. – Прорыв и правда произошел. Мы с Луизой намудрили что-то с рунами. Да и вообще я не должна была без нее проводить обряд, но не удержалась. Потому тут и оказалась наедине с демоном, – выдвинула ту версию, которой решила придерживаться. – И он был совсем один. Не самый опасный, кстати.

– Хоть хватило ума опасных не вызывать! – ехидно встряла Беатриса. – Но ты все-таки идиотка, кузина!