Война на факультете некромантии (СИ) - Ибис Александра

— Их Королевские Величества желают сказать слово, — магически усиленным голосом, объявил церемониймейстер, чьим вторым даром, помимо огненного драконьего, был дар мага-универсала. Он важно стоял в своём алом костюме неподалёку от маистата.

— Мы рады приветствовать всех участников турнира, — мягко начала мама, громкость чьего голоса усиливала магия церемониймейстера. — Тех, для кого Дарнея является домом, и тех, кто прибыл к нам издалека. Через день вам предстоят тяжёлые испытания.

— Вам предстоит доказать свою силу, применить только полученные знания, показать свою храбрость, проявить смекалку, — вступил отец, чуть приобняв маму за талию и беря свободной рукой наполненный красным вином бокал с поднесённого ему лакеем подноса. Он вручил его маме и взял второй уже себе. — Пока же расслабьтесь и насладитесь нашим гостеприимством!

— Да прольётся вино, да зазвенят бокалы, да опустеют столы и да начнутся танцы! — заключила мама, и они подняли и осушили бокалы.

Гости тоже взяли бокалы со сладким вином с подносов шустрых лакеев. Максимилиан перехватил вино для нас.

— За прекраснейшую девушку на этом балу! — поднял бокал однокурсник.

Я взяла второй из его рук и сделала большой глоток. Да ударит мне в голову алкоголь, да разгорится ледяное пламя!

Глава 13. Бал дебютантов(6)

***

Максимилиан Сейрён

Танцевать с Лораси — это всё равно что скользить по толстому льду, держа равновесие, постоянно поворачиваясь, приседая и одновременно пытаясь решить в уме задачку из высшей математики. В смысле, так же сложно.

Нет, она не наступала мне на ноги и не позорила абсолютным неумением двигаться. Напротив, она кружила, как фея, маленькая и изящная. Однако её движения… первое время казались хаотичными. Лораси смешивала разные танцы, создавая свой собственный. И догадаться о её следующем шаге можно было лишь по тому, какое произведение играет оркестр. А последовать за ней являлось возможным лишь тогда, когда ни на мгновение, ни на одну короткую секунду, не отрываешь от неё глаз, плюя на всё, что происходит вокруг.

— Да ты издеваешься? — шикнул я, когда девушка прыгнула, вынуждая меня поспешить поймать её.

— Покружи, — улыбаясь чему-то, попросила Лораси, обвив мою шею руками. От неё одуряюще пахло клубникой, и это стало решающим фактором: я закружил её, а она одарила меня заливистым весёлым смехом.

Едва я поставил драконицу на ноги, как она отошла от меня, зазывая за собой. Когда я нагнал её, принцесса прижалась спиной к моей груди и откинула голову. Я прекрасно услышал, как удовлетворённо девушка выдохнула. А потом Лораси обошла меня по кругу, обводя рукой грудь и спину, встала напротив. Её рука остановилась на моём плече, другая накрыла второе плечо. Лораси приподнялась на носочки, дурманя меня всё усиливающимся клубничным ароматом.

— Ты точно драконица? — спросил я, как зачарованный глядя в золотые счастливые глаза. — Сегодня ты больше похода на коварную фею.

— Если я фея, то ты кто? Большой и страшный великан? — она хихикнула, потянувшись ко мне. Подайся я ей немного навстречу — и коснусь пахнущих ягодами губ.

Лораси опустилась на пятки и крепко прижалась ко мне всем телом. Я чуть приподнял её, покружил для вида и уже потянулся к губам, уже ощутил их сладость…

— Смена партнёров! — драконицу вдруг бесцеремонно выдернули из моих рук. — Сестрёнка, ты разрушаешь папину хрупкую нервную систему!

Какой-то хмырь поставил Лораси на паркетный блестящий пол. Золотые глаза, веснушки и насмешливая улыбка сразу выдавали в нём брата Лораси, имевшего с ней больше общего, чем Кристиан.

— Люк, тебе жить надоело? — так сладенько, что у меня аж зубы свело, спросила у дракона девушка.

— А я думал, что тебе, — невозмутимо ответил названный Люком.

— Судя по тому, что ты влез, тебе очень хочется последовать за мной.

— Напротив, как и тебе, мне хочется жить.

Лораси усмехнулась и сложила руки на груди.

— Будешь моим реквизитом для турнира?

— Будешь моим щитом от родительского гнева?

— Что натворил?

— Ограбил одного чокнутого мага.

У драконицы воздух из груди вышибло, и она откашлялась, прервав их переброску фразами на скорость.

— И зачем?

— Хочешь снова стать блондинкой, радость моя? Ты извини, рыжий, конечно, отлично показывает, что ты сволочь, но примерной девочкой прикидываться проще, когда ты блондинка.

— Жаль, нет средства, которое делает из придурков нормальных братьев.

— У придурочной сестры и братья соответствующие!

Я одобрительно хмыкнул. Лораси бросила на меня быстрый взгляд и погрозила кулаком. Мне осталось только руками развести, потому что: «Извини, фея, но так и есть».

— То, что ты стащил у мага, не может подождать до конца бала? — спросила драконица, вновь обращаясь к своему брату.

— Что, мешаю развлекаться? И не стыдно же, на глазах у всех, ай-яй, — Люк стукнул её указательным пальцем по носу.

Мой рыжий ёж поморщился.

— Кто бы говорил! Мне напомнить леди Розину и то, как вы свалились полуголые с облаков?

Чем больше я слышал, тем больше поражался драконам и не знал даже, уважать её братца или считать ненормальным.

— А леди красивая была? — поинтересовался я.

— И замужняя, — хмыкнула Лораси.

Не, всё же психи они, эти драконы. И меня угораздило по уши влюбиться в одну из них.

Глава 14. Зло не играет честно(1)

Максимилиан Сейрён

— У меня есть план! — заявила донельзя бодрая Лораси, с разбегу запрыгивая на свою практически трёхспальную кровать, застеленную льдисто-голубым жаккардовым покрывалом со снежинками. Её рыжие локоны из огненных стали скорее янтарными, и я пришёл к выводу, что магическое средство, данное ей братом, если и подействовало, то слегка. Либо его нужно было применять несколько раз. Как на многоступенчатом окрашивании: маме делали подобное на Земле, когда ей захотелось стать шатенкой из брюнетки. Обесцвечивание, потом краска, всякая муть.

— Этот план не предполагает того, что мы должны выспаться? — спросил Рамон, зевая так, что чуть челюсть не вывихнул. Эрна, лежащая на кровати Лораси, подала признаки жизни, поддержав его слабым стоном. Кажется, она спала.

— Зло не дремлет! А мы с вами зло, — с широкой улыбкой заявила драконица и пихнула свою подругу в бок. — Не спать! Кто меня обычно будит ни свет ни заря, потому что занятия — это важно?

— Так сегодня-то у нас выходной, — сонно простонала Эрна. — У меня ноги болят.

Рамон и Эйзен поддержали девушку слабыми «ага» и «вообще». Эйзен, типун ему на язык, припечатал:

— Вы, драконы, точно фрики какие-то! Закончить торжественное открытие в четыре, чтоб вас, утра! И только тогда объявить, что нам делать предстоит, — мой сосед застонал, схватившись за свою голову. Его тёмные волосы, вопреки обычному, сегодня напоминали железную мочалку, нечёсаные. Я даже возблагодарил драконицу, что разбудила нас и не дала особого времени на сборы: до того приятно было видеть, что этот гад выбит из своего полудевичьего облика.

— Так танцы же, — пожала плечами Лораси. — И вообще, отставить нытьё! Вы у меня бойцы или пушечное мяско?

Драконица встала на кровати, придавая себе значимости. Я хмыкнул, но всё же поднялся с бархатного голубенького пуфика и встал с ней рядом, только на полу, на мягком белом ковре. В отличие от двух человек и одного эльфёныша, который слюни мою драконицу пускает, я, морской змей, способен бороться со сном. И я же тоже капитан!

— Так что за план? — подбодрил я девушку, вспоминая, как уже под утро её причёска распустилась, и я кружил её, а рыжие волосы развевались и щекотали мне лицо, когда поднимал её высоко над полом.

— Мы победим в турнире! — объявила Лораси, собравшая нас всех в десять утра в своей спальне. — Ослабим соперников, ограбим их и победим! Потому что зачем мы ещё приехали, как не за победой?

— Отличный план, — съязвил Эйзен, строя умирающего на диване с шёлковой голубой обивкой. — Как исполнить прикажешь?