Карен Монинг - Кровавая лихорадка

— Возможно, вы желаете вернуть сексуальное желание и привлекательность? — заманчиво произнес он увядшей красотке с глубокими морщинами у рта и глазами словно тлеющие красные угли.

— Вернуть мужа? А его новой жене… как бы это сказать… преподать урок?

— А может быть, — продолжал дразнить аукционист обращаясь к мужчине в четвертом ряду, с беспокойным лицом, самым беспокойным что я видела. — Вы желаете сокрушить своих врагов?

Аукцион словно взорвался.

Все это время Бэрронс просидел без движения, не смотря по сторонам. Я, в отличие от него, бесстыдно глазела по сторонам. Сердце глухо билось, а я даже никак не могла поучаствовать в процессе торгов.

Я все ждала, когда же Бэрронс начнет делать ставки, и сильно встревожилась, когда он этого так и не сделал. Круз, это был безусловно тот самый Крус, легендарный создатель браслета, который предлагал мне В’лэйн. Эльфийская реликвия невероятного могущества, и даже если мы не собираемся применить его сами, ему не место в нашем мире. Это был Объект Силы. Каждая моя клеточка ши-видящей жаждала изъять его из мира людей, где ему никогда не было места, в злых руках он мог принести огромные беды, как доказательство его бывший владелец один известный всем немецкий диктатор. Я прижалась к Бэрронсу и прошипела ему в ухо:

— Скажи что-нибудь. Делай ставки!

Он взял мою руку и сжал в своей. Мои косточки затрещали. Я заткнулась.

Ставки достигли астрономических размеров. Очевидно, что у Бэрронса таких денег просто не было.

Поверить не могу но, кажется, мы собирались оставить все как есть.

Борьба теперь разгорелась между пятью аукционерами. После непродолжительной схватки остались только двое: знаменитость и умирающий старик. Когда ставки достигли восьмизначных чисел, знаменитый расхохотался и отказался от дальнейшего участия.

— У меня и так есть все, что я хочу, — сказал он, и я с радостью поняла, что он говорил это совершенно искренне. В этой комнате набитой враждебными и завидующими друг другу людьми, он был счастлив обладанием картины Климта, и всей своей жизнью в частности. Мое мнение о нем улучшилось. Я решила, что у него не такие уж плохие волосы, и восхитилась, насколько ему пофиг, что о нем думают другие. Хорошо ему.

Аукцион закончился через час. Примерно еще через несколько, вернувшись назад на частном самолете — везти с собой нелегальные предметы на общественном транспорте трудновато — мы стояли перед книжным магазином, как раз перед рассветом. Мои силы были исчерпаны, я спала в самолете, проснулась только когда мы приземлились, и узнала что оказывается спала с открытым ртом и тихо похрапывала, а Бэрронс веселился от души наблюдая эту картину.

Я была зла, что он позволил уйти объекту силы. Я хотела знать точно степень его могущества. И еще я хотела знать, мог ли он защитить меня лучше чем предложенный В’лэйном браслет.

— Почему ты даже не поборолся за него? — сердито спросила я, когда он открыл входную дверь.

Он вошел следом за мной.

— Я покупаю лишь для прикрытия, чтобы продолжать получать приглашения. Любое приобретение сделанное на таком аукционе отслеживается и записывается. Я не люблю, когда другие знают что у меня есть. Я никогда не покупаю то, что хочу.

— Это просто глупость какая-то. Как ты в таком случае получаешь то, что хочешь? — я подозрительно прищурилась. — Бэрронс, я не собираюсь помогать тебе красть этот амулет.

Он рассмеялся.

— Вы не хотите заполучить его? Мисс, Лэйн, аукционист ошибся. Это не Амулет Круса. Эту безделушку создал сам Король Невидимых, это одна из Священных Реликвий Невидимых.

Несколько месяцев назад я не поверила бы в существование каких-то там священных реликвий, но еще несколько месяцев назад я не предполагала, что смогу убивать.

Священные Реликвии были самыми страшными, сильными и страстно желаемыми эльфийскими артефактами. Существовало четыре артефакта Светлых или Видимых Священных Реликвий: копье, меч, котел и камень, и четыре Темных или Невидимых Священных Реликвий: амулет, ларец, зеркало и самая ужасная из всех — «Синсар Даб».

— Вы прочли, кто владел им прежде, — сказал Бэрронс. — Даже если вы его и не хотите, неужели вы позволите Темной Реликвии находится в людском мире?

— Не справедливо пользоваться моей ши-видящностью против меня, и склонять к совершению преступления.

— Жизнь не справедливая штука, мисс Лэйн. И так уж случилось, что вы по уши увязли в криминале. Пора привыкать.

— А что если нас поймают? Меня могут арестовать. Я кончу жизнь в тюрьме.

Тюрьму я не вынесу. Тусклая униформа, никаких красок, тюремная рутина добьет меня за пару недель.

— Я помогу сбежать, — сухо ответил он.

— Отлично. Я окажусь в бегах.

— Мисс Лэйн, вы уже в бегах с того момента как убили вашу сестру. — он развернулся и исчез за дверью в свой кабинет.

Я долго смотрела ему вслед. Что знает Бэрронс? Сама то я в курсе, что убегаю с того самого момента, но как он догадался?

После того как Алина была убита, я словно превратилась в невидимку. Родители перестали меня замечать. Все чаще я стала обращать внимание, что они смотрят на меня с разрывающей сердце смесью тоски и боли, и я знала, что они видели Алину во мне, в моем лице, волосах и манерах. Они искали ее во мне, вызывали ее призрак.

Я перестала существовать. Я больше не была Мак.

И поэтому мне пришлось уйти.

Он был прав. Поиски правосудия и желание отомстить, лишь часть того, почему я уехала из Эшфорда. Я убегала от своего горя, от их боли, не желая превращаться в тень другого человека, горечь от потери которой сильна потому что ее так сильно любили, и Ирландия, как оказалось, находится не достаточно далеко.

Самое ужасное, что теперь я попала в смертельный марафон, бежала спасая свою жизнь, отчаянно пытаясь на шаг опережать чудовищ преследующих меня и финишной ленточки впереди пока не было видно.

Глава девятая

Кстати, о горячо любимой и горькой утрате, у меня остался всего один день, чтобы освободить ее квартиру. К полуночи все Алинины вещи должны быть убраны, или же, хозяин имеет полное право выкинуть все на улицу. Коробки я упаковала давно, еще пару недель назад. Мне просто нужно будет донести их до дверей, вызвать такси, и приплатить немного, чтобы таксист помог погрузить их и выгрузить у книжного магазина, где я потом их заверну и отошлю домой.

Поверить не могу, каким образом я потеряла счет времени, но мне пришлось сражаться с чудовищами, пережить допрос в полиции, обыскать кладбище, уговорить папу вернуться домой, спасти от смерти брата местного мафиози, научится новой работе, и участвовать в подпольном аукционе.