Наталия Малеванная - Ляля

Кроме того, что на металлической двери был кодовый замок, она была снабжена сенсорной панелью для считывания отпечатков и лазером для проверки сетчатки глаза.

″Эх, жаль, я не захватила с собой глазика и руку Макса″, − пошутила, но весело не стало.

На всякий случай, приложила свою ладонь к сенсорной панели. А вдруг? Но результата мое действие не дало. ″Ага, как же. Так он и открыл мне свои тайны. Я два месяца прожила в доме и не знала, что у него не кабинет, а бункер″, − мысленно ворчала, осматривая дверь на наличие хоть какой-нибудь щели. И нашла. Почти у самого пола, в уголку, было сделано маленькое сквозное отверстие.

″Ну, теперь понятно, зачем Макс учил меня просачиваться сквозь замочные скважины″.

− Оля, − прозвучавший сзади голос Алекса, напугал меня до чертиков.

″Фу-у, так и заикой недолго остаться!″

Так быстро в дымку я еще никогда не превращалась. Процесс проскальзывания в дырочку занял несколько минут.

″Блин, не мог сделать отверстие побольше?!″

Если честно, на первый взгляд в кабинете ничего интересного не было: письменный стол, диван под одной стеной, два кресла под другой, пушистый ковер на полу. Скучная какая-то обстановка.

После обыска, мной были обнаружены занятные папки. Целые досье. Данные на всех Судьей, вершину аристократии, в том числе все о семье Эвы. Досье на каждого Старейшину: где живет, на ком женат, количество любовниц и… кхм, любовников, данные на их доноров, слуг, близкое окружение. Мирелла, ее семья, Димитрий…

Опаньки! Ритка. Ого, даже я такого о сестре не знала! Хм, а вот и я. Сначала как упоминание о сестре Маргариты Доллиной, а потом вся подробная информация обо мне, фотографии. Так получается, что Макс знал меня, еще до нашей личной встречи в том дворе? Даже сорт моего любимого мороженого… ″М-да, а вот эту фотографию лучше бы он в досье не добавлял″, − фыркнула, посмотрев на фото, где запечатлена маленькая я на горшке. Это уж как-то слишком… И где он ее только откопал?

Так же я нашла подтверждение слов Элизабет: записи, отчеты, фотографии. Кстати, на некоторых фото Итан и Мирелла не совсем одеты и не совсем в приличных позах. Так что там не просто заговор. Даркэ и мать Димитрия были любовниками.

− Но это не доказательства, − откинувшись на спинку кресла Макса, в котором сидела, я устало потерла виски.

Вампиры в коридоре перестали безрезультатно долбиться в металлическую дверь. Видать слой железа очень толстый раз их попытки неудачны. Но вместо этого Алекс уже третий час пытается проникнуть в мою голову. Еще чуть-чуть и щит не выдержит. Концентрировать свое внимание хоть на чем-нибудь при таком напоре было очень трудно и больно. Такое ощущение, что мой мозг сейчас закипит. Одна надежда на то, что Алекс устанет и прекратит лезть в мою голову. Думать все равно не получалось, поэтому я удобней устроилась в кресле, отодвинула все мысли на задний план и представила себя в космосе. В абсолютной пустоте и тишине. И мне действительно стало легче. Даже влияние Алекса меньше ощущалось.

И, наверное, я уснула. И снился мне дивный сон. Мы с Алексом сидели на берегу моря, у самой кромки воды. Волны, набегая на гладкую гальку, касались моих голых ступней.

″Я никогда не была на море″, − промелькнула грустная мысль, пока я осматривалась вокруг.

Кроме нас с вампиром на пляже никого не было. Тишина, спокойствие, безопасность… Только тихий шелест волн и мягкое касание воды к моим ногам. А из-за горизонта поднимается огромный раскаленный диск солнца.

Алекс, одетый в светлые, закатанные до колен брюки, и рубашку сидел рядом и, повернув голову ко мне, улыбался.

− А ведь ты никогда не видел солнце, − наблюдая за размеренным бегом волн, произнесла я.

− Видел. Один раз, − ответил вампир, переводя взгляд на горизонт. — Современное время позволяет нам многое. Тонированное стекло не пропускает внутрь помещения солнечные лучи. Правда, глазам все равно больно. Раньше, возможности увидеть солнце и не обгореть, у нас не было. — Вампир помолчал пару минут. — А ты?

− Что я?

− Не вижу восторга или ужаса от созерцания солнца.

− Для меня солнце — это обычное явление, − ответила, заправив за ухо прядь волос, которые растрепал легкий ветерок. — По крайней мере, так было раньше.

− А что было раньше?

− Я была человеком, − честно призналась, повернув голову к Алексу и заглянув ему в глаза.

− Но… Ты… Разве ты не… − растерялся вампир, явно обескураженный моим ответом.

− Все, что рассказал Макс — ложь. Он спас меня. Редрик напал, когда я возвращалась домой и укусил. Макс не дал мне умереть.

− Он нарушил закон.

− Знаю.

− Я буду должен тебя убить.

− За что?

− Таков закон.

− И все?

− Да.

− И все-таки, за что? Я ведь ничего не совершила.

− Закон, − уже не так уверенно повторил Алекс.

− Хм, закон, − подогнув колени, обняла их руками. — А разве я опасна и не контролирую себя? Разве на кого-нибудь напала. Разве я, гонимая жаждой, выпила хотя бы одного человека? Убила?

− Нет, но…

− А скажи, лично ты чего хочешь? Отбрось закон в сторону. Ты хочешь меня убить?

− Не хочу. Но закон…

− Да оставь ты свой закон в спокойствии! — вскипела, вскочив на ноги. — И смени иллюзию, пожалуйста, а то плес волн не на те мысли наводит.

− Ты легко распознала иллюзию, − с уважением ответил вампир.

− А почему же не распознать? Я уже один раз ощутила на себе подобное влияние. Было весело.

− Так лучше? — спросил Алекс, когда пространство вокруг приобрело очертания какой-то комнаты. Судя с наличия здесь кровати, это чья-то спальня. Я с подозрением покосилась на вампира.

− Сойдет, − кивнула и присела на кровать. ″Удивительная вещь, эти иллюзии! Все такое реальное. Даже на ощупь″. − Что будет с Максом?

− Он убил Старейшину и…

− Он не убивал! — горячо возразила, ударив ладонью по кровати.

− Есть свидетель, − покачал головой Алекс, продолжая все так же сидеть на, теперь уже, полу.

− Кто? Виктор? — фыркнула я.

− Да. Виктор Аруэ.

− Да он собственноручно снес голову Итану. И из себя шашлык сделал тоже сам.

− Это только твои слова.

− Мои слова против его. Конечно же, поверят ему. Ведь, кто я такая? Обращенная. Не имеющая прав, но заслуживающая смерти.

− В первую очередь, ты — заинтересованная сторона. Тебя и Макса связывают… отношения. Ты под действием своей симпатии можешь сказать что угодно, − объяснил вампир в ответ на мои сочащиеся презрением слова.