Путь княгини - Нина Петровна Ахминеева

Наконец Алекс налил ароматный, бодрящий напиток в маленькую чашечку. Продегустировал, довольно улыбнулся.

Но поймав мой взгляд, мгновенно стал серьезным.

– Что тебя интересует в первую очередь?

Беззвучно постукивая по столешнице пластиковым уголком паспорта, спросила:

– Где Наташа?

– С Филом, – лаконично ответил инквизитор, садясь за стол напротив меня и делая глоток кофе.

– Есть шанс, что у Михаила это серьезно?

– Один процент из ста. Мне жаль, что она не устояла. Но это ее жизнь и ее опыт, – пожал плечами Александр и поставил чашку на столешницу.

– Согласна, – выдохнула я с сожалением, бездумно вертя между пальцами удостоверение личности.

Эх, Наташка, Наташка. Поплыла девочка. А я так надеялась, что она не наступит на «бабьи» грабли. Хочется верить, что внезапной беременности не случится.

– Маш, – позвал Алекс, отвлекая от мыслей. – Ты не удивилась, когда Егор Дмитриевич сообщил, что ты княгиня Алайская. От Матрены узнала?

Не поняла… Старик утверждал, что я никому не смогу передать содержание нашей с ним беседы. А сам, выходит, все студенту рассказал? Еще и в деталях. Зачем? Или Александр слышал и видел все сам? Маловероятно, конечно, но вдруг стоял где-то вне зоны видимости?

– Ты присутствовал при нашем диалоге с верховным инквизитором? – подозрительно прищурилась я.

– Да, – не стал отпираться Алекс. Его лицо окаменело. – Что ты видела после того, как мы с тобой зашли в портал?

Это еще что за новости? Он что, не знает, куда меня привел?

– Море и пустыню. Почему спрашиваешь? Не помнишь, где меня оставил?

– Я привел тебя в кабинет Егора Дмитриевича. И пока ваша встреча не закончилась, никуда не уходил.

– Погоди, – я с силой потерла лоб. – Мы с тобой вышли на берег моря, а потом ты попросил не бояться и ушел порталом. От нечего делать я грелась на солнышке, слушала шум прибоя. Да там даже пахло водорослями и можжевельником!

– Верховный инквизитор – сильнейший менталист в этом мире. Ты видела то, что он хотел. Учти на будущее.

В горле пересохло. Промочив его чаем, я хрипловато уточнила:

– Выходит, у меня и кровь сама по себе из вены не вытекала? Но как он тогда узнал, что я Алайская? В памяти рылся?!

– Отвечаю по порядку. Кровь из вены у тебя взял лекарь. Он же принес результаты анализа. Именно из них Егор Дмитриевич и узнал о твоей родословной. Теперь что касается несанкционированного проникновения в твой мозг. Одаренный с ветвью разума способен без физического контакта внушить человеку, что тот находится в каком-то определенном месте. Температура воздуха, запахи, звуки, осязание – это высший пилотаж, и верховный в этом мастер. Но даже ему для считывания воспоминаний понадобилось бы возложить ладони на твою голову и истратить прорву сил и времени. Из своего кресла он не вставал, – Алекс усмехнулся. – Могу поклясться.

– Хочешь сказать, что не поддаешься внушению этого суперменталиста? – уточнила я, не скрывая скепсиса.

– За семнадцать лет я научился ставить на свой разум защиту, которую не под силу сломать и Егору Дмитриевичу.

Я поплотнее закуталась в так и норовящий уползти плед, обдумывая услышанное. На языке вертелся вопрос, но могу ли его задать? Свалиться замертво из-за разглашения конфиденциальной информации не хотелось.

– Ты все слышал, что верховный инквизитор мне говорил? – спросила я, осторожничая.

– Не беспокойся. Со мной можешь обсуждать все что хочешь.

– Моя кровь изменилась?

– Да. В этом плане ты стала такой же, как и все причастные к тайнам святой инквизиции. За попытку задушевной беседы с непосвященным – смерть. Хочешь узнать, кто это сделал?

– Какой-нибудь маг крови расстарался? – предположила я неуверенно.

– Умница, – похвалил Александр искренне и внезапно сменил тему: – Ты говорила, что не знаешь, чего хочешь. Почему же отказалась от предложения войти в орден? В твоем положении это… – Алекс запнулся, подыскивая корректное слово.

– Дурость?

– Можно и так сказать, – кивнул мужчина. – И все же – почему?

Как же ему объяснить-то?

Я встала с жесткого стула, пересела на диван. Поджав ноги, спрятала босые ступни под пледом.

– Многие люди живут, не зная, чего хотят для себя. Я не исключение. Но из опыта прошлой жизни четко понимаю, чего не хочу. Ни при каких условиях. Знать то, чего хочешь, и то, чего не хочешь – это два разных пути к одной цели.

Алекс взъерошил волосы, откинулся на спинку стула. Он смотрел внимательно и, казалось, действительно старался меня понять.

– Наверное, надо привести пример. Предположим, две женщины пришли в магазин за платьями. Одна знает, какое хочет купить: черное, короткое. А вторая знает, какое не хочет: длинное и яркое. У кого больше шансов в этом магазине приобрести вещь по душе?

– У второй, – пришел к выводу инквизитор.

– Не хочу иметь отношение к каким-либо силовым структурам. Не хочу подчиняться приказам. Не хочу отказываться от возможности создать семью. Наташка отлично справляется с ролью сестры. Как сложатся наши отношения дальше, посмотрим. А вот названная мама у меня уже есть, – я улыбнулась. Воспоминание о Ефросинье прошлось теплой волной по телу. – Желания жить с мужчиной пока нет, и неизвестно, появится ли. Однако я не хочу лишаться шанса испытать радость материнства. Дети ведь могут быть не только своими, но и приемными. На самом деле этих «не хочу» много. Исходя из них я и сделала выбор.

– Хорошо. С этим разобрались. Но ты ведь могла потянуть время, решить все свои проблемы и только потом разорвать отношения с инквизицией. Отчего сделала это сейчас? – продолжил допытываться Алекс.

– Очередное «не хочу». Ну и интуиция.

– Интуиция?

– Угу. Другого определения у меня нет. – Я взяла диванную подушечку, подложила под локоть. Тяжело вздохнув, заметила: – Ты мужчина. Думаю, для тебя это звучит слишком бредово.

– Бредово? Отнюдь. В той, прошлой жизни у меня был однокашник. Ему одномоментно поступило два предложения: крайне заманчивое по оплате и основанное на голом энтузиазме. Он выбрал второе. В итоге сорвал джекпот. На вопросы изумленных друзей, как он умудрился увидеть перспективу в безнадежном проекте, на полном серьезе отвечал: чистая интуиция. Если уж в нашем родном мире подобное имело место, то в этом и подавно. – Инквизитор залпом допил остывший кофе. – У меня для тебя кое-что есть, княгиня Алайская.

О как. И что же?

Подтянув к себе ноутбук, Алекс открыл крышку. Пощелкал по клавиатуре.

– После насильственной смерти княжеской четы Алайских император наложил вето на переход права собственности к наследникам второй линии. Скорее всего, в целях профилактики родовых войн. Кратко об ограничении: если в течение двадцати лет не объявится родная дочь или сын