Я (не) буду вашей истинной! - Мира Влади

двери стояли три сумки. Они были полностью собраны и застёгнуты, готовые к тому, чтобы их схватили и вынесли в любую секунду. Мы оба были в спортивных костюмах, будто вот-вот собирались на пробежку, а не в очередной побег. Но что-то в воздухе было не так. Эта ночь казалась бесконечной, а ожидание — ещё более мучительным, чем обычно.

Молния вновь осветила окно, и за ней последовал громкий удар грома. Я вздрогнула, неосознанно покосившись на окно, будто пыталась убедиться, что оно не треснуло.

– Ему такая погода только на руку, – голос Алекса прозвучал ровно, но он пытался подбодрить. Пытался, но я всё равно чувствовала, как нервы играют и у него.

– Так, на чём мы остановились? – я улыбнулась, пытаясь разрядить обстановку.

Вернулась к своему любимому способу скоротать время — допросам. В такие моменты мне казалось, что это была единственная моя возможность что-то понять, собрать пазл этой запутанной истории.

– Монета. Получается, я переместилась в Тенегард благодаря ей? – спросила, стараясь говорить легко, хотя внутри всё дрожало от мысли об этой загадочной вещи.

Алекс оторвал взгляд от ноутбука и поднял на меня глаза. В его взгляде было что-то странное — смесь усталости, скрытого раздражения и ещё чего-то, чего я не могла разобрать.

– Да. "Монета", как ты её называешь, – это не только средство передвижения, но и универсальная валюта. Золото ценится в любом мире, а эта вещица открывает ворота туда, куда иначе попасть невозможно. С её помощью переместились в твой мир и мы.

Его голос был ровным, но каждое слово отдавало металлическим холодом. Это раздражало. Алекс всегда говорил так, будто ему приходилось объяснять очевидное ребёнку. Я вздохнула, устраиваясь удобнее. Теперь сидела вполоборота, опираясь на подлокотник дивана.

– А Дрэг? Почему он помог мне бежать? Это ведь могло стоить ему жизни, так?

Мой голос дрожал, и я не могла это скрыть. Всё, что происходило тогда, всё ещё отдавалось эхом в моих воспоминаниях. Алекс закрыл ноутбук, и этот звук прозвучал в комнате неожиданно громко.

Он посмотрел на меня, и в его глазах отразилась молния, осветившая комнату. Этот взгляд был пронизывающим, изучающим, но на этот раз лишённым насмешки.

– По просьбе Кира. Они друзья с детства. Дрэг доверяет ему настолько, насколько это вообще возможно в нашем мире. А Кир считал, что ты должна выжить. Почему? Может, сам спросишь у него, – Алекс усмехнулся, но в этой усмешке не было радости.

Молния вновь разорвала ночное небо, и я замерла. Кир. Всё снова возвращалось к нему. Этот человек казался мне одновременно спасителем и палачом. Почему он так поступил?

– Но почему? Почему вы мне дали сбежать? – слова сорвались с моих губ прежде, чем я успела осознать, что говорю.

Алекс перевёл на меня свой цепкий взгляд. В комнате повисла напряжённая тишина, нарушаемая лишь раскатами грома за окном.

– Если бы ты не покинула Тенегард без нас, то к утру тебя бы уже убили. Мы это понимали, поэтому Кир это и организовал, а я... не мешал ему, – ответил он безразличным тоном, будто речь шла о чём-то обыденном.

Я ощутила, как ледяной холод расползается внутри меня, несмотря на то, что комната была тёплой.

– Зачем им меня убивать? – едва прошептала, пытаясь осмыслить его слова.

Алекс посмотрел на меня, слегка склонив голову, как будто решая, сколько правды я могу выдержать.

– Даш, нас с детства учили, что нет ничего важнее и дороже нашего долга перед Тенегардом, – начал он, его голос прозвучал как смесь усталости и сарказма. – Не должно быть чувств, привязанностей, а уж тем более любви. Так проще дрессировать, влиять и принуждать. По их мнению, мы — не люди, а орудие.

Его слова звучали слишком холодно, словно он говорил не о себе, а о каком-то вымышленном персонаже.

– Если ты начинаешь проявлять человеческие чувства, то ты — брак. Вначале убирают объект привязанности, и если после этого ты возвращаешься в строй, то тебя прощают, – он хмыкнул, но в этом звуке было больше горечи, чем смеха. – Если ты не смирился, то не нужен Тенегарду. Ты ненадёжен. Одно дело — когда Кир просто ходил к тебе, и другое — когда ты стала важной для него. Он стал неуправляемым. Влюблённый человек хочет быть лучше, например, стать добропорядочным гражданином.

Я сидела, слушала его, и в голове всё больше не укладывались его слова. Это звучало как страшный, нереальный сон.

– Но ведь через меня вами можно было бы манипулировать? – спросила я, пытаясь найти хоть каплю логики в этом кошмаре.

Алекс закатил глаза, словно вопрос был слишком наивным.

– Ага, не только тенегардцам, вообще любому. Например, тебя кто-то похитил и диктует свои условия. Что сделает Кир? Или я?

– Выполните их? – в моём голосе было больше сомнения, чем уверенности.

Алекс усмехнулся, но в его усмешке была нотка горечи.

– Радостно виляя задом. Лишь бы с тобой было всё в порядке, – ответил он, добавив весёлую интонацию, которая не скрывала мрачности его слов.

– Сами покалечим, но другим в обиду не дадим, – пробормотала я, не в силах удержаться от сарказма.

– Давай не будем об этом, – его лицо исказила тень раздражения. – Наворотили дел…

– Как вы меня нашли? – спросила я, переведя разговор в другое русло.

– Дрэг. Он присматривал за тобой всё это время.

Мой рот открылся, я застыла на месте, осознавая, что каждый мой шаг всё это время был под чьим-то пристальным взглядом.

– Так он и сейчас знает, где мы? Он может прийти! – слова вырвались с паникой, и я чуть не вскочила на ноги.

Алекс лишь улыбнулся, с ленивой уверенностью, которая бесила больше всего.

– Нет. Дрэг ненавидит Тенегард не меньше нас. Если надо будет, он присоединится.

Замолчала, обдумывая его слова. А ведь Лейла говорила, что он остается там только из-за нее. Не уходит в запас и, получается, терпит «нелюбимую» работу ради любимой?

– А что значит этот ваш "запас"? – нахмурилась я, не до конца понимая всей сути.

– Понимаешь, при выходе в "запас", каждый выбирает своё направление. Охотник или защитник. У защитника те же навыки, но функция не уничтожать, а охранять объект от таких, как мы, – Алекс говорил ровно, будто объяснял учебный материал. – Да, и такое бывает.

– А