Новогодняя симфония дракона - Кария Гросс

Внутри опять все оборвалось. Омлет на тарелке и внутри меня явно не рассчитывал на такие приключения. Омлет на тарелке мечтал стоять на столе!

- Ладно, - вспомнила я, чувствуя, как иду на компромисс исключительно потому, что на моих глазах уже однажды сожрали мужика. – Без паники!

Паника у меня была глуховата, поэтому не слышала меня. Пока что все шло отлично. Я бедром открыла двери, стараясь не уронить омлет на пол. А потом стала подниматься по крутым ступеням вверх. Винтовая лестница вела меня навстречу приключениям, которых мне не очень хотелось. Остановившись возле окошечка, я открыла его. Там был тонкий, шириной в две ладони парапет, на котором обильными гроздьями свисали сосульки. Дальше была небольшая приступочка, которая переходила в другую, повыше. Дальше я ничего не видела.

Пару минут я понимала, что мой организм противится такой акробатики, но потом я взяла себя в руки, ступила на подоконник и…

- Да не, ну нафиг! – вздрогнула я, представив себе момент, когда моя нога соскальзывает с парапета, а я лечу вниз.

По телу разливалась дрожь слабости.

- Так, не дрейфь! – выдохнула я. Странная мысль закралась мне в голову. Если бы тут было всего ничего, метра два – три, то я бы спокойно залезла. Но при мысли о пропасти внизу мне становилось не по себе.

Холодный ветер продувал меня насквозь.

- Представь, что там просто два метра и огромный сугроб, - уговаривала себя я, ступая на парапет. Я шла, не глядя вниз, осторожно ступая на обледеневший край. Отвернувшись к стене, я чувствовала, как с каждым шагом нога отказывается отрываться от опоры.

- Просто три метра, просто сугроб, - сглатывала я, уговаривая дрожащую в колене ногу идти дальше. – Ничего страшного.

«Он явно… ку-ку…!», - выдохнула я, слыша, как музыка словно подбадривает меня. Скрипка подпевала ветру. Мне в лицо ударили снежинки, заставив зажмуриться. Мелкие, колючие, они жалили меня острыми иголочками.

- Главное, не упасть, - шептала я, чувствуя, как на секунду потеряла ориентацию в пространстве. Вжимаясь в стену, я сделала еще шаг.

И вот я уже поднимаюсь по парапету, чувствуя, как с каждым шагом внутри обрывается сердце. В какой-то момент нога чуть не соскользнула, а я замерла. У меня напряглись все мышцы. Даже те, о которых я не догадывалась. Я смотрела на свою ногу, которая стояла на льду. Дальше моего ботинка и юбки, которую трепал снежный ветер, была ледяная серость пропасти.

Пара секунд понадобилась, чтобы взять себя в руки. И еще несколько секунд понадобилось, чтобы осознать, что я прошла больше, чем осталось. Эта мысль меня приободрила. Я смотрела, как ветер рассыпает белым облаком снег с крыши и стала пробираться к ней.

Поставив на снег омлет, я вцепилась в крышку, как в родную. Словно мы родились вместе и вместе выросли. Пальцы уже замерзли, поэтому я их почти не чувствовала…

- Давай, - шептала я себе, подбадривая.

Когда руки чувствую, как держусь за что-то, мне стало спокойней. Я сделала над собой усилие и забралась на крышу. Снег заметал огромные сугробы. Дракон стоял возле шпиля и самозабвенно играл.

Я чувствовала, как порыв ветра пронизывает насквозь, когда поднимала поднос. Кому рассказать? Не поверят.

А с другой стороны, за такую зарплату я бы тоже требовала невозможного.

При виде меня дракон перестал играть. Его брови удивленно поднялись, пока я несла ему омлет. Мне казалось, что он не ожидал меня видеть карабкающейся по крыше.

Вопрос, который он мне задал, поверг меня в состояние шока.

Глава 38

- Ты что? Через окно лезла? – спросил дракон, глядя на меня.

- Ну д-д-да, - прошептала я, чувствуя, что крыша скользкая. Под снегом была наледь. – Вот ваш ужин…

- Тут есть люк, - показал глазами Маэстро. На его темных волосах красиво смотрелись белоснежные снежинки. Они путались в его волосах.

- Я… Я не знала… Поэтому через окно… - начала я, думая о том, все ли гении такие немощные в быту, или мне просто повезло? - Куда поставить ужин?

Маэстро поднял брови, а потом кивком головы показал на каменную трубу. Я выдохнула, пробираясь к трубе. Туфли скользили, а ветер пронизывал меня, словно нитка иголку. От этого все тело сжималось. Я сделала шаг по наклонной крыше, слыша музыку. Маэстро снова увлеченно стал играть, не обращая на меня никакого внимания.

Я сделала еще один шаг, как вдруг ветер ударил мне в лицо. Мгновения хватило, чтобы осознать, что нога встала на лед. Страх сжал все внутри, а мир на мгновенье дернулся, и меня скатило вниз. Музыка резко оборвалась. Я опомнилась, когда слетела с крыши вниз.

«Накаркала!», - подумала я, жмурясь и крича от страха. От ужаса я лишилась чувств.

Что? Все? Я уже умерла? Да?

Нет, вроде. Я не падаю….

Я лежу на снегу, а рядом черный красивый сапог с серебрянной застежкой. Только сейчас, онемевшей от холода рукой, я поняла, что меня держат за кисть руки. Скрипка валялась в сугробе.

- Острожней, - бросил Маэстро.

Сердце начинало бешено стучаться. Словно, осознав ужас неизбежности, оно вдруг замерло, и теперь хочет настучаться на сто лет вперед за одну минуту.

- Вставай, - приказал Маэстро, стоя надо мной. Я пока не могла подняться. Тело меня не слушалось. В руках и ногах была такая слабость, что я призналась, что не могу. И посмотрела на Маэстро снизу вверх.

Он поднял меня, а я чувствовала, что ноги сейчас у меня не самые надежные. Тут же захотелось вцепиться во что-нибудь надежное.

- Простите, - прошептала я, когда моя рука невольно, но намертво вцепилась в его одежду. – Я не хотела… И не хочу… Она сама…

Я мысленно приказывала пальцам разжаться. Ага! Так они и разжались! Они даже побелели не то от холода, не то напряжения.

- Еще раз простите, - прошептала я, пытаясь унять внутреннюю дрожь. Ноги не чувствовали земли. Я словно стояла на мягком матрасе. – Сейчас, одну минутку… Я понимаю, что я прерываю репетицию… Но… Мне нужно прийти в себя. Я до ужаса боюсь высоты…