Явь Мари - Апогей

Ненавязчивая музыка давала возможность обойтись и без разговора, и я бы даже предпочла этот вариант, но у господина Каина были иные планы на этот вечер. Любезно начав беседу темой моего здоровья, он плавно перевел внимание на себя и себе подобных.

— Вина? — Галантно поинтересовался господин, откупоривая бутылку молодого розового.

Я согласно кивнула, заставляя на его лице проявиться одобрительной улыбке. Вероятно, он думал, что все идет по плану, а я не собиралась его переубеждать. Эта игра нам обоим нравилась.

— Понимаю, после того, что ты пережила, тебе трудно смотреть на нас как прежде, без страха. Я вижу его в твоих глазах, даже когда ты пытаешься выглядеть беспечно и открыто. Слышу в стуке сердца.

— Помню, брат Лукас, вы говорили, что вам нравится звук моего страха. — Я намерено сделала голос тише и нежнее.

— Страх тоже бывает разным, Мейа.

— И вместе с вами я познала все его виды. Спасибо.

— Не все. — Покачал головой Каин, загадочно улыбаясь. — Бывает страх-паника. Страх-растерянность. Страх-тревога. А есть страх-робость, который мелодичнее всех предыдущих. И я его пока не слышал в исполнении твоего сердца.

Я прекрасно понимала, на робость какого характера он намекал. И вопреки тому, что я изначально дала себе установку не принимать близко к сердцу любое слово, идущее от молодого господина, столь интимная тема заставила меня покраснеть. Возможно, я затеяла эту игру, недооценив противника? Черт возьми, да! Если сравнивать его и мой опыт в делах амурных, я ему не соперник.

— Но ведь у нас еще есть время. — Добавил он, намерено выделяя местоимение. Я должна была понять, что стадия чужаков давно пройдена, и «я» и «он» уже стало «мы».

— О да, у вас времени полно. — Я отсалютировала бокалом, допивая остатки вина. — Да и мне моего хватит. Кстати, хотите, я приглашу вас на свою свадьбу? Вы помните Паула?

— Будешь растрачивать себя на кого-то вроде него? Серьезно? — Каин усмехнулся, медленно открывая вторую бутылку, полусухого красного. — И правда совершенно себя не ценишь. — Пробка с тихим хлопком покинула узкое горлышко, и мужская рука подхватила мой бокал. — А малыш Паул не будет ценить тебя тем более.

— Возомнили себя Дельфийским оракулом, брат Лукас? — Я забрала фужер, пригубив вино.

— Разве не очевидно, что выше, чем я, ценить тебя не будет никто?

Думаю, подобные слова от этого мужчины хотели услышать многие женщины в разные времена. Жаль, что под ними подразумевалась совсем не сердечное чувство.

— Да-а-а… — Протянула я, переходя от салата к телятине. — Моя ценность обозначена в конце контракта. Все же… смешно, право… но я читаю свой экземпляр на ночь. Это весьма отрезвляет.

— Рад, что ты так ответственно и вдумчиво подходишь к своим обязанностям.

— Воспитание, брат Лукас. — Бросила я, наслаждаясь восхитительным вкусом еды.

— До сих пор называешь меня так. — Усмехнулся он, откровенно на меня пялясь. И надо было надевать скафандр, а не кофту, чтобы чувствовать себя в безопасности. Моя промашка.

— Вы предпочитаете «господин»? Может быть… «хозяин»? — Неуместный хохот рвался наружу, но я собрала волю в кулак и добавила голосу капельку очарования.

И тут же об этом пожалела. Я действительно не знала, какую опасную игру затеяла. И опасный блеск появившийся в его глазах подсказал мне, что лучше бы на этом остановиться и не дразнить пока дремлющего зверя.

— Может быть. Иногда. Сейчас мне хватит всего лишь имени.

Его решение ковать железо пока горячо было оправданным. Действие вина, соблазнительный, низкий голос мужчины, медленная, чувственная мелодия, льющаяся из колонок: до капитуляции остается три… две… одна…

— Каин. — Протянула я тихим голосом пойманной жертвы.

Мужчина прикрыл глаза, не мигая смотря на меня, допивающую вино. Знаю, сейчас я уже должна была подойти к той самой стадии готовой на все девушки. Именно поэтому господин перешел от первого пункта ко второму.

— Называй меня так каждый раз, когда решишь обратиться. Идет?

— Как пожелаете.

— Как пожелаю… — О да, его желания были такими очевидными. — Можешь станцевать для меня?

Его просьба была неожиданной, и я рассмеялась.

— Станцевать? — В голосе зазвучали пьяные нотки.

— Да. Я хочу посмотреть на тебя. Просто посмотреть. — Словно в доказательство своих слов мужчина поднял ладони, мол, никаких дурных намерений он нигде не припрятал.

— Если только это приказ… — Согласилась я, поднимаясь из-за стола. Шаг, и я оступаюсь, тут же возвращая себе равновесие. Смех для доказательства собственной невменяемости. — Боже, кажется, я немного перебрала.

— По тебе и не скажешь. — Улыбается господин Каин, наблюдая за тем, как я ловлю ритм медленной мелодии. — Ты очень красиво двигаешься.

— Серьезно? — Я выглядела совершенно неадекватно, смеясь и кружась в танце медленно подбираясь к мужчине. Мое сердце звучало часто и громко, выдавая очевидное волнение. — Я, кажется, устала. — Не спрашивая разрешения господина, я скользнула на его колени. Ошарашенный такой близостью и необъяснимой смелостью, Каин отклонился, недоуменно смотря на меня. — И как же мне отблагодарить вас за такой чудесный вечер?

Потемневший синий взгляд соскользнул с моих глаз на губы. И когда мужчина наклонился… я не могла больше терпеть, громко расхохотавшись. Господин Каин нахмурился, всматриваясь в меня, явно пытаясь отыскать признаки психического заболевания в моем лице.

— П-простите, брат Лукас, но, думаю, таким образом вас может благодарить только ваша невеста. — Встав с его колен, я взяла со стола кувшин с водой, наполняя свой фужер. Мои руки не тряслись, на ногах я стояла твердо, а голос был трезв, как стеклышко. — Видела бы она вас.

Он приходил в себя с минуту.

— Значит, просто игра? — Не знаю, что именно звучало в его голосе. Злость, сожаление или насмешка. — Ты казалась мне…

— Алкоголь практически не действует на меня. — Пробормотала я, делая пару глотков. — Это все папашины гены, понимаете? Он потомственный священник, а все эти таинства Евхаристии…

— Мне следовало лучше изучить результаты анализов.

— И то правда.

Неожиданно он рассмеялся.

— Знаешь, я тебе почти поверил.

— И в чем же я просчиталась?

— Зайдя сюда, ты слишком боялась меня, чтобы спустя какой-то час вешаться на шею.

Да, я боялась, но недостаточно для того, чтобы даже не пытаться шутить с ним шутки.

— Пусть госпожа Вивьен и живет в других покоях, советую вам проветрить комнату. Запах другой женщины не понравится ей. — Пробормотала я, уходя в сторону дверей. — И большое вам спасибо за вечер. К сожалению, я могу вас поблагодарить только так.