Ненужная жена - Алекса Корр

вечер, когда мы с герцогом возвращались из поместья Льерских, мне не удалось все рассмотреть, так как уже были сумерки и теперь я наслаждалась видами из окна экипажа… Красота!

В столицу мы домчались минут через тридцать и экипаж сбавил скорость, так как на дороге было достаточно других экипажей, а также проезжали всадники на лошадях.

Город жил своей жизнью. Работали магазинчики, в витринах которых были выставлены манекены, просто товары на полочках. Из открытой двери булочной доносился аромат свежевыпеченного хлеба, молочник, стоя на пороге своей лавки зазывал прохожих, обещая, что у него самое свежее и вкусное молоко и творог.

С деловитым видом сновали домохозяйки или служанки, с корзинами, заходя то в один, то в другой магазинчик. Чинно прогуливались солидные мужчины под ручку с дамами в богатых нарядах…

Все это я видела из окна экипажа и тихо в душе мечтала о том, что и у меня все наладится, что рядом со мной будет понимающий и заботливый, любящий меня человек, что мы также сможем выбираться в город и неторопливо гулять по его улочкам, прогуливаться по паркам, которые я тоже увидела в стороне от дороги, а вокруг нас будут бегать наши детки, причем не меньше трех, а потом мы все вместе зашли бы в кондитерскую и поели вкусного мороженного…

Тихо вздохнула… Эх, мечты, мечты! …

Поплутав еще немного по столичным улочкам, кучер остановил экипаж и открыв мне дверцу, проговорил:

— Приехали, Ваша Светлость! Дальше я проехать не смогу, там пешеходная часть, я Вас туточки где-нибудь подожду.

— Спасибо, Иннокентий, — я поблагодарила кучера, благо Дуся мне сказала, как его зовут, и мы с ней не торопясь двинулись между торговых рядов.

Денег у меня с собой не было, и я вспомнила, что не озаботилась вопросом по поводу причитающегося мне, как герцогине, ежемесячного содержания… Есть ли оно вообще и в каком размере? Черт, а это тот вопрос, который должен был заинтересовать меня в первую очередь…

Но потом подумала, что я все равно не собиралась ничего покупать, в просто хотела ознакомиться с ассортиментом и успокоилась. В конце концов, если мне что понравится, то я всегда смогу сказать, чтобы прислали счет на имя моего горе-мужа.

Пусть платит, индюк надутый!

Торговые ряды тут ничем не отличались от наших рынков. Ряды с небольшими павильонами чередовались просто торговыми палатками, а вдалеке я увидела и тех, кто просто разложил свой товар на принесенных с собой газетах.

Чего тут только не было! Начиная с меховых манто, хоть стояла жаркая погода и заканчивая мелочёвкой в виде галантереи. Я ходила по рядам и внимательно всматривалась в товары, стараясь запомнить ассортимент. Так я дошла до того места, где расположились торговцы, которым не хватило места за прилавками и стала осматривать их товар.

Еще по своему миру я помнила, что в таких местах можно наткнуться на достаточно неожиданные вещи и не ошиблась… Нет, я не нашла ничего, что бы мне захотелось купить, но, рассматривая товар, обратила внимание на заголовок газеты, на котором одна сухонькая старушка выложила пучки с зеленью…

Газета частично намокла, так как старушка регулярно сбрызгивала свой товар водой, чтобы придать ему товарный вид, но и то, что мне удалось прочитать, меня заинтересовало.

Присев на присядки, я отодвинула в сторону пучки с непонятной мне травой и прочитала:

« Скандал в патентном бюро».

А ниже была статья, что в патентное бюро одновременно обратились барон Вольцберг и никому не известный мелкий аристократ Мик Ральски, которые хотели запатентовать изобретение — машинку для бритья. И один и другой представили свои чертежи и сотрудники патентного бюро, проведя тщательный анализ, пришли к выводу, что чертежи, представленные бароном более подробные и присудили данное изобретение ему, а Мик Ральски за обман и попытку присвоить себе чужое изобретение получил пять плетей и десять дней содержания в кутузке, чтоб впредь неповадно было…»

А ниже были фотографии улыбающегося богача, которому вручали патент и фото молодого парня, на которого надевали что-то типа наручников.

Быстро стала искать, от какого числа газета, а увидев дату, стала высчитывать, сколько прошло дней. Получалось, что ровно десять, но черт, как узнать, где его держат?

Посмотрев еще раз внимательно на фото парня, быстро встала и отошла в сторону, поманив за собой и Дусю, а когда мы отошли на расстояние, на котором нас не смогут услышать посторонние, повернулась к Дусе и зашептала:

— Дуся, скажи, ты знаешь место, где держат тех, кому назначили наказание в виде нескольких дней содержания в кутузке?

Дуся, не ожидавшая от меня такого вопроса, удивленно захлопала ресницами, а потом выдала:

— Так в кутузке их и держат!

— А много в городе этих кутузок?

— Зачем много? Одна она, на окраине. У нас преступников мало, а если что серьезное совершили, так на рудники или в каменоломни отправляют…

— Пошли быстрее к экипажу, нам надо срочно туда попасть!

— Куда, Ваша Светлость, в каменоломни? — Дуся испуганно зажала рот ладошкой.

— В кутузку, Дуся, в кутузку! — с этими словами я решительной походкой двинулась к тому месту, где нас должен был ждать экипаж…

Глава 24

Даниэль Савойский, герцог

Заседание Совета шло своим ходом, нам с Советником Винсом удалось отстоять, чтобы расходы на оборону не снижались.

А многие землевладельцы выступали с предложением, что нужно пересмотреть статьи расходов бюджета на этот год.

Снизить расходы на оборону, а на эти освободившиеся деньги закупить зерно в других странах.

Да, я понимал, стояла засушливая погода и урожай на полях горел. На моих землях было то же самое, но и защита наших границ не должна была ослабевать, тем более в свете той информации, которую мне донесли мои наблюдатели.

И деньги казны тратились на обмундирование, оружие и на довольствие наших воинов, которые несли службу.

Мало кто знает, но на наши границы регулярно нападают небольшими группами и пограничникам приходится несладко.

Просто это все не афишируется широко, чтобы не сеять у людей панику и чтобы все остальные страны верили в нашу мощь и способность пресекать такие попытки еще на корню…

Император и Рейнар это все знали и поэтому тоже высказались против предложения об урезании расходов и тут в зал, в котором заседал Совет ворвался служка и вручил Императору депешу.

Тот прочитал её и изменился в лице, а потом сделал знак Рейнару и мне, а также Моргану и мы