Ками Гарсиа - Прекрасная тьма

Девушка взглянула на меня:

— А ты нет? — она ткнула меня в ребра. — Шучу. Лично по моему мнению, в этой стране люди едва ли говорят по-английски.

Она улыбнулась и протянула руку. Она была высокой, но я был выше нее, и она смотрела на меня так, будто мы с ней уже были лучшими друзьями.

— Оливия Дюранд. Друзья зовут меня Лив. А ты должно быть Итан Уэйт, глазам не верю. Профессор Эшкрофт такое о тебе рассказывала, что я себе уже представляла головореза со штыком.

Мэриан засмеялась, и я покраснел:

— И что же такого она рассказывала?

— Только что ты невероятно умен, смел, изобретателен и всегда готов прийти на выручку. В общем, настоящий сын ее любимой Лайлы Эверс Уэйт. И еще сказала, что этим летом ты будешь моим младшим помощником, так что я могу командовать тобой, как захочу, — она улыбнулась мне, и я растерялся.

Она нисколько не была похожа на Лену, но и с девчонками из Гатлина у нее не было ничего общего. Что уже само по себе здорово смущало. Все, что на ней было надето, имело потрепанный вид. Поношенные джинсы, парочка ниток с редкими бусами и бисером на запястьях, дырявые высокие ботинки, заклеенные сантехническим герметиком, видавшая виды майка с Пинк Флойдом. На руке, среди нитей с бусинами, были надеты большие черные пластмассовые часы со странно выглядевшими цифрами. Я был слишком смущен, чтобы произнести хоть слово.

Мэриан бросилась мне на помощь:

— Не обращай внимания на Лив. Она шутит. Даже Богам шутки по нраву, Итан.

— Платон. И перестаньте хвастаться, — засмеялась Лив.

— Перестану, — улыбнулась впечатленная Мэриан.

— Он не смеется, — вдруг серьезно заметила Лив, показывая на меня. — Пустой смех в мраморных залах.

— Шекспир? — я взглянул на нее.

Лив подмигнула и оттянула свою футболку:

— Пинк Флойд. Вижу, тебе многое надо узнать.

Юная версия Мэриан, и совсем не то, что я ожидал, когда подписывался на летнюю подработку в библиотеке.

— Итак, дети, — Мэриан протянула руку, и я помог ей подняться с пола. Даже в такой жаркий день как сегодня, она умудрялась выглядеть безупречно. Из прически не выбился ни единый волосок, вышитая блузка мягко шуршала, когда она шла ко мне. — Оливия, я оставляю эти полки на тебя. У меня для Итана есть спецпроект в архиве.

— Ага, естественно. Грамотный и обученный студент-историк рассортировывает книги по полкам, а необученный бездельник отправляется в архив. Очень по-американски, — она закатила глаза и подняла коробку с книгами.

Архив с прошлого месяца не изменился, тогда я заходил к Мэриан договориться по поводу работы на лето и остался, чтобы поговорить о Лене, отце и Мэйконе. Она была само сочувствие, как и всегда. На полке над маминым столом высились груды регистрационных журналов времен гражданской войны рядом с ее коллекцией старых стеклянных пресс-папье. Блестящий черный шар рядом с уродливым глиняным яблоком, которое я слепил для нее в первом классе. Книги и записи моей мамы и Мэриан до сих пор громоздились на столе поверх пожелтевших карт Равенвуда и Гринбрайера, расстеленных на столах. Каждый исписанный клочок бумаги создавал ощущение ее присутствия. Даже пусть все в моей жизни шло наперекосяк, здесь я чувствовал себя лучше. Как будто я был рядом с мамой, а она всегда была тем человеком, который знал, как все исправить, или, по крайней мере, она вселяла веру в возможность исправления.

Но в моей голове были и другие мысли:

— Так это и есть твой помощник на лето?

— Конечно.

— Ты не говорила, что она будет такой.

— Какой, Итан?

— Похожей на тебя.

— Что тебя так взволновало? То, что у нее есть мозги, или то, что она длинноволосая блондинка? Разве есть стандарт внешности для библиотекаря? Большие очки и пучок пегих волос? Я думала, что, глядя на меня и на свою маму, с этим стереотипом ты должен был бы распрощаться.

Она была права. Они с мамой всегда были двумя из числа самых красивых женщин Гатлина.

— Лив здесь пробудет недолго, и она ненамного старше тебя. Я думала, что меньшее, что ты мог бы сделать, это показать ей город и познакомить ее кое с кем из твоих ровесников.

— С кем, например? Линком? Чтобы продемонстрировать его словарный запас и уничтожить пару тысяч ее мозговых клеток? — я уже не стал говорить о том, что Линк большую часть времени пытался бы ее закадрить, что вряд ли вообще возможно.

— Я подумала о Лене.

В комнате повисла неловкая тишина, неуютная даже для меня. Конечно, она подумала о Лене. Вопрос в том, почему я о ней не подумал? Мэриан сердито уставилась на меня:

— Ты мне скажешь, что в твоей голове сегодня творится?

— Что я должен тут делать, тетя Мэриан? — у меня не было желания рассказывать.

Она вздохнула и обернулась к архиву:

— Я думала, что ты можешь мне помочь разобрать тут кое-что. Основная часть материала здесь касается медальона и Итана с Женевьевой. Раз уж теперь мы знаем конец этой истории, то, может, имеет смысл освободить немного места для новой.

— И какая новая? — я взял старое фото Женевьевы с медальоном. Я вспомнил, как мы с Леной впервые увидели его. Казалось, что это было годы, а не месяцы, назад.

— Думается мне, что это будет ваша с Леной история. События ее дня рождения породили так много вопросов, на которые я не могу ответить. Я никогда не слышала, чтобы кто-нибудь когда-нибудь из Магов не выбирал Тьму или Свет в день Призвания, за исключением Лениной семьи, где за них этот выбор уже сделан. Раз уж с нами больше нет Мэйкона, который мог бы нам помочь, боюсь, что нам придется самим искать все ответы.

Люсиль вспрыгнула на мамин стул, навострив уши.

— Я не знаю, с чего начать.

— Выбирающий начало пути, выбирает и место назначения.

— Туро?

— Гарри Эмерсон Фосдик. Постарше и более чудаковатый, но не менее значимый, я думаю, — улыбнулась она, придерживая дверь.

— Вы мне не поможете?

— Я не могу надолго оставить Оливию в одиночестве, не то она переставит все книги, и нам придется учить китайский, — она замолчала, глядя на меня, и в этот момент она была так похожа на мою маму. — Я думаю, что ты сам тут справишься. По крайней мере, начнешь.

— У меня нет выбора, верно? Будучи Хранителем, вы не очень-то можете помочь мне, — я все еще не мог смириться с откровением Мэриан, что она знала, что моя мама связана с миром Магов, но так и не рассказала зачем и почему. Мэриан так многое умалчивала о моей маме и о ее гибели, каждый раз все сводилось к бесконечным правилам, которые ей надо соблюдать, как Хранителю.

— Я могу лишь помочь тебе помочь самому себе. Я не могу влиять на ход событий, помогать Свету или Тьме, вмешиваться в Порядок вещей.