Измена. Мой заклятый дракон - Юлия Марлин

соскользнула по моему телу рукой, задела живот и воскликнула:

- Духи леса!

Заметив ее встревоженный взгляд, напряглась. Мирель сверлила мой живот немигающим взором, в котором плескался страх.

- Как вы себя чувствуете, Роза?

- Нормально, - я насторожилась. – А что?

- Ничего не болит?

- Н-нет.

Она подняла свои пронзительные зеленые глаза, ее губы подозрительно подрагивали:

- А магия не сбоит?

- Вроде нет. Да в чем дело?

Целительница нервными движениями зачесала за острые уши толстые косы, потом приблизилась и занесла руку над моим животом, при этом меня не касаясь. Несколько секунд прислушивалась к дару и, наконец, шумно выдохнула.

- Послушай, девочка. Сейчас я дам тебе очень сильный стабилизирующий амулет, зачарованный самими Первородными. Носи его, не снимая. И, пожалуйста, не спрашивай – зачем. Просто носи. А как только почувствуешь себя дурно, или если начнёт мутить, сразу приходи. Обещаешь?

Я проследила, как она приблизилась к стеллажам, достала из шкатулки, отделанной яхонтом, синеватый кулон в виде зеркальной капли на тонкой серебристой цепочке, подошла и надела мне через голову. На грудь упал крошечный осколок лунного света.

- Не надо, - я попыталась возразить, но целительница болезненно сжала мое плечо.

- Надо.

- А если сниму?

- Не вздумай. – Видя мое недоумение, Мирель показательно расслабилась и улыбнулась. – Доверься опытной целительнице, я плохого не посоветую.

Дар внутри охотно откликнулся, изучая свойства эльфийского кулона. Редкий драгоценный минерал, вкрапления серебра и море защитных, отводящих и стабилизирующих чар, буквально вплавленных в камень посредством магии. Амулет в прямом смысле являлся бесценным артефактом жизни. Такой обычно вручают тем, кто серьезно истощен, болен, потерял магию или находится при смерти.

Но ведь я не при смерти? Или… мне что-то угрожает?

Эльфийка снова бросила беглый взгляд на мой плоский животик, скрытый корсетом, и вернула лицу спокойное выражение.

- Ожог такой сложности быстро не пройдет, потребуется время. Придешь на новую перевязку на следующей неделе. Приятного вечера.

- И вам.

Я спрятала артефакт жизненных сил под платьем и, ощущая, как прохлада соприкасается с обнаженной кожей, вернулась в зал. Намеки женщины взбудоражили в груди волну безотчетного страха. Вдоль позвоночника полз холодок, а ноги стали напоминать деревянные.

Неужели та единственная ночь с темным драконом серьезно пошатнула мое «слабое» человеческое здоровье? Или я ошибаюсь, и дело в другом?

* * *

Ректор ждал в общем зале.

Когда я вышла, обежал меня цепким взглядом, мгновение изучал перебинтованную руку и, ничего не спрашивая, пригласил за собой.

На улице сгустился мрак, моросил холодный дождь. Чтобы не упасть или поскользнуться на мокром камне я вынужденно оперлась на предложенный мужчиной локоть. Идти рядом с ним было тяжело – что он понял, увидев метку дракона? И не использует ли этот факт против меня? Чувствовала, как неимоверная тяжесть давит на плечи. Нет ничего ужаснее – неуверенности в собственном будущем и постоянном ожидании подвоха. А это именно то, что окружает меня со дня замужества с Александром Кайденом!

Рейнал с расспросами больше не лез. Проводил к монолитному строению, завел внутрь, после чего мы поднялись на третий этаж по лестнице из черного мрамора. Просторный, аскетичный коридор был залит светом фонарей. В стенах виднелись двери на равном удалении друг от друга.

- Вон там мои апартаменты, - он, поглядывая на мою искалеченную руку, указал на крайнюю дверь. – А это – ваши. Проходите.

Прислонив к замочной скважине ладонь, дождалась перенастройки защиты и вошла. Покои, в которых предстояло жить, оказались двухкомнатными. Небольшая гостиная была отделана в темных тонах: я рассмотрела диван, кресла с пуфиками, стол, шкаф, в проеме, ведущем в спальню, виднелась большая двуспальная кровать и край окна, зашторенный бордовыми портьерами.

Помимо этого в апартаментах располагалась уютная ванная комната. Я была очень уставшей и, решив, что со всеми бытовыми проблемами разберусь завтра с утра, простилась с ректором и заперлась. Перед уходом он положил мою сумку на стул и намекнул, что если возникнут какие-то вопросы, я смело могу прийти за советом, а еще сказал, что на первом этаже имеется круглосуточный буфет.

Голода не испытывала. Приняв душ, переоделась в чистое белье и платье, купленное еще у дочери держателя целительской лавки, добралась до кровати и упала без сил. Грудь холодило красивое эльфийское украшение – неимоверно дорогое, но отданное Мирель задаром.

Почему она так пристально изучала мой живот?

Что почувствовала, но не рискнула сообщить?

С этими мыслями, сбила одеяло в комок и порадовалась, что вопреки всем невзгодам обрела крышу над головой и работу. Уж лучше здесь, чем чахнуть в одиночестве в поместье нелюбимого супруга с горьким пониманием, что жизнь закончена.

… Как провалилась в сон – не заметила.

Во рту неожиданно пересохло. Сердце заколотилось и вокруг стало душно и мрачно, как перед грозой. Меня окружила липкая тьма без единого лучика. Хотя до этого я лежала на мягкой кровати, под светом ночника.

Внезапно затылок пощекотало чужое дыхание, а по ребрам прошлись горячие и крепкие пальцы, унизанные острыми когтями. Замерев от ужаса, поняла, что сзади кто-то стоит. Я даже губу закусила, чтобы не вскрикнуть, настолько перепугалась, не понимая, куда попала.

Он не двигается, согревая теплом сильного тела.

Разливает по венам волны чего-то запретного, волнующего кровь. В груди становится мучительно-сладко. Страх плавно испаряется, пружины разжимаются, и я расслабляюсь.

Чувствую, как теплые губы касаются обнаженного плеча; дорожкой легких поцелуев покрывают чувствительную шею. Широкие ладони ложатся на спину, скользят вдоль позвоночника, перемещаются вперед, поглаживают ребра и накрывают грудь ладонями. Его зубы прикусывают за мочку уха, припадают к шее, оставляя поцелуй за поцелуем. С ним хорошо. Никто и никогда не прикасался ко мне с такой нежностью, такой страстью. Хочется раствориться в его огне, потеряться в этом тягучем и сладком мраке.

- Кто ты? – Шепчу чуть слышно.

Дыхание делается рваным, я едва могу говорить.

- Знаешь сама, - хриплый рык, от которого все в груди замирает.

Сгорая от интереса, кто Он такой, оборачиваюсь в надежде увидеть пылкого незнакомца. Во тьме проступает мужской силуэт: широкие плечи, туго сплетенная коса. Он резко подается навстречу. Я различаю два пронзительных синих глаза, прямой нос, высокие скулы, немного впалые щеки, резкие черты лица.

- Алекс? – Крик срывается вместе со стоном.

Хочу отпрянуть, убежать, но муж-дракон обхватывает за плечи и рывком притягивает к груди.

- Иллана, - рычащий баритон наполнен отчаяньем и болью.

Он перехватывает мою больную руку с брачной меткой, но