Ледяной венец. Брак по принуждению (СИ) - Ульяна Туманова

не глуп, а значит, если не лжет, то ставки будут высоки. И мою ставку он знает наверняка.

— Что ты предлагаешь? — я больше не могла терпеть.

— Ты поможешь мне возродить Авенту, — оставив предложение незаконченным он посмотрел на меня.

— А взамен?

Он промолчал, но не потому, что не знал, что сказать, а потому что знал, что именно я попрошу.

— Единственное, чего я хочу — это вернуться в Третьемирье! — высказала ему свое условие. — Или сдалась мне твоя сделка.

Каждая секунда его молчания ускоряла мое сердцебиение. Думать почему он соизволил пойти мне на встречу, я даже не хотела.

Цель оправдывает средства и точка. Особенно в моем случае.

— Хорошо, — ответил он, подумав.

— Скажи это, — потребовала я, чувствуя ком в горле.

— Взамен на свою помощь Авенте ты получишь свободу, Лея.

Не знаю, почему он решил произнести в конце своего обещания мое имя. И не знаю, почему мне это понравилось.

Это первый раз, когда в этом проклятом месте у меня появился лучик надежды! Да я сделаю все, что смогу, чтобы только он отпустил меня.

— Я согласна, — пытаясь не выдать чувств, добавила. — И обещаю сделать все, что потребуется.

— Я тоже.

Он поднес свой бокал к моему и легонько стукнул.

— Отмечаем сделку? — не сдержалась я.

— Вроде того, — с улыбкой в голосе ответил он и сделав небольшой глоток, поставил запотевший бокал обратно на стол. Свободную руку он положил на подлокотник.

К слову, несмотря на бодро пожирающий древесину камин и исходящее от него тепло, жарко мне не было. Я медленно подтянула к себе заледеневшие ноги, стараясь удержать баланс и не облокотиться на мотта.

Хватит и того, что я сижу у него на коленках и мне еще как — то надо будет улизнуть.

Положила ладонь на голые ноги и не сразу почувствовала тепло собственной руки, до того они заледенели.

— Что это такое? — я обратила снимание на красивый запечатанный сверток, перевязанный желтой лентой, что лежал перед моттом.

— Послание от правителя Сорры, — ответил они положил горячую ладонь на мои замерзшие ноги.

Я в изумлении повернулась к нему, хотя по возможности старалась таких взглядов избегать. Он же смотрел на сверток так, будто пытался узнать, что там написано, не открывая.

— Ты его прочтешь?

— Печать имеет право вскрыть правитель, но его здесь пока нет, как ты заметила.

— Заметила, — в тон ответила я. — И зачем правитель Сорры вам пишет?

— Как минимум, чтобы гончую, которая сюда проникла, не убили, — он удивил меня ответом. — Она принесла с собой послание, а гонцов не убивают.

Гончую? Женщину?!

— Ты не знала? — видимо на моем лице читалось удивление, раз он решил поинтересоваться.

— Что в воины берут женщин? Нет, не знала.

— Все воины Сорры — женщины.

Для меня это было открытием. Я слышала про обе армии, но не подозревала, что друг против друга сражаются мужчины и женщины.

И учитывая, насколько ищейки жуткие и быстрые, какими же должны быть их противницы?

— Почему? — не удержалась я. — Разве это честная битва, когда женщина должна защищаться от мужчины? У вас больше мышц, больше силы. Мы куда более уязвимы.

Теон усмехнулся. Настолько тихо, что я еле заметила. Теплая мужская ладонь снова огладила ноги.

— Я тебя рассмешила?

— Не ожидал от тебя речи про женскую уязвимость, — сохраняя внешнюю непоколебимость ответил он, но я — то видела, что он меня дразнит.

— Я серьёзно, — настояла, подавляя желание улыбнуться.

— Я тоже, — чуть тише обычного ответил мотт.

И тут в его серебряных глазах, на самой глубине, замерцали огни. А это значило одно: мне нужно сейчас же уйти.

Я вскочила чтобы убежать, но он ловко поймал меня и усадил обратно.

— Скажи мне, почему ты такая холодная? Еще немного и покроешься инеем.

— Хорошо, что спросил, — развернулась к нему все так же безуспешно пытаясь расцепить сомкнутые на моем животе мужские руки и добавила. — У твоей пленницы нет горячей воды, и нет приличной обуви. Поэтому да, обрасти инеем одна из моих скорых перспектив.

— Ты не пленница, — огни в его глазах тлели, но никуда не исчезали, — а моя жена. Поэтому можешь и могла отдавать управляющей распоряжения.

— Думаешь, я не пыталась? Она не слушает.

— Послушает, — он отвел мои волосы от лица и, кажется, совсем не вникал в разговор. — Теперь послушает.

Я все еще хотела уйти, но знала, что не смогу, до того сильным было притяжение. Не сравнимое ни с чем. Ласковое и жесткое одновременно. Дарующее иллюзию полной свободы и в то же время полностью ее лишающее.

Стараясь оставаться в реальности, я думала и про упрямую Эл с ее прозрачными платьями, и про холодный душ, и про то, с кем именно я заключила сделку.

Ничего не помогало.

Жарко стало так, что пересохло во рту. Теон провел большим пальцем по моей нижней губе, затем положил ладонь мне на затылок притянул к себе.

Для поцелуя.

Которого я тоже хочу.

Пальцами вцепилась в его свитер, не думая о том, как это выглядит и что он обо мне подумает. Он тоже держал меня так, будто никогда не отпустит.

На секунду тело сковал страх, вдруг мотт сделает мне больно? Но как только наши губы соприкоснулись я поняла, что все будет наоборот.

Он целовал меня невесомо, дразня и распаляя. Его руки то порхали по моему телу, то останавливались чтобы притянуть меня еще ближе, хотя ближе было некуда.

Я задыхалась от его близости. От того, насколько нереальным был этот момент. Казалось, если я открою глаза, то все рассыпется как песчаный замок на ветру.

Рассыплюсь я.

И как после такого собрать себя воедино?

Попыталась отстраниться, когда Теон проник в мой рот языком. Но он не позволил и продолжил делать это так же глубоко, откровенно.

Меня бросило в жар и дрожь одновременно. Не знаю, как так вышло, но не размыкая губ и объятий, я пересела с его коленок и теперь сидела верхом. Лицом к лицу.

Мотт с чувством огладил мои бедра, медленно и порочно. Под его прикосновениями кожа горела, плавилась.

Я не хотела, чтобы он останавливался, потому что тогда я сойду с ума.

Теперь я целовала его так же, как он меня. И касалась так же. Жадно, неистово, будто такой возможности у меня больше не будет никогда.

Теон подхватил меня и усадил на свободный островок уставленного посудой стола, разрывая тем самым поцелуй и объятия.

Я растерянно моргнула, не в силах оторвать от него взгляд.

— Не смотри на меня так, — мотт снова коснулся