Влюбить генерала, или Купидоновы трудности - Ева Финова

попытку отбить аппетит непередаваемым запахом. Но увы, желудок укололо голодным спазмом. Невольно сглотнула слюну, моментально наполнившую рот.

– Все, что ты видишь перед собой, – это деликатесы, которые нельзя попробовать в обычное время, – поумничал Шан. Видимо, оправдывался из-за моего кислого вида, с которым я уставилась на собственный столик. – Я решил побаловать гостей дорогими яствами.

Прикусила губу, чтобы не ляпнуть в ответ очередную колкость, готовую сорваться с языка. Мол, это мизерная чашка с рисом – деликатес? Или килька, у которой мяса – кот наплакал? Или вообще морской виноград?

Рвотный позыв застрял в горле от одного только воспоминания о его запахе. Почему-то мне вдруг стало очень душно и захотелось поскорее выйти на улицу, подышать свежим воздухом.

С чего бы это, спрашивается?

– А как же шествие до статуи Нефритового Дракона? – вовремя вспомнила я недавний рассказ предательницы у’Лин. Кстати, да, это же наверняка она решила меня подставить, и поэтому принесла свадебный наряд в купальню? Теперь-то я знаю, почему ее лицо буквально пылало от стыда.

– Шествие до статуи Нефритого Дракона – это для низших, – псевдо-деликатно пояснил генеральский дружище. Сложив руки лодочкой, он буквально расцвел лицом, получив возможность, заговорить со мной напрямую. – А ты из какого сословия, раз интересуешься этим ритуалом?

– Э… – не нашла ничего умнее, чем ответить таким макаром.

– Она не из здешних, – снисходительно повторил генерал. Одно хорошо, голос его звучал менее грозно. Но что плохо – разговор обо мне в третьем лице. И вообще, ко мне обратились, значит, зеленый свет! Так что, начну, пожалуй, жечь напалмом.

– А что такое низшие? – спросила я, адресуя обращение козлобородому. Противно, да, а что делать? Если молчать еще противнее?

– Низшее сословие, – и снова Шан-и-Дан опередил этого самого Ю. – Слуги, рабочие деревни и другие.

– Шан! – запротестовал его друг. И даже кулаком стукнул по столешнице. Тонкий звон разлетелся по всему залу, не считая крика. – Хватит отвечать вместо меня!

– Моя служанка, что хочу, то и делаю, – парировала еще одна козлина рядом сидящая. Ну точно, будто игрушку делят в песочнице.

Я грустно вздохнула и перевела взгляд на Луян-нян.

О…

А тут у нас острый взгляд исподтишка. Сидит вся такая кроткая, а когда почувствовала мой интерес, вначале предусмотрительно убедилась, что генерал поглощен перепалкой с Ю, так посмотрела на меня, как убийца на свою жертву. Аж мурашки забегали по коже.

– И вообще, тебе не обязательно было становиться генералом, потому что ты – пятое поколение и-Данов. Мог выбрать себе что угодно, кроме этого! – негодующе бросил дружище Шана. А я снова перевела весь фокус внимания на этих двоих.

Как же интересно у них развивается беседа. Ненадолго отвлеклась, а тут уже упреки вовсю.

Жаль, негаданно-нежданно к генеральскому плечу с моей стороны подкрался очень колоритный субъект, отвлекая на себя все внимание присутствующих в зале.

– Мой господин, – обратился он, обозначив тем самым положение в обществе. Так-так.

И кто же он такой?

Я, ничуть не смущаясь, обернулась и уставилась на темноволосого красавца в сиреневом ханьфу, почти таком же, как на мне сейчас. Только у него наряд расшит серебряной нитью, у меня – золотой.

Из примечательных черт – практически женское личико без всякой растительности, усов, бороды. Из-за чего тату в виде паутинки, набитая прямо под нижней губой во весь подбородок, была видна довольно отчетливо. А еще из его носа торчало драгоценное колечко, украшенное маленьким сапфиром под цвет синих-синих глаз.

Вот это я понимаю, колоритный экземплярчик. Невольно облизнулась. Для такого и невесту искать не надо, наверняка подходящие кандидатки штабелями падают к его ногам.

– Можем начинать обряд почитания, – подсказал красавчик, кивая в сторону зала. – Звезды ныне благоволят вам, мой господин.

Не думала, что его слова произведут на меня столь ошеломляющий эффект. Будто у меня в голове взорвалась сверхновая. После чего пришла звенящая пустота.

– Простите, а вы… – слетело с языка непроизвольно. Что неудивительно, Шан, Ю, Луян и, собственно, красавчик тотчас вопросительно уставились на меня. Про гостей вообще молчу, мне до них не было никакого дела. Так вот, собрав мысли в кучу, я осипшим голосом спросила: – Вы астроном? Ой, астролог?

Правда, разницу между этими словами я не ощущала, спросила на всякий случай, потому что и сама путалась в этих двух понятиях. Однако могла сказать со стопроцентной уверенностью, что он точно не астронавт. Потому что значение этого слова я худо-бедно знала.

– Я оракул, – надменно ответил, конечно же, оракул. И правда, чего это я? У него же на лбу написано, да? А кроме шуток, решила расспросить его, пока появилась такая возможность:

– А чем вы занимаетесь, оракул?

В уме зажала кулачки, вдруг он – тот, кто мне нужен? Вдруг это он рисует те самые бумажки, о которых говорила Афродита? Вдруг это он мешает моей магии?

– Я… – Что неудивительно, оракул растерялся.

Еще менее удивительным стало то, что генерал вознегодовал.

– Спасибо, Хен, ты свободен.

Нужный мне парниша кивнул и попятился назад, к стене. А когда генерал обернулся к столу, то оракул наконец крутнулся на пятках и вылетел из комнаты.

– Ты зачем задаешь неудобные вопросы моей прислуге? – упрекнул меня Шан. – Или же это часть твоего плана? – И столько подозрения во взгляде. Ну все, точно записал меня во враги народа.

– Мне просто любопытно! – поспешила оправдаться, наплевав на собственные принципы, учения и умения офисного плантаторства: «Оправдываешься – значит виноват». И правда, я действительно чувствовала себя слегка виноватой, ведь мой вопрос был не настолько безобиден.

– Ну-ну… – Вот и Иданушка мне не поверил.

Я пожала плечами, мол, думай что хочешь. А большего я тебе не скажу. И снова обернулась к неаппетитным угощениям.

Сжалившись, генерал подозвал слугу.

– Принесите жареную лакедру и маринованный лотос. – Шан-и-Дан кивнул в мою сторону, намекая, что новые угощения на самом деле будут вкушаться не его небожительским величеством, а кем-то явно пониже рангом. Но несмотря на это, вышколенный слуга не задал ни единого вопроса, а приступил к исполнению с завидным рвением.