Не смей меня целовать - Дарья Михайловна Сорокина

Шорох прыснул от смеха, а Тео машинально пригладил топорщащиеся пряди, которые после нашего купания стали ещё непослушнее.

В отличие от моего наставника, радости от рыбного дня я не ощущала. Не могла отделаться от ощущения, что в сети мог попасться перевёртыш. С трудом переборола холодок между лопаток. В этом мире точно окончательно стану вегетарианкой.

Лениво жевала морскую капусту и старалась игнорировать мычание моего извращенца.

— Аня, просто попробуй, — у меня перед лицом оказалась вилка с насаженным на неё куском угря, — Клянусь, это не перевёртыш! Тебе нужно набираться сил.

— Не хочу.

Уговаривать меня он не стал, а пожал плечами и съел и эту порцию.

— Хотя, знаешь, я передумала, — наградила своего мучителя самым коварным взглядом, на который только была способна, встала и пошла к раздаче еды.

Вернулась с тушёным щупальцем осьминога и принялась демонстративно громко грызть жестковатое мясо. Чего не сделаешь ради растерянного выражения на лице Тео?

— Я так понимаю, теперь это для меня намёк?

— Именно! — жевала уже из принципа. Резиновое оно, что ли?

Парень заметил это и расплылся в улыбке.

— Хочешь повторить? — мою ногу опять опутало что-то влажное и склизкое, и я чуть не подавилась.

От неожиданности долбанулась коленом об стол, и посуда оглушительно зазвенела, привлекая к нашей троице внимание всего обеденного зала.

— Ненавижу, — процедила, давясь деликатесом, а Тео и не думал отпускать, наклонился вперёд и уставился меня в глаза.

— Твой выбор животного оказался весьма показателен, Аня. Между нами действительно летят искры.

Что в голове у этого человека? То психует и орёт, что мы не пара, а я должна спасти своего загадочного суженного, а то домогается меня самым гадким образом и выдаёт сальные шуточки.

— Шор.

— Да, Аня? — шиншиллу явно забавляла это перепалка.

— Готовься, — перехватила вилку поудобнее.

— К чему? — растерянно переспросил мой извращенец и в этот же момент получил мощный тычок в щупальце.

Даже не представляла, что он умеет так виртуозно ругаться. Каждый день не перестаёт меня удивлять.

*.*.*

До первой пары оказалось достаточно времени чтобы переодеться в сухое, причесаться и вдоволь попаниковать. Наставник громко шмыгал носом и вытирал невидимые слёзы, приговаривая, что малышка уже совсем выросла и отправляется в большое плавание. Шорох проверял, всё ли я взяла для занятий, и какое-то время из сумки торчал только его длинный хвост.

— Я провожу, Аню, — вызвалась шиншилла. — А ты выспись перед третьей парой, тебе сегодня основательно досталось.

Если он имеет в виду электрический разряд и удар вилкой, то мне уже не стыдно. Даже не обернулась на Тео, и покинула наши апартаменты в компании Шороха.

Проклятый зверёк показал дорогу до аудитории, где должно было состояться первое занятие. Студенты-перевёртыши четвёртого курса уже начали занимать свои места. Выглядели эти парни и девушки вполне взрослыми. Уверена, мы с ними ровесники.

— Перевёртыши начинают обучение с началом полового созревания, — пояснила Шиншилла. — А у таких как мы оно наступает примерно в пятнадцать и шестнадцать лет. В это время вполне можно запечатлеться с кем-нибудь.

— Ужас. Они же ещё дети!

— Так никто не говорит об интимной близости, Аня. В таком возрасте всё невинно и мило.

— Надеюсь, не так как у Тео?

— Не злись на него. У парня не было подростковой и юношеской влюблённости. Прости его за все эти выходки, считай, он тебя так за косички дёргает, — заступался за своего друга Шорох.

Ну да за косички… Вспомнила свои трусы, висящие на щупальце. В следующий раз за такую выходку он так просто не отделается.

Опустилась на свободный стул, подальше от остальных студентов. Всё как в институтские годы — сторонюсь других людей и совершенно не хочу ни с кем знакомиться.

— Доброе утро, ты та самая Аня? — громко поприветствовала меня коротко стриженная девушка.

Ну спасибо ей, теперь все таращатся в мою сторону. Странно, у остальных студенток тоже короткие волосы. Это требование такое?

Незнакомка улыбнулась и ответила на мой вопрос:

— Нет, не требование. Просто в этом году мы много времени проводим в воде. Сушить волосы каждый раз очень утомляет.

— Я опять думаю вслух, да?

Шорох кивнул.

— Не переживай, Аня. Ты научишься контролировать мысли. В мой первый год, я слишком громко оценила задницу нашего преподавателя по общей теории оборота. Слышали все в аудитории…

— Сочувствую, — да уж, действительно, неприятно. Главное, так же не подумать о заднице Тео. Задница Тео… Блеск, я уже о ней думаю, а судя по смешку Шороха, опять вещаю для всех вокруг.

— Зато в тот же день мы запечатлелись. Скандал был грандиозный. Студентка и преподаватель. Мрак! За нами было повышенное внимание. Но куда деваться. Любовь!

Ой любовь, ли?

— А Тео это тот черноглазый странник? — девушка уже разложила письменные принадлежности рядом со мной.

— Ага, мой куратор и самый страшный кошмар.

— Кошмар с упругой задницей, я запомню! Отличное начало здоровых отношений наставник-ученица! — подбодрила студентка и бесцеремонно потрепала меня по плечу. — Меня Мари зовут, кстати.

— Очень приятно, — странно, но больше никто не хотел садиться с нами рядом. Напротив, многие старались держаться подальше от нашего стола и жались ближе к преподавательской кафедре.

— Я так рада, что больше не одна на потоке, — Мари наградила меня тёплым взглядом.

— В каком смысле не одна? — У меня в желудке началось неприятное жжение. По-любому, осьминог был протухшим. С гнильцой…

— Мы с тобой что-то вроде изгоев. — Девушка открыла тетрадь с конспектами и сделала себе пометку о начале новой записи.

— Почему? Когда я успела нажить себе врагов? Я только вчера приехала!

— Не всем везёт найти свою половинку не то что до выпуска, но и за всю жизнь. Нам завидуют, Аня. Мы очень счастливые, у нас есть истинная пара! Какой он?

— Кто?

— Твой избранник. Я не чувствую его в этой академии. Он далеко? Ты скучаешь по нему?

Я? Мой избранник? Как это не в академии? На меня словно ведро со льдом опрокинули. Открыла рот, чтобы задать все эти вопросы Шороху, но в аудиторию зашёл преподаватель с отчётливым отпечатком паранойи на лице. Не глядя на нас, он рванул к окну и внимательно осмотрел соседнюю башню, словно в ней притаился снайпер. Если бы не была ошарашена, то непременно заржала. Это же мой вылитый школьный учитель по ОБЖ. Смешные седоватые усики и идеально выбритая голова. Выглядит, как бывший военный, и разговаривает так же, резко понижая голос.

— Значит, так***! Рыбы, значит. Безопасность на воде ***!

В каждой из пауз мне мерещилось матерное междометие.

— Новенькая. Возьми свою книгу *** — Гаркнул ОБЖшник, и я,