Дворянка из поместья РедМаунтин - Надежда Игоревна Соколова

и правда было некуда. С деньгами, но без магии и связей, далеко я не убегу, особенно зимой, когда вот-вот ударят морозы и снег завалит все пути-дороги. Арчибальд легко обнаружит меня максимум через пару недель моего побега. И при этом еще больше разозлится. Да и смысла бежать я не видела – моя душа уже сроднилась с этим поместьем. Мысленно я называла его своим домом. И мне совершенно не хотелось подрываться и мчаться в неизвестность, тем более сейчас, после болезни, когда на улице царила самая настоящая зима.

С тяжелым вздохом я поднялась из кресла и медленным шагом вышла из гостиной. Я подумаю об этом чуть позже, не сейчас. Потом, все потом. Сначала мне нужно привести в порядок мысли и эмоции. Иначе так и с ума сойти можно.

Вернувшись в свою спальню, я какое-то время бесцельно походила из угла в угол, пустым взглядом скользя по комнате. Потом все же взяла колокольчик, вызвала служанку и приказала вызвать в гостиную новую прислугу. Если у них готовы вещи, то с вещами. Нет – без них. Пообщаемся на тему шитья и других видов рукоделия. Теперь, когда у меня имелись деньги, я могла позволить себе купить и ткань, и различную фурнитуру. Оставалось узнать, где, что и у кого покупать.

В город я по такой погоде в ближайшее время точно не попаду.

Служанка бросилась выполнять приказ. Я вышла из спальни и направилась в гостиную – ждать прихода швей. Заодно успею настроиться на разговор с ними.

Все три новые служанки появились в гостиной через несколько минут. И принесли с собой две теплые пижамы и одно шерстяное платье. Не чистая шерсть, конечно, при носке колоть не будет, особенно если под него майку или комбинацию пододеть. Зато в нем очень тепло, и уж точно можно не бояться болезней.

– Добрый день, найра, – степенно поздоровалась одна из служанок, аккуратно положив на стол передо мной свои труды. – Вот, пока что только это успели.

– Отлично, – довольно улыбнулась я. – Для начала просто шикарно. Будет мне качественная одежда для смены. Садитесь и рассказывайте, что именно нужно вам для работы в первую очередь, и где достать эти предметы, если в город дорогу замело.

Служанки расселись в креслах. Держали они себя спокойно и уверенно и явно не были похожи на забитых крестьянок. Скорее, на горожанок, которые по каким-то своим причинам вынуждены были переселиться в деревню и теперь старательно зарабатывали на жизнь своими умениями.

– Все, кроме ткани, можно купить только в городе, найра, – сообщила все та же служанка. – А вот в деревнях если поспрашивать, то, возможно, найдутся для выкупа не особо большие отрезы ткани. Там народ прижимистый живет, вещи держит про запас годами. За серебро или золото с удовольствием отдаст накопленное.

Ага. То есть пока что я обойдусь без фурнитуры и аксессуаров. Жаль, конечно, хотелось бы все и сразу. Но вполне ожидаемо. И значит, придется смириться с этим фактом. А вот ткани… Они мне нужны в любом количестве. Надо будет Джеку сказать, пусть от моего имени обязательно поговорит с крестьянами в деревнях в ближайшие дни, да скупит всю ткань, что у них имеется в наличии. Заплатит золотом, поддержит большие семьи. Хорошо в конечном счете будет обеим сторонам. Крестьяне получат столь желанные монеты за то, что им не особо и нужно, а я – ткань, из которой можно и простыни пошить, и скатерти про запас, и мне домашнюю одежду. На крайний случай – служанкам в поместье косынки и фартуки. Тоже нужная вещь. Всегда такой запас нужен. Мало ли что случиться может.

– Ясно, – кивнула я. – Тогда поступим так. Управляющий в ближайшие дни разузнает в деревнях насчет тканей и выкупит все, что крестьяне согласятся продать. А вы сейчас мне расскажете, что именно, кроме отрезов, нужно вам для работы, включая нитки и иголки. Подробно, пожалуйста. И при ближайшей поездке в город все это купится.

Общались мы не особо долго, часа полтора или около того. Я слушала, спрашивала, уточняла, многое для себя почерпнула из разговора. У меня складывалось стойкое ощущение, что поместье было чем-то вроде запасного жилища, земной дачи, если угодно, места, где можно хранить только старье, которое уже не понадобится в основном доме, но которое при этом жалко выбрасывать – жаба сильно душит. И предыдущие хозяева если и наведывались сюда, то ненадолго, чтобы проверить, как идут дела, отдать распоряжения управляющему или экономке и вернуться в столицу. Порталом, конечно же. Потому и вещи здесь хранились в основном такие, которые не жалко выбросить. Ну и, конечно, не имелось ничего, что сейчас подошло бы для шитья или рукоделия. Последний пункт меня особенно огорчал. Любила я украшения, очень любила. И то, что на Земле называлось хенд-мейдом, тоже ценила.

Закончив общаться со швеями, я вызвала служанку и приказала передать Джеку, что я желаю его видеть в ближайшее время.

– Так он здесь, найра, в поместье, в кабинете своем, – последовал ответ. – С документами работает уже который час.

Я аж руки потерла от нетерпения. Здесь, значит? Отлично. На ловца и зверь бежит, как говорится. Вот сейчас и пообщаемся. Выслушает мои новые указания.

– Вызови его в холл, – приказала я. – Пусть подождет меня. Я сейчас спущусь.

Служанка поклонилась и убежала. Я же поднялась из кресла. Как вовремя управляющий оказался в поместье. Заодно узнаю, что известно про поджог домов моих швей. Что-то я сомневаюсь, что то был несчастный случай. А значит, виновных, если они были, надо найти и обязательно наказать. Чтобы другим неповадно было.

Глава 29

К тому моменту, как я спустилась, Джек уже ждал меня неподалеку от лестницы.

– Добрый вечер, найра, – поклонился он, увидев меня.

– Добрый вечер, Джек, – кивнула я. – У меня для вас задание. Вот мешочек. В нем двадцать серебряных и пять золотых монет. Заберите себе нужную сумму – жалование за последние два месяца и на месяц вперед. Остальное, пожалуйста, потратьте на выкуп всего, что найдете у крестьян связанного с шитьем и рукоделием. Рулоны ткани, мотки ниток, бусины, иголки