Ведьма с юридическим уклоном (СИ) - Цыбанова Надежда

Оставаться с мужем наедине было немного боязно, но начальница подло бросила меня и убежала по своим делам.

Идти домой под руку, но в гнетущей тишине я не рискнула, поэтому наигранно-безразличным тоном спросила:

– А ты не в курсе, у Лив Холайн ячейки хранения в банке не было?

– Это можно узнать, – подозрительно спокойно ответил Томас. – Если иное в завещание не указано, то и к ней у тебя будет доступ через год. Если доживешь.

Я нервно сглотнула. Какое многообещающее пожелание. Или обещание.

– Просто подумала, что раз чертежей и расчетов нигде нет, то они вполне могут храниться в банке, – быстро протараторила я.

– А я уверен, что их вообще нет, – равнодушно бросил Томас.

Хоть и не хочется, но лучше помолчать, а то в безразличном тоне супруга я отчетливо слышу непечатные ругательства. И вряд ли это он так рад нашей встрече. В воздухе искрило от надвигающихся звездюлей.

Но я никак не ожидала, что меня спасут воры.

Томас передо мной галантно распахнул калитку, пропуская вперед. Я на всякий случай бочком протиснулась мимо и поспешила по дорожке к дому, больше переживая за фланги и тыл, чем за авангард. Но когда на меня из дома кубарем выкатился мужик, поняла, что халатно подошла к вопросу безопасности. Томаса нужно было пропускать вперед, пусть он и не дама.

Окрик мужа «Осторожно!» несколько запоздал, поскольку я уже сидела верхом на незваном госте. Сама от себя такой реакции не ожидала. Вместо того чтобы упасть, споткнувшись о живое препятствие, я ловко подпрыгнула. Ну, мне показалось, что ловко. Но туфли решили по-другому, поэтому я взмахнула руками и приземлилась прямо мягким местом на живот неизвестному.

Пострадавший взвыл, дернулся всем телом и обмяк.

– Что тут скажешь, – глубокомысленно произнес Томас, – ведьма и гуманность – понятия не совместимые. Не удивлюсь, если ты ему все внутренности раздавила, и бедняга умер. Радует только факт, что мы его в гости не приглашали.

– А можно сказать, будто нам это подкинули? – заискивающе спросила я.

– Теоретически вполне, – пожал плечами ведьмак. И с хитрой усмешкой заметил: – Особенно, если ты встанешь. Сейчас ты активно добиваешь нашего визитера, ерзая по его животу.

Меня излишне поспешно дернули вверх за протянутую руку, чуть не лишив важной конечности. Я так и не поняла: то ли Томас за гостя переживает, то ли недоволен фактом моего восседания на чужом мужике.

– В доме есть веревка. Вы меня еще ей связывали, – с недобрым прищуром припомнил муж. – Принеси. А я пока посторожу.

Вот зря он меня отпустил одну.

– Помогите, – слабым голосом проблеял второй незваный гость, распластавшись по стене возле котла, – он меня сейчас съест!

– Приятного ему аппетита, – мрачным тоном пожелала я. – Но кто именно? Котел?

– Нет. Тот, кто живет в нем. С щупальцами, – мужчина еще старательнее вжался в стену.

Я так прикинула, что запасной выход нам не повредит, и с умным видом заглянула в нутро котла:

– Хенрик, ты только сильно кровь не разбрызгивай. Убирать за тобой никто не будет.

– Какой Хенрик? – окончательно побелел от страха неизвестный.

– Самуэльсен, – с милой и добродушной улыбкой ответила я. Маньяки не мой профиль, но этого знают все. Пару лет назад казнили. – Призыв вышел неудачным, и он в котле теперь живет.

Все-таки магическая защита на доме – это вещь. Меня вон мыши напугали до залезания на Томаса, а вора чудовище из котла до глубокого обморока довело.

– Ты чего так долго? – подозрительно спросил супруг, профессионально пакуя стонущего вора.

– В доме еще один был, – беспечно повела я плечом. – Он сейчас отдыхает?

– Посмертно? – уточнил Томас. – Если нет – иди добей.

– Зачем это? – возмутилась я.

– Чтобы потом тебе иск не предъявили из-за причинения вреда здоровью, – на меня бросили насмешливый взгляд. – Уж лучше сразу в тюрьму сесть. Ты, кстати, в курсе, что тогда твоя ипотека закроется? Правда, на возмещение уже потраченных средств можно будет подать только после выхода.

– Спасибо, обойдусь, – буркнула в ответ.

Отряд стражи смотрел на нас, как на матерых преступников: немножко с опаской и настороженностью.

– Надо бы протокол задержания составить, – робко заметил старший. – А вдруг они жертвы.

– А то, – недобро ухмыльнулся Томас. – Конечно, жертвы. В дом к ведьме влезть.

Я скромно помахала пальчиками из-за плеча мужа.

– Просто их состояние… – попытался быть культурным страж.

– Подумаешь, один трясется в припадке, второй только стонет, – беспечно заметил муж. Еще и легонько пнул жертву котла. – Главное, живые. Это уже достижение.

Стражи неуверенно переглянулись, и, наконец, решили забрать внезапные подарочки, украшенные фирменными узлами веревки.

– Нам бы узнать, зачем они в дом-то залезли, – напомнила я из своего укрытия.

– Не понятно, что ли? – поморщился старший. – Поживиться хотели чем-нибудь.

– Здесь? – я выразительным жестом обвела улицу, на которой мой дом смотрелся, как нищий в толпе богатеев. – Серьезно?

– Мало ли экзотов, – невразумительно проворчал страж.– А психов еще больше.

Весь оставшийся вечер провела, словно на иголках, в ожидании подвоха, а Томас оставался все так же невозмутим. Со стороны это выглядело странно: я с улыбкой полоумной заискивающе спрашивала, не хочет ли он чая, а муж в ответ только угукал. Вылитая пара после пятидесяти лет совместной жизни. Осталось лишь челюсть вынуть и заботливо тряпочкой протереть.

Спасть я ложилась, напряженно вглядываясь в дверь, до конца не веря в свое счастье, целость неровной системы и не отшлепанную попу. И правильно делала. Все же есть в меня какие-то зачатки ведьмы. Например, могу пророчить.

– Ай! – подскочила я от ощутимого удара по спине.

– Хррр, – выдала тишина подозрительно знакомым голосом.

– Эдвин Нильсен? – удивленно завозилась я под бесчувственным телом поверенного. – Вы, как бы это получше спросить, офигели?!

– Уррр, – выдал новый непонятный звук мужчина и попробовал перекатиться на мне.

– Спасите! – слабо вякнула я. – Томас!

– Ну, наконец-то, – обрадовался муж откуда-то из темноты. Очень сложно что-то разглядеть, когда лежишь лицом в подушку. – А я-то все думал, когда меня пригласят присоединиться к веселой компании. Даже неловко стало.

– Сними его с меня, – проскулила я, всем позвоночником ощущая, что поверенному нужно срочно похудеть. Килограммов на пятьдесят.

– А точно надо? Я могу сначала сцену ревности изобразить. Все же жена в кровати с любовником.

Я сердито дернулась. В следующий миг тяжесть исчезла, и я смогла снова насладиться возможностью глубоко дышать.

– Это ты меня оскорбил или польстил Нильсену? – сердито спросила я, сползая с кровати.

– Знаешь, меня сейчас больше беспокоит, почему он никак не просыпается, – задумчиво заметил Томас. – И что вообще забыл в нашем доме.

Прода от 28 июля

Ночь. Спальня. Двое не очень одетых людей. Точнее я в пижаме, а вот Томас в любимом спальном комплекте, состоящем из одних трусов. Яркий свет непривычно режет глаза. И бессознательное тело на коврике храпит и причмокивает.

Ведьмак присел возле него на корточки и жадно втянул воздух. Я на всякий случай поспешно отвела глаза, а то они сами норовили повнимательней изучить разные интересные места.

– Пахнет вином, – заключил муж. – И весьма неплохим.

– Это все жадность, – тоскливо вздохнула я. – Сам спер у меня бутылку, которую я прихватила из дома бывшего дружка Холайн.

– Чья именно жадность? – въедливо уточнил ведьмак. – То есть ты знала, что в вине снотворное?

– Конечно. Любовничики при мне это обсуждали. Причем там доза убойная. Каждый добавил.

Супруг встал, прошелся по комнате и замер напротив меня, скрестив руки на груди:

– Отлично. Теперь поясни, зачем тебе было нужно такое вино.

Я пожала плечами: