Ведьмин чай - Юлия Николаевна Ляпина

вместе – чтобы обсудить планы на день и загрузить работой дворецкого и экономку. Ланч накрывали около полудня, и блюда, накрытые магическими колпаками, ждали их на столе, сколько было необходимо. Однако Криспин ловил себя на желании подловить Агату на выходе из лаборатории, чтобы перекусить вместе с ней.

Пятичасовой чай ведьма предпочитала пить в маленькой гостиной. К этому времени случались клиенты и гости, так что огневик к столу не являлся. Ему подавали поднос в его кабинет, находящийся рядом, так что при желании он мог все слышать и даже видеть – через хитро устроенное зачарованное зеркало.

После чая Агата обычно шла прогуляться, и де Лэйн присоединялся к ней. Они неспешно обходили сад, огород с пряными травами, непременно заглядывали на дубовую аллею, спускались к воде, сбрасывая напряжение дня. А потом возвращались и, если не было гостей – ужинали в библиотеке. Тут у камина стояло массивное кресло для мага и уютное креслице с рукодельным столиком для ведьмы, так что после трапезы Криспин читал – иногда вслух, а Агата плела тесемки, шнурки и прочие обережные штучки из ниток и бусин, которые заказывали ей соседи. Если же было настроение и желание, де Лэйн брался за гитару, а ведьма негромко пела, и это было так хорошо, что расходились часто за полночь, не чувствуя усталости. А просыпались – в одной постели.

Глава 23

Вернувшись в «Дубки» и плотно пообедав, Криспин де Лэйн окончательно решил завоевать строптивую ведьму. Для начала он написал лорду Сартиссу отчет о последних событиях в «Комарином доме» и указал необходимость постоянного присмотра за артефактором. Затем уселся в кресло и начал продумывать план соблазнения. У него впереди длинная холодная зима, нежная весна и даже часть лета. Неужели гроза дворцовых юбок, Криспин де Лэйн, не сумеет консуммировать брак с одной упрямой ведьмой? Ведомство его поддержит – не зря же Сартисс отправил их именно сюда? А родители… Они даже не узнают о браке сына, пока не появится наследник.

Мысль о наследнике почему-то зацепилась в сознании мага, и он повертел ее так и эдак. Кстати, где там учебник по общему маговедению? Шанс родить мага выше в союзе мага и ведьмы, поскольку разные потенциалы могут дать очень хороший резонанс. А если у них родится мальчик с породистым носом Агаты или девочка с ее выразительными темными глазами… Огневик вздохнул и, вытянув из стопки лист бумаги, принялся набрасывать план. Как-то же он раньше ухаживал за девушками!

Итак: цветы. Хм, ведьма в цветах ценит полезность. Дарить ей оранжерейные розы и лилии пустой труд. Может, отыскать что-то редкое, особенно интересное для ведьмы? Надо заглянуть в справочник!

Следующий пункт – милые приятные подарки. Агату не соблазнить коробкой конфет или вышитыми лентами. Она на это только посмеется. Тогда чем можно ее порадовать? Стянуть из библиотеки отца какой-нибудь старинный травник? Или выпросить у маменьки колоду редких гадальных карт? Помнится, во времена бабули гаданиями открыто увлекались в салонах, и что-то такое сохранилось в «девичьей шкатулке» маменьки.

Маг скрупулезно сделал пометки в списке и перешел к третьему пункту: внимание. Вот тут он даже слегка растерялся. Они с Агатой и так проводили вместе большую часть суток, помогая и поддерживая друг друга. Однако это теплое, дружеское сближение никак не помогало сорвать поцелуй или притиснуть ведьму в темном углу. Напротив, де Лэйн был уверен – если он только попытается это сделать, ведьма оскорбится и будет держать его на расстоянии до самого расторжения брака.

Повздыхав, Криспин оставил этот пункт незаполненным и перешел к следующему: романтическая обстановка.

Вот с этим было сложно. Агата, кажется, вообще не понимала ничего в нежных чувствах. И обстановка в их доме была скорее дружески-рабочая, чем нежно-романтическая. Что можно с этим сделать? Ужин у огня? Так они и так сидят в библиотеке, грея ноги на решетке камина. Музыка? Криспин обладал приятным баритоном и неплохо играл на гитаре, Агата отлично вела вторым голосом, их вечерние дуэты нередко привлекали всех обитателей дома, но… романтики как-то тоже не получалось.

Может, поехать с «женой» на танцы? В городке есть общественный танцевальный дом, и там каждую субботу устраивают танцы, на которые может прийти любой уважаемый житель. Только Агата, как любая ведьма, не любит толпу, духоту и нестройный шум.

Тяжело вздохнув, маг перешел к последнему пункту – постель. Вот тут, кажется, проблем не было – они каждое утро просыпались вместе. Но как перевести утреннее смущение в страстные объятия?

Перечитав список, маг фыркнул и сунул его в учебник травоведения. Нужно все еще раз хорошенько обдумать – ведьма не легкомысленная фрейлина, ее голыми руками не возьмешь!

* * *

Проснувшись утром в одной постели с ведьмой, Криспин не стал убегать, кутаясь в заранее припасенный на кресле шлафрок. Нет, он медленно, со вкусом потянулся, повернулся на бок, потом, сладко замирая от предчувствия, положил руку поверх одеяла прямо на Агату и слегка прижал, давая ей почувствовать его утреннее настроение.

– Де Лэйн! – прозвучал в утренней прохладе спальни предупреждающий голос.

– Эгги, – промурлыкал он, – холодно! Пусти погреться!

– Я тебя сейчас в камин засуну вместо растопки! – пообещала ведьма.

– Жестокая! – картинно проныл маг, млея от ощущения женского тела в его объятиях. – Ну ладно, если ты с утра не в настроении, загляну к тебе перед обедом!

С этими словами Криспин быстро чмокнул Агату в румяную ото сна щеку и сбежал под ее возмущенные крики.

Уже в коридоре, набрасывая на плечи стеганый халат, он вдруг понял – кричать-то ведьма кричала, а ведь ничем убойным не пульнула. Могла заклятием какой-нибудь икотки наградить запросто. Или вообще облысением, зная, как он ухаживает за своей шевелюрой. Но нет, только кричала. Даже подушку вслед метнула только тогда, когда он уже добрался до двери!

В общем, в свою спальню огневик вернулся в отличном настроении и к завтраку вышел свежий и сияющий, как маргаритка. Ведьма, напротив – была мрачна и раздражительна. Она злобно тыкала вилкой в яичницу, потом размазала по тарелке кашу, бросила ложку, выпила чай и ушла в лабораторию. Судя по всему, дурное настроение не отпускало ее и там – что-то хрустело, шипело на разные голоса, кричало и ругалось. Закончилось все взрывом.

Перепуганный Криспин кинулся к лаборатории и поймал закопченную ведьму на выходе. На руках унес на ближайший диванчик, быстро осмотрел на предмет повреждений и услышал усталое:

– Де Лэйн, не надо меня щупать! Мне уже не шестнадцать, чтобы млеть от твоих локонов и глаз!

– А что, в тридцать нельзя от меня млеть? – с усмешкой огрызнулся маг, убедившись в целости подруги.

– В тридцать это уже похоже на извращение, – хмыкнула в ответ Агата.

– Я и в сорок, и в пятьдесят планирую сражать тебя своей красотой и улыбкой! – не сдался огневик и широко улыбнулся.

Правда, улыбка была больше похожа на оскал, но кого волнуют такие мелочи?

– А теперь скажи мне, женщина, кто позволил тебе работать с разрыв-травой в помещении? На кой шарг она тебе понадобилась?

Ведьма поежилась и потупилась.

– Ну… кусок металла надо было разделить, для амулета…

– А огневик в доме тебе зачем? – свирепея, вопросил Криспин. – Трудно было попросить?

Агата только вздохнула.

– Так! Я еще раз повторяю для самоуверенных и недалеких! Я здесь! Для того! Чтобы тебе помогать и защищать! Даже от себя самой! И если ты, глупая девчонка, еще раз подвергнешь опасности свою жизнь…

Договорить магу не дали. Ведьма вздохнула, крепко сжала кулаки, зажмурилась, потом распахнула свои темные глаза и прижалась губами к его губам! Криспин вздрогнул, обхватил ее руками, прижал к себе и… с невероятной нежностью втянул в поцелуй.

Как бы Агата ни хорохорилась, ни пряталась за амулетами и щитами, тогда, в ночи борьбы за артефактора, огневик кое-что о ней узнал. А именно – его колючая ведьма сберегла свою невинность. Одни боги знают, как ей это удалось во время развеселой студенческой жизни, когда половина ритуалов в общежитии строилась на семени, плодовитости и девственной крови. Да и потом в столице молодую, пусть и некрасивую девушку ждали искушения, а она почему-то устояла!

Поэтому Криспин был нежен и осторожен. Не хотел спугнуть внезапный порыв. Увы, продолжить