Остаться до рассвета (СИ) - Арина Предгорная

к сердцу. — Я не буду настаивать оказать мне честь открыть вместе бал, хотя очень этого хочу; понимаю, как это может быть воспринято вашим супругом. Форрили уважаемы во дворце. Но вечер долгий, и я всё же надеюсь, что вы не откажете в последующих танцах. Вы очень красивы.

Она промолчала, склонив голову. Наследному принцу не отказывают, и просит он не о недопустимом, не роняющем честь дамы. А она отказала, и с радостью покинула бы праздник, лишь бы не попасть в неловкое положение. А то, что его взгляды, улыбка с ямочкой на подбородке живо напомнили ей Мадвика — так то не его проблема, а только её, Элге, личное восприятие.

Мужчина поймал её руку и, поднеся к лицу, прижался губами к пальцам, обтянутым тонкой перчаткой. Желая и не смея вырвать захваченную в плен ладонь, девушка смотрела на принца во все глаза.

— Герриардский этикет, — пояснил он, нехотя разжимая пальцы.

Да, она уже знает. Обаятельный племянник Зоратта уже просветил о своих обычаях, и, похоже, и дворец тоже. Виррис по секрету обмолвилась, что графский сын прибыл в Калдигерн по поручению короля.

И вот что теперь делать? Не хочет она внимания его королевского высочества! Ничьего не хочет, будь он дважды родовит и трижды красив! Все красивые обаятельные мужчины перестали вызывать у Элге доверие, и эпитеты им она подбирала такие, от которых уши любой уважающей себя леди будут стыдливо краснеть. О Дастьене Орсанде говорили как о ценителе женской красоты, но скандалов и некрасивых историй, порочащих чью-то репутацию, она не слышала. Хотя она и о Маде своём подобного не слы… не хотела слышать — после свадьбы. Намёки-то доброжелательные дамочки делали, но разве слушала Элге те намёки!

С бьющимся сердцем девушка шагнула в бальную залу и поискала глазами мужнину спину, затянутую в расшитую тонким узором серебристо-синюю ткань. Мадвик оживлённо беседовал с пожилым профессором из своего бывшего ведомства, чета старших Форрилей обнаружилась неподалёку. Встревоженными её отсутствием никто не выглядел; кое-как уняв бешеный стук сердца, Элге медленно направилась к ним и, пока шла, досадуя на нелепую встречу с принцем, вдруг поняла, что готова поблагодарить его за это знакомство и даже за попытку заигрываний: сам того не зная, мужчина отвлёк её, развеял стиснувший горло страх.

***

— Сейчас появятся Орсанды, — сказал Тивис с таким спокойствием, что Элге сразу поняла: нервничает. — Будьте готовы, дорогая моя Элге. Не отходите от Мада. Мадди…

— Не беспокойся, — улыбнулся тот.

Бритта пригладила выбившуюся из укладки светлую блестящую прядку, оценивающе глянула на невестку и в её взгляде мелькнуло удовлетворение: хороша, достойна, идеальна.

Они все взвинчены до предела, там, за фасадами красивых ухоженных лиц. Пальцы Мадвика на её предплечье едва ощутимо подрагивают, передавая нервную пульсацию ей.

В сумочке личный пропуск её королевского величества. И те слова мягким ободряющим тоном, слова участия и поддержки, очень грели, придавали сил. И ещё одно личное оружие Элге, маленькое и скромное: личина недалёкой девицы, коей считал её лорд Форриль.

— Лорд Тивис, всё хотела спросить у вас, да забывала, — хлопнув ресницами, мило улыбнулась Элге. — Почему именно здесь и сейчас? Вы столько раз могли шепнуть обо мне королю раньше, вы же теперь совсем близко к нему, такая должность, личное расположение его величества…

— Много вы понимаете, девочка. Мог бы раньше — давно сказал.

И тут же прикусил язык. А Элге продолжала улыбаться, переводя взгляд с Мадвика на свекровь, с той снова на Форриля-старшего, и тот нехотя закончил.

— Не все советники довольны выбором его величества. Мою кандидатуру рассматривали не один месяц, сомневались, а кое-кто строил козни, мечтая отправить меня на место, а ещё лучше куда подальше. Это обычные подковёрные игры, это обычная гонка за власть, и некоторым я перешёл дорогу, заняв место, на которое метили совсем другие люди. Во время совещаний никак нельзя, там короля окружают личности, чьи уши я хотел бы держать как можно дальше от такой информации. Здесь…безопаснее и надёжнее, и здесь король вас сразу увидит. Пусть он узнает первым, пусть проведёт необходимую проверку, убедится, что вы не самозванка. А там уж и двор информировать можно, но это должно прозвучать из уст Бастиана. Поэтому — стойте так, чтобы я вас видел, дорогая.

Девушка заставила себя покладисто кивнуть, поморщившись на слишком тесное объятие мужа.

Ох, Тивис..! Есть, есть в королевском окружении осторожные люди, которым ты не по нраву! И личные аудиенции, похоже, тебе пока не светят!

Музыка стала тише, сменив темп на парадно-торжественный, и от мыслей о змеином дворцовом клубке Элге отвлёк дрожащий радужными переливами воздух возле дальней стены залы, украшенной аркой из живых лиан и цветов.

Девушка ожидала, что король с семейством войдёт в парадные двери, а они появились порталом, смешав воедино личную магию каждого. Фиолетовые брызги — Бастиана Лигарта, розовые и золотые струились вокруг невысокой тонкой девичьей фигурки в белом пышном платье; королева Теона добавляла насыщенный пурпур, а у наследного принца цвет магии отливал более светлым, чем у отца, оттенком, синевато-сиреневым. Едва портальная дымка развеялась, четыре фигуры слаженно шагнули к подданным.

Мад стиснул локоть рыжеволосой супруги.

На фоне пестроцветья бальных нарядов Орсанды выделялись торжественной бело-красно-золотой гаммой. Золотистое переливчатое платье на королеве, алое шитьё на белом наряде принцессы Эрейн, и рубины на шее запястьях и в волосах, белое и золотое на принце Дастьене, красное с золотом на самом короле.

Элге рассматривала их с любопытством: на портретах они смотрелись любящей семьёй, а как на самом деле?

Их появление объявили зычным, подрагивающим от пафоса голосом, и, едва сделав несколько шагов по зале, к Орсандам со всех сторон заспешили гости, стремясь засвидетельствовать всё, что полагается продемонстрировать в данном случае. Вереница реверансов, почтительно склонённых