Наложница звёздного принца (СИ) - Ветрова Ася

– Поэтому шейла принцесса твоего брата, милый, а не твоя, – улыбнулась мама.

А я так и не понял, что она хотела этим сказать. Зато у меня гнев на мелкую пакостницу не прошёл. Голову оторву, незаметно. И скажу, что так и было.

 Шейла появилась через некоторое время в длинном банном халате.

– Ты не одета, – не выдержала мама. – Неприлично появляться в таком наряде.

– Очень даже одета, – невозмутимо ответила шейла. – Всё закрыто, ничего нигде не светит. Получше, чем эти непрактичные тряпки.

Мне казалось, что не смогу изумляться сильнее, но девушка меня удивляла каждый раз.

– Кстати, я сказала Парве, чтобы она заказала нам на автомате нормальную походную одежду. Если бежать на незнакомую планету, надо хоть выглядеть хорошо и практично.

Пока говорила, сама заказала еду. Выпила целый стакан воды (мы с мамой смотрели во все глаза на это) и села за стол.

– Будем молчать или поговорим? Скучно. Я бы что-нибудь сделала. Кстати, а кто-нибудь будет встречать беженцев? Конечно, да, – ответила она сама себе. – Всё же интересно, там будут лагеря? Не думаю, что успели что-то построить. И не уверена, что там можно будет пользоваться энергией так безгранично.

– Да. Там не будет такого потока энергии. И нам придётся туго, – тяжело вздохнула мама. – Но не так всё и плохо. Ян говорил, что там тоже купола расставит. На открытой поверхности не останемся.

– Это понятно. Но что вы будете есть? И жить где-то надо. Производить будете что-нибудь?

– Я тебя не понимаю. Наши технологии никуда не делись. Думаю, что всё наладится.

– Ага. С прозрачными лоскутками вместо одежды и с жижей непонятного цвета и консистенции вместо пищи. Уморили. Мы не поймём друг друга, пока вы не столкнётесь с реальной проблемой на месте. Тогда будет очень сложно всё разрулить. Вы же королева. Женщины всегда были терпеливее и смекалистее мужчин. Я думаю, что пора вытаскивать ваших экзотичных, экзальтированных, неприспособленных к реальной жизни дам из своих комфортабельных коконов. Придётся, в любом случае. Или выковыривать будут с мясом, – мама вздрогнула от тона Женьи. Я сам был в шоке. Но она говорила разумные вещи. – Пусть помогают мужчинам, чем могут.

– Наверное, ты права. Только вряд ли им самим это понравится. Сразу ничего не выйдет. Даже со временем, думаю.

– Понравится. Если это станет модным. И вы покажете собственный пример. Никто не говорит, что надо лес валить и кирпичи класть.

– Как это?

– Да уж. Приплыли. Как вы собираетесь жить в диких условиях? Вы привыкли, что всё за вас делают другие. Ваш народ на грани исчезновения из-за собственной инфантильности.

– О чём ты говоришь, Женья? – воскликнул я.

– О том, Вон, что ваша раса обречена на гибель, если вы останетесь на планете одни. С сурианцами надо поселить другие народы. И самим надо учиться жить у них.

– У нас есть программы выживания. Никто не пострадает, – вставила мама.

– Вы уверены? А если не сработает? Это другая планета. Как вы не понимаете? Я, когда дома жила, стоило только поменять условия жизни, даже сходив в поход, уже случалась катастрофа. А это мы, земляне, которые приспосабливаемся к любой ситуации и не являемся нежно охраняемыми орхидеями. Работаем на износ. Кто руками, а кто мозгами. Но все живём реалиями.

– Я заметила. Ловко ты изжарила тех пираний, – улыбнулась королева.

– Вот бы на костре. Это было бы круче.

– Костёр? Ты о чём? С огнём шутки плохи, – сказал я, вспомнив пожары на далёкой планете, на которой мы оказались из-за неполадки. – Ты жарила этих водных тварей?

– Она их съела после, – ехидно улыбнулась мама. Моя челюсть скоро забудет, что есть и сжатое состояние, так часто виснет.

– Придётся подружиться с другими разумными. Лучше бы вам перенять опыт других народов. Уверена, что они не так нежны, как вы. И сумеют выстоять.

– Ты сейчас оскорбила нас? – спросил я.

– Нет. К сожалению, я вижу, что вы совсем не готовы к переходу. Вот вам и непочатый край для работы. Учите детей выживать в трудных, экстремальных условиях. Сейчас столько наглядного пособия будет. Просто завались.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Ты подняла много важных вопросов. Их надо обдумать, – задумчиво произнесла королева.

– Мам, ты будешь обеспечена всем необходимым. Не надо сейчас забивать себе мозг ненужной информацией, – воскликнул я.

– Как ты можешь такое говорить? – возмутилась девушка до глубины души.

– Она права, сын. Королева я или кто? У меня в голове достаточно знаний, чтобы передать её нуждающимся. Я не должна сидеть сложа руки и отсиживаться в комфорте, когда страдает мой народ. Ты права, Женья. Первое, что я сделаю на новой планете, соберу более активных и способных женщин, и мы начнём работать, – твёрдо заявила мама.

– Кажется, что апокалипсис наступает не только вокруг нас, но и происходит внутри нас, – воскликнул я.

– Ты прав. Самая умная мысль за последнее время, услышанная от тебя. О, матушка, одежда готова, – улыбнулась Женья.

– Может и хорошо, что я подарил тебя брату, – буркнул я, смотря на веселящуюся девушку.

– Ян счастливчик. Спасибо, что подарил ему такое чудо, сын, – ласково потрепала меня по голове мама.

Глава 31. Страсть

Ян Хо

Я так скучал по моей девочке. Но работа забирала моё время целиком. Я чувствовал себя так, как будто я мчусь со скоростью света и не могу даже притормозить. Как только подумаю, что эта остановка заберёт чужую жизнь, то сразу же выбрасывал из головы все мысли, кроме тех, что давали хоть какую-то надежду на лучший исход. Самый лучший.

Фур Ян почти была эвакуирована. С Тыль Ян было больше проблем. Но там и народа побольше. С мыслью о том, что варгов можно, даже нужно, переселить на Атиз, я согласился. Это была идея Женьи, и мне она понравилась.

Я связался с братом совсем недавно. У него так забавно менялось выражение лица, столько эмоций выдавал, когда рассказывал о девушке, что я невольно улыбался, даже не замечая этого за собой. Я так хотел её видеть, но не решался. Если я хоть мельком увижу её лицо, помчусь к ней, бросив всё.

«Ещё немного, моя хорошая. Совсем немного. И мы будем вместе. Я тебя никогда от себя не отпущу.

– Знаешь, брат. Она, вроде, занимается всякими женскими вещами: одеждой, едой, пыталась даже уборку сделать, – тихо рассмеялся он с такой нежностью в голосе, что в груди спёрло дыхание от боли.

Это от ревности. Я смел её ревновать к собственному брату. Хотя, сам хотел, чтобы они стали ближе. Если я не смогу выбраться, хочется, чтобы кто-то близкий был рядом с малышкой. Ещё и этот ребенок. Странное чувство он вызывал у меня. Что-то крошечное, бесконечно далёкое, но и такое родное. О нём я старался вообще не думать.

– Что тебя беспокоит?

Я отлично знал брата. К тому же наша связь на ментальном уровне не дала бы ему соврать. Энергетическая нить вибрировала. Волнуется.

– Знаешь, у меня такое чувство, что она что-то выкинет в последний момент. Ты не можешь её прочитать?

– Нет.

– Да уж. Шейла оказалась с сюрпризом. Ян, найди для неё время. Хоть немного. Она на грани. Её беспокойство и нервозность тщательно скрываются, но это оживление и резкие перемены в теме разговора напрягают меня. Мама говорит, что это из-за беременности. Хочешь знать, что она заявила?

– Ну? – на большее я был не способен. Переживание брата передалось и мне.

– Что будет воспитывать своего ребёнка сама, позволяя только маме участвовать в этом процессе.

– Как это – воспитывать сама? – удивился я.

Дети сурианцев воспитываются особо обученными воспитателями, пока не достигают половозрелого возраста. Для это существуют специальные учреждения. И не в своём заповеднике. Каждый решает сам, куда отправит своё чадо.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– Сама. И никаких если, потому, абы да кабы, как она сказала. Так что готовься. Будешь делить свою женщину с ребёнком.

– Сейчас это не так важно.