Милена Завойчинская - Под небом четырех миров

— Курлы! Курлы! — запричитала эта… морда и, судя по звуку, шарахнулась от меня, точнее от моего визга, в сторону.

Переждав минуту в тишине, так как сама оглохла, я набралась храбрости и приоткрыла один глаз. Подумала и открыла второй. Мой давешний птеродактиль-похититель сидел напротив, совсем по-кошачьи обняв хвостом когтистые лапы, и с опаской смотрел на меня. Выглядел он как типичный дракон с картинок, которые рисуют на Земле: покрытый блестящей чешуей светло-зеленого цвета, брюхо желтое, по позвоночнику — небольшой гребень. А лапы! А пальцы! А когти! Пальцы у него были длинные, с узлами суставов и оканчивались длинными загнутыми когтями. Именно благодаря своим длинным пальцам он и смог меня обхватить. Опустив голову, я оглядела себя. Ну, точно! Порвал рубашку.

— У-у-у, морда, — проворчала я. — Такую дорогую шелковую рубашку порвал.

«Морда» виновато потупила глаза и повозила перед собой одним пальцем.

— Ну? И что тебе от меня надо?

— Ама… Ама… — произнес дракон и протянул мне одну лапу.

— Я тебе дам «ама»! — Взвизгнув, я стукнула его по лапе обеими руками. — Совсем сбрендил? На живых фей лапы тянуть? Какая я тебе «ама»?!

— Ама? — вопросительно наклонив голову, уточнил дракон.

— Вика я, а не ама, — прошипела я сердито и решила наконец осмотреться.

Находились мы где-то высоко на горе, если судить по видам. Слева — вход в пещеру, а мы сидим на козырьке, огороженном по краю каменной кладкой. Такой своеобразный балкон с песком на полу.

— Та-а-ак, — протянула я и попыталась встать. — О-ох, вот же ты паразит! — Встав, я тут же согнулась от боли в ребрах.

— Курлы? — Желтоглазая морда улыбнулась.

— Ой-е-о-о-о, — протянула я, увидев этот оскал. — Ты это… Я несъедобная! Я вообще ядовитая! Даже и не вздумай… Обалдеть сколько зубов, прямо как у улитки.

— Курлы-ы-ы? — Драконья морда вытянулась.

— А ты думал, у тебя больше всего зубов? Обломись. У нее их до двадцати пяти тысяч. — Я с опаской подошла к краю балкона и заглянула вниз.

— Курлы-ы-ы!!! — выдохнул мой странный собеседник.

— Ну? И зачем ты меня сюда притащил? — Я уже освоилась и начала наглеть, поняв, что есть меня прямо сейчас никто не собирается.

— Курлы, — обрадовался дракон и подтолкнул мне хвостом какой-то большой комок травы.

— Это что? Еда? Нет уж, спасибо, конечно, но я сено не ем.

— Курлы! — Он снова толкнул хвостом ко мне шар, тот прокатился и остановился у моих ног.

— И чего? — Мы с драконом вдвоем смотрели на этот травяной мяч.

— Курлы.

— Не понимаю я тебя. — Я легонько пнула мячик, и тот откатился к дракону.

— Курлы, курлы! — обрадовался он и снова хвостом толкнул его в мою сторону.

— Играть, что ли?

А дальше мы минут пятнадцать играли в мяч. Дракон веселился, я офигевала от абсурдности ситуации. Нет, я очень хорошо помнила слова Эрилива о драконах. И то, что когда-то они были разумной расой, но одичали и потеряли способность говорить. И то, что хоть это и не изучено и недоказуемо, но вроде как остатки интеллекта у них сохранились на уровне двухлетнего ребенка. И что? Это меня похитили в качестве игрушки, что ли?

— Все, устала я. — Кряхтя, я уселась на горячий песок. — Да и жарко вообще-то. Ты-то ящерица, тебе солнце полезно. А я сейчас солнечный удар заработаю, между прочим. — Прищурившись, я глянула на небо и вздохнула. — А все ты! Шляпу мою потерял? И очки солнечные?

— Курлы, — уныло подтвердил дракон.

— Вот тебе и курлы. Идем в тенек, что ли? А то мне правда сейчас плохо станет. — Я отошла в тень от скалы.

Зверь послушно переместился следом и снова сел напротив, разглядывая меня.

— Ну? Что дальше? Может, вернешь меня, а? За меня там волнуются, переживают. Целых двое мужчин, между прочим. Ищут меня… наверное…

Ответа я никакого не получила, только тяжелый вздох, обдавший меня горячим дыханием.

— Э-э-э, ты на меня не дыши. А то я читала, что вы огнем пыхнуть можете, — погрозила я дракону пальцем.

Тот поднял переднюю лапу, оттопырил палец и повторил мой жест, с интересом разглядывая результат.

— Курлы.

— М-да. Вот и поговорили. В крестики-нолики играть будешь?

Следующий час я учила этого птеродактиля играть в крестики-нолики. Я чертила на песке значки палкой, он — когтем. И что самое ужасное — я проигрывала.

В первый раз я решила, что это случайность. Во второй — задумалась. В третий, четвертый и пятый — поняла, что все совсем не так уж и плохо. Раз это чудо зубастое в состоянии выиграть у меня, человека с опытом, игру, значит, интеллект там определенно имеется.

— А ну-ка, покрути головой. — Я рукой показала на его голову и сделала движение, словно что-то поворачиваю.

Он внимательно понаблюдал за моей рукой и послушно покрутил головой.

— Так. Черепушка у тебя хорошая. Глаза большие, но не слишком выпуклые. Гм, есть надежда, что твой мозг не такой, как у страуса, — пробормотала я.

— Курлы?

— Кто такой страус? — На самом-то деле я понятия не имела, о чем дракон переспрашивает, но нужно же было с ним как-то общаться. — Птица такая. Ноги — во! Шея — во! Задница тоже — во! А вот с головой не повезло. Прикинь… — Встав, я начала обходить дракона вокруг, продолжая заговаривать ему зубы. Причем в прямом смысле этого слова. — Голова маленькая, лысая, а глаза огромные, выпуклые и круглые. Вот — почти как мой кулак! — Я продемонстрировала кулачок. — И каждый глаз размером с его мозг.

— Бе-э-э, — наконец-то сменил пластинку мой собеседник.

— Угу. Зато перья красивые из попы торчат, — подтвердила я. — Вот представляешь, мозг размером с глаз, а перья такие, что… Ну… Короче, не буду я тебе говорить, а то как-то неприлично получается.

— Курлы? — Голова на длинной шее повернулась ко мне — я брела уже вдоль хвоста дракона.

— Тоже хочешь перья? — Вконец обнаглев, я потыкала пальцем в основание его хвоста. — Не, тебе не пойдет.

— Курл, курл, — булькающе рассмеялся дракон, если я правильно поняла эти звуки.

ГЛАВА 9

— Слушай, зверь, а у вас тут вода есть? — вздохнула я, снова дойдя до зубастой морды. — Умираю, как хочу пить.

Дракон внимательно меня выслушал, смешно, по-собачьи наклоняя голову, и припустил внутрь пещеры. Ну, и я за ним.

Вода нашлась в глубине — она стекала откуда-то сверху тонюсенькой струйкой и скапливалась в каменной чаше естественного происхождения. А судя по тому, что была она ледяной настолько, что зубы ломило, где-то на горе бил родник, и именно оттуда вода и попадала в пещеру. Утолив жажду, я огляделась. В потолке пещеры были две небольшие щели, сквозь которые падал солнечный свет, плюс из входного отверстия, так что видно все было прекрасно.