Дылда Доминга - Erratum (Ошибка) - 2 (СИ)

— Я не бросал ее, — мрачно отозвался Синглаф. — Тебе ведь знакомо понятие жертвы, — тяжело посмотрел он на Уриэля, — она спасла меня ценой своей жизни.

— Она ранена? Она жива? — глаза Рамуэля вспыхнули диким огнем.

— Когда я видел ее, была еще жива. Но нас окружали демоны, слишком много демонов. И последний, которого я видел, был огромен, похожий на насекомого с кучей лап и фасеточными глазами.

— Небирос, — пробормотал Уриэль. — Тебе нужно было лучше присматривать за ней.

Синглаф заметил, как поникли ангелы, и только глаза Рамуэля по-прежнему светились готовностью к драке.

— Где это случилось? — глухо спросил Уриэль, почти страшась услышать ответ.

— В долине у Дома, возле озера с дрегами.

— Боже, — ахнул Кориэль, — это же самое сердце ада.

— Мы не можем ей помочь, — проговорил Уриэль, и все ангелы разом затихли.

— Как? — Синглаф вскинул голову. — Но вы же спускаетесь вниз, отбиваете души у демонов. Разве не это вы делаете?

— Да, это, — отозвался Уриэль, и в его голосе загудели гневные ноты, — но мы спускаемся в слои, и редко когда кто из нас доходил ниже пятого. За исключением того времени, когда Лили открыла брешь, — он с укоризной взглянул на Синглафа, — тогда мы дошли едва не до девятого. Но долина, — крылья Уриэля щитом раскрылись над его плечами, — а тем более в близости с Домом…

— Недосягаема для нас, — закончил за него Петра. — Даже пойди мы на такое безумие, нас остановят в колодце.

— Колодце… колодце душ? — переспросил Синглаф, и сразу несколько ангелов тревожно взглянули на него в ответ. — Она говорила о нем. Демоны, Джаред и его дети…

— Все верно, — кивнул Уриэль. — Нам не пройти дальше.

— Значит, выхода нет? — в отчаянии произнес Синглаф.

— Мне кажется, тебе стоит спросить дома, на седьмых. — Мягко ответил Уриэль, беря Синглафа за руку. И теплая сила вместе с верой потекла через его руку к светлейшему, избавляя от адской копоти. — В этой ситуации мы — увы, не те, кто может помочь. Тебе следует спросить дома.

— Дома, — лицо Синглафа начало светлеть. Казалось, он, наконец, услышал Уриэля. И, вспыхнув ярким светом, его силуэт растворился в пространстве, чтобы возникнуть вновь на седьмых небесах.

— Тьма сильно ослабила его, — пробормотал Уриэль, глядя на пустое место, на котором еще недавно стоял светлейший.

— И мы просто будем ждать? — мрачно спросил Рамуэль. — И ничего даже не попытаемся сделать?

— Ты знаешь, — обернулся к нему Уриэль, — все, что мы можем — это развязать войну с демонами в колодце.

— Пусть так, может, это отвлечет их внимание от нее.

— Мы все равно не успеем вовремя, — произнес Илиэль. — Быть может, обмен? Если она еще жива.

— Снова обмен, — тяжело выдохнул Уриэль и задумался.

— Если это единственный выход, я готов, — шагнул вперед Рамуэль. Рука его уже привычно сжимала рукоять меча, пальцы трепетали в ожидании боя.

— Не глупи, — остановил его старший.

— Все возвращается на круги своя, — упрямо закончил ангел, а Уриэль лишь неодобрительно посмотрел на него. — Как думаешь, это была ловушка? Он нарочно схватил светлейшего для того, чтобы вернуть себе утраченное, Лили?

— Я знал, что это слишком хорошо, чтобы быть правдой, — покачал головой Уриэль, — все эти души, подарки. Он специально сделал это, чтобы мы размякли. И кто знает, какие сюрпризы ждут нас теперь внизу.

— Он мог ее схватить в первый же раз, — произнес Петра, и вокруг воцарилась тишина.

— Что значит, в первый? — нарушил тишину Уриэль.

— В тот раз, когда ее отправили с посланием. Именно после этого визита ее прислали к нам.

— Почему ты не говорил об этом? — от волнения с трудом произнес Уриэль. Все ангелы в напряжении замерли, ожидая ответа.

— Это был личный разговор, — ответил Петра, опуская голову.

— Что она еще говорила? — спросил Уриэль.

— Больше ничего. Но я понял, что она помнит не только обмен…

— Если он хочет обмена, мы скоро узнаем об этом. — Тяжело произнес Уриэль. — Но все это как-то не стыкуется. Петра прав, если бы он хотел, то не выпустил бы ее в первый раз.

— Первый раз она была посланником. А второй — действовала на свое усмотрение, — предположил Илиэль.

Но Петра покачал головой.

— Синглаф тоже был посланником — и что? Падший никогда их не удерживал. Что случилось на этот раз? Он ждал армию, а пришла она? Он разозлился и уничтожил ее?

— Возможно, — отозвался Уриэль. — Но скорее, те, кто спустились, узнали что-то, чего никто не должен знать. И потому он никого больше не выпускает.

— Что, например? — не выдержал Таната.

— Например, то, что они готовятся к войне, старый я дурак.

Ангелы переглянулись между собой.

— Он никогда ничего не делает просто так, — покачал головой Уриэль, раскаяние проступило на его лице. — И ты ведь мне тоже это говорила, девочка. Дурак, старый дурак…

— Но как же Синглаф? Он ведь ничего об этом не говорил! — воскликнул Рамуэль.

— Он никогда не был там раньше, ему не с чем сравнивать. Он мог даже не догадаться, что что-то из того, что он видел — важно. Таната, — Уриэль обернулся к ангелу. — Ты пойдешь к Синглафу. Нет, никаких возражений, — он поднял руку, останавливая поток слов, готовый вырваться у юноши. — Ты должен узнать все до мелочей из того, что приключилось с ним внизу.

Таната нахмурился, но кивнул.

— А вы, — обратился Уриэль к остальным, — хватит игр, готовимся к бою.

И одобрительный гул разнесся среди холмов.

20

Руки Джареда обнимали ее нежно и трогательно, не желая отпускать, пока Лили не почувствовала себя полностью неловко.

— Джаред, — произнесла она, мягко выворачиваясь из объятий старика.

— Я так рад видеть тебя, — прошелестел он. — И мои дети — тоже.

— Отец, — Небирос склонил голову, давая понять старику, что тот утомил их гостью.

— О чем ты хочешь просить меня, дитя? — перешел Джаред к делу.

И на этот раз замялась Лили. Она уже и забыла, что для Джареда — словно открытая книга.

— Я хотела просить о том, чтобы вы пощадили светлых, если они придут. Позовите меня, я приду — и объясню им все, как есть. И они оставят вас в покое.

— Она думает, что ее придут спасать, — объяснил Небирос, и старик хитро улыбнулся.

— Какие-то вещи неизменны, верно? — усмехнулся он.

— О чем вы? — насторожилась Лили, думая о Нике.

— О, нет, я не об отце, — ответил Джаред, — мне о нем, увы, ничего не известно.

Лили разочарованно вздохнула и перевела взгляд на переливающиеся в стенах сферы.

— Джаред, а сферы падших существуют?

— Нет, — отозвался старик, — они не смертны, у них нет сфер.