Юлия Колесникова - Свора - Зов крови

— И ты на меня даже не злишься? Не серчаешь, потому что сделал так, как счел нужным? — искренне удивился он. Наверное, Калеб не ожидал от меня такой сговорчивости. А я чувствовала себя пристыженной. И все-то он всегда знает!

— Если ты оказался прав, так чего мне злиться.

— Действительно, чего бы это тебе злиться, — подразнил меня Калеб. Я, пытаясь скрыть ответную улыбку, стала уплетать вафли, запивая, их тем же самым что и вчера чудесным чаем.

— Аланис нас ждет только к вечеру, так что у нас целый свободный день!

Я подозрительно прищурилась.

— Который ты расписал по минутам?

— Ну, почти. Думаю тебе понравиться!

Я рассмеялась. Мне давно не приходилось видеть его в таком приподнятом настроении. Калеб словно перестал быть вампиром и вел себя действительно как девятнадцатилетний. Его вторая половина, половина старика, просто бесследно исчезла, в чем я убеждалась на протяжении всего дня.

На скорую руку умывшись и одевшись в черные джинсы, и серый теплый свитер, я накинула так же предложенный Калебом батник, почти такой же, как и его, с капюшоном и боковыми карманами. На ноги кроссовки, хорошо, что я их захватила, хотя, зная Калеба, он вполне мог купить мне новые, еще задолго как я проснусь, так же как тогда поступил с платьем и туфлями.

Я заплела волосы в простую косу, уже такую длинную, что я могла закидывать ее за плечо и грызть кончик волос, как все красивые девушки в сериалах. Стоило еще научиться, так же по-глупому хлопать ресницами!

В доме стояла как всегда тишина, ну честное слово, будто слуги тут привыкли прятаться! — и Калеб заговорщицки повел меня куда-то вглубь дома, откуда мы через подвальные двери попали в гараж.

Он с радостным вдохновением включил свет и передо мной во всей красе засверкали три разношерстные машины. Одна из них просто копия моего Мерседеса, который я оставила дома, но этот был стального цвета, такого, каким становится асфальт намоченный дождем.

— Мерседес SLK, почти такой же, как твой, но его сделали под болид Формулы-1. Простой в вождении, что очень хорошо для тебя. Но главное его достоинство — мотор мощностью 360 к/с, оттого максимальная скорость 250 км /ч. За 4,9 секунд ты можешь набрать скорость 100 км /ч!

Я ошеломленно слушала эту лекцию о Мерседесах, и так, честно говоря, не поняла, чем он отличается от моей машины, кроме того, что у него не было съемной крыши, как у моей крошки.

— Рядом ты видишь Ягуар ХS. Он немного подрос в длину, в отличие от предыдущей модели, но по мне — вещь просто шикарная!

Я с удивлением смотрела на то, как Калеб, словно мальчишка радуется новым игрушкам. Он казался сейчас таким по-мальчишески привлекательным, и я почти была уже готова подойти и поцеловать его, когда он понизил голос, его брови весело приподнялись, и он в манере Теренса провел по крыше третей золотисто-янтарной машины, рукой.

— А это, что и говорить, просто моя мечта! Феррари!

Ну, чем хороша Феррари, мне объяснять уже не надо было. Как сказал бы Ричард Феррари — это Феррари, и дополнительных слов для описания не надо.

— На какой поедем?

Калеб обернулся ко мне, и я непонимающе пожала плечами.

— Сомневаюсь, что Аланис будет рада, если мы возьмем машины без разрешения.

Калеб захохотал, и мне пришлось сдержаться, чтобы не стукнуть его, так как я понимала, кому будет больнее.

— И что такого смешного сказала я?!

— Ты вчера вообще слушала завещание?

Я надулась. Конечно же, я слушала о том, что шлось в завещание, но мистер Хедли наговорил так много, а я все время думала о других вещах.

— Эти машины твои! — Калеб облокотился на Феррари и протянул руку мне. Я машинально подала ему свою ладонь, все еще как-то не понимая до конца, что он сказал. Разве мистер Хедли говорил вчера о машинах? Я вообще смутно помнила те вещи, кроме акций, ведь о них мы говорили с отцом Деверо, и машины ускользнули от моего внимания.

— Но я боюсь ездить на таких машинах! Они не могут быть моими.

— Технически они в распоряжении твоих родителей, пока тебе не исполнится 21 год, или если ты не выйдешь замуж. Но они твои!

Теперь я посмотрела на машины совсем по-другому. Слово «мои», сделало их раз в пять привлекательнее.

— Единственное чего я не могу понять, кто ездил на них, твои дедушка и бабушка не выглядели как люди, которые будут разъезжать на таком вот Феррари.

Да уж, это точно, скорее всего, здесь должны были стоять модели машин сделанные в стиле ретро, такие низкие с удлиненным носом и полным отсутствием багажника.

— А впрочем, какая тебе разница, ведь теперь они твои. Мистер Хедли распорядился, и к концу дня две из них отправят в Англию, а вот на одной сегодня ездим мы.

Я покачала головой, видя радостное возбуждение на лице Калеба. Не смотря ни на что, я была рада, что он все же уговорил меня поехать. Это того стоило, только чтобы видеть два дня подряд такое расположение духа Калеба — цветущее, наполненное жаждой жизни. Словно в его жизни не было тех десятков лет, что часто разделяли нас, делали пропасть между мной и им.

— Тогда думаю Феррари, но я не сяду за руль.

— Сядешь, куда ты денешься, — настойчиво подталкивая меня к водительскому месту, сказал Калеб. И не успела я толком ничего понять, а мы уже выезжали из гаража.

Сказать, что я чувствовала себя неловко в этой низкой приземистой машине, это ничего не сказать. Я чувствовала себя сковано и ужасно. Представив, как я буду ездить на ней по нашему маленькому городку, я содрогнулась. Но глаза Калеба были тверды.

— Тебе нечего бояться, когда я рядом. К тому же, в жизни не видел, чтобы из Феррари, кто-то выдавливал меньше 80, а ты умудряешься ехать на 40!

— Тут ограничение, — строго сказала я, и вдруг улыбнулась, понимая, что неожиданно мы поменялись с Калебом местами. И куда только делась бунтарка Рейн!? Вместо нее за рулем сидела тихая скромная Марлен. А куда же делся всегда суровый Калеб, не позволяющий нам зайти дальше поцелуев? Его нет, но кто-то другой с его лицом, подстегивает меня прибавить газу.

Особняк Сторков находился в престижном районе Золотой берег, между парком Линкольна и водонапорной башней, где сохранилась масса чудесных старых особняков. Ирония судьбы была в том, что год назад мы жили буквально в квартале отсюда, в такой близи к ним. Интересно знали ли об этом мои родители и сами Сторки?

Проехав водонапорную башню мы выехали к Мичиган-авеню, и пересекли Пирс, а оттуда дальше вдоль озера, и так как Калеб не говорил мне, куда мы едем, а только указывал дорогу, я понимала одно — ехали мы к озеру, но куда именно, понять было невозможно.