Истинно по-драконьи - Наталья Сергеевна Филимонова
На секунду ее запястье полыхнуло светом, и… ничего не произошло.
Кажется, даже по зову вассала глава чужого рода не может явиться в святая святых рода Д`Агор.
– Что ж. Я попробовала. Ваша очередь, – выдохнула баронесса. – Ну же! Призывайте!
Не оборачиваясь на нее, я вцепилась пальцами в собственное запястье. Сосредоточиться на метке? Да чтоб я ее еще и представляла, метку эту!
– Взываю к сюзерену!
На этот раз не случилось вообще ничего. Никакой вспышки и уж тем более явления дракона. Что это может значить – вопрос любопытный, но прямо сейчас – не самый своевременный. Я что-то не так сделала? Недостаточно испугалась? Или не сосредоточилась?
И что теперь?
Тем временем змеи окружили нас, но почему-то больше не приближались. Будто какая-то невидимая черта, очерченная в полуметре от нас двоих, не пропускала их.
А потом, на мгновение замерев, все змеи устремились вдруг к одной точке – прямо передо мной. Они наползали друг на друга, свивались в клубки, скручивались жгутами – и мне снова начало казаться, будто передо мной текущая золотая лава. Потому что извивающиеся змеи словно превратились в расплавленный металл, и его ручейки сливались друг с другом, образуя единый поток…
Нет. Одну огромную змею! Я, замерев, как парализованная, следила, как поднимается треугольная золотая голова – размером больше моей собственной. Как раскрывается ее пасть с длинными, даже на вид кинжально-острыми клыками. А голова все поднималась, гибкое тело тянулось вверх, возвышаясь уже над нашими макушками.
Даже странно, что ни одна из нас не кричала. Ну, лично я просто не могла пошевелиться от страха. Что, что можно сделать? Теоретически я могу нарисовать выход, карандаш все еще у меня в руке, но на это нужно время… не говоря уже о вдохновении! А если реально? Ткнуть карандашом змее в глаз? Ага, реальнее некуда. Разве что она любезно наклонится и подождет, пока я прицелюсь – вместо того, чтобы перекусывать меня пополам.
Змея начала медленно наклоняться.
– Взываю… – на этот раз голос у меня получился едва слышный, слова приходилось буквально выталкивать из себя. – Взы… да являйся ты уже, чертов дракон!!
Змея склонилась прямо передо мной, согнувшись практически пополам и неотрывно глядя на меня ярко-синими сапфировыми глазами. Все-таки она была фантастически красива.
И в ту же секунду дракон наконец явился.
Глава 11. Родовой дар Д`Агор
Беда в том, что это оказался, собственно, именно дракон, во всей своей хвостато-зубастой и чешуйчатой красе. Благо размеры пещеры-сокровищницы, в общем-то, позволяли ему развернуться и никого при этом не пришибить, включая прыснувших во все стороны змеек.
Но хвостом нас с баронессой все-таки едва не пришибли. Парочке сундуков, оказавшихся под массивными лапами, вообще не повезло.
А золотой полоз, склонившийся передо мной, выпрямился, возвышаясь теперь над свернутым кольцами хвостом, неторопливо повернулся в сторону дракона и… снова согнулся пополам.
Не поняла. Это он что – кланяется? Ну ладно, допустим, дракону как представителю рода. А мне тогда почему?
Ой, неважно это все сейчас! А важно то, что нас, судя по всему, все-таки не будут есть. Наверное.
Во всяком случае, дракон, кажется, не оценил покорного жеста полоза и сейчас, едва скользнув по нам с баронессой взглядом, рычал что-то явственно ругательное змеюке. Та с шипением опустилась на пол. И выглядело это так, как будто она… оправдывается?!
– Так ему! – злорадно прошептала рядом со мной баронесса. – Нечего нас пугать, нечего!
А я разглядывала дракона, пытаясь понять…
Дракон был цвета темного золота. Джаред – белый с золотым отливом. И вот вроде бы очевидно, что это другой дракон. Но мне ли не знать, что способен творить с градиентами и переливами искусственный свет? Тем более тусклый, холодного спектра. Так это тот же дракон или другой? И почему явился именно он? И если другой – то кто это вообще?
Раз уж не сработал мой призыв к сюзерену – а я точно видела, что на запястье у меня ничего не светилось – то возможно одно из двух. Или он с легким запозданием получил сигнал о взломе сокровищницы, или я как чья-то там истинная пара призвала каким-то образом, собственно, своего личного дракона. В обоих случаях, кстати, дракону есть за что злиться на змеюку, раз уж она здесь страж. Или, как предположила баронесса, за то, что полоз нас напугал… или за то, что мы, посторонние, вообще смогли здесь оказаться.
В конце концов полозу, видимо, надоело выслушивать гневные рыки – он поднял голову и зашипел в ответ. А дракон… вскинул переднюю лапу и ударил змея наотмашь, а после еще и придавил его. Впрочем, тот быстро извернулся – и тоже попытался атаковать.
Захваченная жутким зрелищем, я вжалась в стену и не шевелилась, затаив дыхание. И даже не обратила внимания на едва слышный шелест совсем рядом. Только резкая боль в ноге заставила вскрикнуть и отвести взгляд от сражения.
Впрочем, боль мгновенно стихла, оставив после себя только удивление. Как эта змейка вообще могла ко мне подобраться?!
Рядом ахнула моя наставница, но, обернувшись к ней, я тут же успокоилась: с ней все в порядке, просто испугалась за меня.
А еще на меня разом оглянулись полоз и дракон, по лапе которого стекала кровь из двух симметричных дырочек – в точности, как на моей ноге, только масштабом побольше. Ничего себе зубки у этой твари, пробить драконью чешую!
Снова взревев, дракон отшвырнул змея, метнулся ко мне, протянул крыло, накрывшее разом меня и баронессу – а в следующую секунду мы все трое оказались в моей замковой гостиной. Хрустнул чайный столик, раздавленный драконьим хвостом.
Впрочем, втроем мы оставались не дольше секунды. Потому что в следующий миг дракон рядом с нами исчез. Да чтоб их всех! Он мог хотя бы обернуться в человека и показаться?!
А еще по моей прокушенной ноге продолжала течь кровь. Надеюсь, эти змеи хотя бы не ядовиты?
*
Оставшись наконец одна в своих покоях, я обессиленно привалилась к двери. Кто бы сомневался, что ко мне опять пришлют ройса Ваггара! Нет, целитель мне даже нравится, но хотелось бы видеться с ним по более приятным поводам, что ли.
А место укуса на самом деле начало стремительно заживать еще до вмешательства лекаря. Так что к его появлению на моей ноге остались только следы крови и бледно-розовый шрам. Так что ройс Ваггар лишь поцокал языком и рекомендовал
