Мой магический год: лето и чарующий сад - Татьяна Терновская
Стараясь не шуметь, Элиот открыл дверь и пропустил меня внутрь. Я нырнула в коридор, а затем повернула к лестнице, чтобы сразу подняться к себе и спрятать испачканное платье. Но не успела я пройти и двух шагов, как нос к носу столкнулась с мамой. Она стояла у лестницы, скрестив руки на груди, и гневно сверкала глазами.
— Явились, скандалисты⁈ — воскликнула она.
— О чём ты, мам? — настороженно спросила я.
Мама всплеснула руками.
— Не прикидывайся невинной овечкой! О вашей выходке знает уже весь город! — сообщила мама.
Как весь город? Но мы же только приехали⁈ О боги! Похоже, мы влипли! В Колдсленде сплетни распространялись быстрее лесного пожара. Званый обед у Маккартуров ещё не закончился, а по городу уже поползли слухи. Я даже боялась представить, в каком виде история дошла до родителей.
— Послушай… — начала я, но мама жестом меня остановила.
— Я думала, что вырастила приличных людей, — со вздохом сказала она.
— Каков мир, такие и мы, — попытался пошутить Элиот, но тут же умолк под гневным взглядом мамы.
— Если тебе наплевать на свою репутацию, подумай о нас с отцом! — воскликнула она, — я чуть со стыда не сгорела, выслушивая рассказ о ваших выходках.
Похоже, тот, кто разболтал маме о случившемся на званом обеде, сильно сгустил краски. Мне нужно было как-то снизить градус напряжения.
— Не знаю, что именно тебе рассказали, но ничего особенного там не произошло, — заверила я.
Сейчас мама была в том состоянии, когда взглядом могла превратить человека в камень, прямо как василиск. Мои слова её не успокоили, а лишь сильнее разозлили.
— И это ты называешь пустяком⁈ — От криков мамы у меня начало звенеть в ушах. — Элиот приставал к Лилиан, хотя она без пяти минут замужем, а ты на глазах у всего города пыталась соблазнить Люка Маккартура, а потом вообще осталась с ним наедине!
— Что⁈ — хором воскликнули я и Элиот.
— Не приставал я к этой Лилиан! — запротестовал мой брат, — это она не давала прохода Люку, а я просто увёл её в сторону, чтобы Катрин могла спокойно с ним поговорить!
— А я слышала другое, — упрямо заявила мама.
— И кому ты веришь? — обиженно спросил Люк, — каким-то сплетникам или родному сыну⁈ Да, я никогда не отличался примерным поведением, но всегда помнил про границы дозволенного и ни разу их не перешёл, — сказал он, — так что у тебя нет повода сомневаться в моих словах.
В ответ мама фыркнула.
— Вижу, в Академии тебя научили красиво говорить, — процедила она, — только сути это не меняет.
— Но Элиот не врёт! — вмешалась я и этим спровоцировала новую вспышку маминого гнева.
— Ты не его защищай, а лучше о себе подумай! — бросила она, — ты хоть понимаешь, какие последствия могут быть у твоего поступка⁈ Из-за слухов на тебя навесят клеймо распутницы, и тогда ни один мужчина не захочет жениться на тебе! Своей глупостью ты поставишь крест на всей своей жизни!
Мамины слова напугали меня. Неужели сплетни скучающих горожанок могут обладать такой силой?
— Я тоже ни в чём не виновата, — начала оправдываться я, стараясь скрыть дрожь в голосе, — я пришла на званый обед, только чтобы поговорить с Люком о бабушкином саде. Мне бы и в голову не пришло флиртовать с ним у всех на глазах.
— Помнится, бабушка порвала твоё приглашение и велела держаться подальше от семьи Маккартур, — сказала мама.
Я сникла. Да, она говорила правду, пусть мне и не хотелось этого признавать.
— Бабушка не имеет права распоряжаться моей жизнью, — тихо проговорила я, предприняв очередную попытку защититься.
— Зато я могу, — холодно сказала мама, — и я запрещаю тебе встречаться с Люком Маккартуром.
Моё сердце рухнуло в пропасть. Она же это не серьёзно⁈ Я не могла расстаться с ним. Только не сейчас, когда у меня возникла симпатия к Люку!
— Но так нельзя! — воскликнула я.
— Разговор окончен, — отрезала мама, — а вздумаешь ослушаться меня, отправишься на другой конец страны, в закрытый интернат для девушек!
Бросив на меня очередной гневный взгляд, мама прошла мимо и скрылась на кухне. Я же застыла на месте, чувствуя, как сердце ноет от боли. Я не могла поверить, что мне запретили видеться с Люком. Происходящее казалось кошмарным сном. Только мои чувства были слишком реальны. Словно острые иглы, сердце пронзили боль, страх и обида. Почему мама так со мной поступила? Это было несправедливо! Я ведь ничего плохого не сделала.
Элиот подошёл ко мне и обнял.
— Не вешай нос! — подбодрил меня брат, — мама остынет и передумает.
Я кивнула, хотя от его слов легче не стало. Может быть, со временем мама изменит своё решение, но когда это произойдёт? Через неделю? Или месяц? А вдруг ей понадобится год⁈ К тому времени Люк уедет из Колдсленда и забудет обо мне.
— Спасибо, — сказала я и направилась к лестнице, чтобы подняться в свою комнату.
Раньше мама не была такой резкой. Она никогда не вмешивалась в мои отношения с друзьями, даже если они ей не нравились. Обычно мама просто ограничивалась советом, когда ей казалось, что меня могут обидеть. Почему же сейчас она поступила так жестоко? Действительно ли причина была в том, что я выросла, и теперь мама сильно беспокоилась за мою репутацию?
Переступив порог своей комнаты, я бросила сумочку на столик у двери, а затем сняла испачканное платье и внимательнее рассмотрела пятна. Элиот был прав: в напиток, который вылила на меня Лилиан, был добавлен сок рубинового дерева. Из-за сладкого вкуса и приятного аромата его часто использовали в кулинарии, но если хотя бы капля попадала на ткань, одежду можно было считать испорченной: отстирать пятна сока невероятно сложно.
Тяжело вздохнув, я отнесла наряд в ванную комнату (надеясь, что всё-таки смогу его спасти) и переоделась в простое домашнее платье. День выдался непростым и противоречивым. Стоило вспомнить наш с Люком первый поцелуй, как душа начинала ликовать, но потом я думала о ссоре с Лилиан, слухах и ультиматуме мамы, и радость сменялась тоской. Почему всё так сложно?
Я положила серьги в шкатулку, а затем вытащила из причёски маленькие розы. Прошло почти полдня, но благодаря заклинанию они не завяли. Я налила воду в вазочку и поставила туда цветы. Не хотелось сразу их выбрасывать.
С улицы донёсся стук копыт. Должно быть, мимо проезжал экипаж. Я бы не обратила на
