Поцелуй с вампиром. Том 1 - Лана Александровна Ременцова
– Я скучала.
Он молча взял её тонкую кисть, начав целовать каждый пальчик. параллельно другой рукой аккуратно, стягивая новенькое розовое одеяло. Вскоре оно упало на пол. Кинул взгляд в любимые глаза и прильнул к её губам. Она ответила на его поцелуй, и языки сплелись, танцуя причудливый любовный танец. Поцелуй нарастал, его холодные нежные, но в то же время требовательные руки блуждали по кружевной ночной рубашке. Внезапно резко оторвался от неё и посмотрел в глаза с немым вопросом.
– Да… – выдохнула она.
И он мгновенно разорвал тонкую рубашку небесного оттенка. В следующую минуту мир уплыл из сознаний, и они полностью отдались на волю захлёстывающих чувств.
Бо вышел покурить на террасу и услышал сладостные вздохи хозяина с любимой, улыбнулся, представил как хорошо сейчас Графу и ушёл обратно спать.
Звонок Вейшенга
На следующий день Валентин и Мейфенг поехали поговорить с родителями о предстоящей свадьбе и назначить день торжества. Они не хотели приглашать множество гостей, договорились провести праздник в кругу самых близких людей, включая Вейшенга, о котором Валентин рассказал только то, что этот взрослый мужчина давний друг его семьи. Александр и Анна недолго колебались, так как понимали, что дочь уже выросла и действительно влюблена в этого красивого, но странного паренька. Отцу льстил тот факт, что Валентин богат, да ещё из древнего графского рода. Он не очень-то в это верил, но ему хотелось, чтобы единственная дочь жила в богатстве, и всё это оказалось правдой.
– Хорошо, сынок, по рукам. Мы отдадим тебе нашу единственную дочь.
Мужчина обнял жениха дочери, и они выпили хорошего виски в честь помолвки. Валентин взял Мейфенг за руку и одел на пальчик золотое кольцо с изящным бриллиантом, камень заблестел в лучах полуденного солнца. Она зарделась.
– Спасибо, какая красота!
– Этот камень ничто, по сравнению с твоей красотой и кротостью, любимая, – Валентин прошептал ей на ухо, обнимая и целуя в щеку.
Родители стояли рядом обнявшись и счастливо улыбались.
Вдруг эту идиллию нарушил телефонный звонок, раздающийся из кармана Валентина. Он нехотя достал телефон и поднял трубку:
– Алло?
– Вали, малыш, это Вейшенг, хочу тебя видеть и серьёзно поговорить, но не по телефону. Я уже отправил за тобой Лея и Сию, будь добр, приезжай.
– Хорошо, Вейшенг, я буду.
Спустя час Валентин уже сидел в ресторане с Вейшенгом.
Вейшенг был чернее тучи от произошедших вчера событий, он как будто постарел на пять лет.
– Мальчик мой, я потерял вчера много людей, у нас траур. Я организовываю всем своим погибшим людям похороны и помогаю материально их семьям. Мало того, я потерял очень дорогое оружие, которое у меня хотел купить господин Боджинг, теперь уже тоже покойный. Это большое горе для всех нас. Скоро приедут ещё люди Боджинга для выяснения обстоятельств этого страшного взрыва. Ты что-нибудь знаешь об этом?
– Я только предполагаю.
– И что же ты предполагаешь?
– Возможно, это был Бохай со своими людьми, мстит за смерть брата.
Вейшенг задумался и, достав новую сигару, закурил, выпуская задумчивые кольца сизого дыма.
– Возможно, малыш, но пока мы этого не можем утверждать наверняка, тем более, что мои люди их тоже уже ищут по всему городу, но пока безуспешно. Однако, если мы выясним, что это так, то, когда найдём, подвесим Бохая и его людей за их собственные кишки, так как он чужак и не имеет никакого права в моём городе и вообще в моей стране устанавливать свои порядки! – он внимательно посмотрел в глаза Валентину.
– Я готов полностью в этом тебе помочь и вытащу его кишки сам.
Губы Вейшенга тронула лёгкая улыбка.
– Я знал, малыш, что на тебя можно положиться. А теперь о главном, хочу поблагодарить тебя за спасение моей жизни.
– Ты уже сделал это и Валентин показал ему на изящном указательном пальце золотой перстень с бриллиантовой крошкой, который до этого красовался у Вейшенга на мизинце.
Вейшенг снова улыбнулся, а это… так это сущий пустяк. Если ты готов теперь повременить со свадьбой в связи с нашим трауром, то после, я готов полностью оплатить все твои расходы. Однако, ты не из наших и, конечно же, можешь не соблюдать нашего траура и жениться когда захочешь.
– Нет, Вейшенг, ты мой друг, я готов перенести дату свадьбы. Сколько длится ваш траур?
Вейшенг вздохнул.
– Семь недель.
Валентин помрачнел.
– Что ж, понимаю, долго, но я не хочу праздновать свадьбу при таких печальных обстоятельствах. Мы подождём.
На том и разошлись. Валентин улетел домой, чтобы как-то объяснить любимой, что свадьбу придётся отложить. Залетел, как раз в тот момент, когда она мерила великолепное свадебное платье, которое ей принесла талантливая модельер из модного европейского салона: чёрное, как безлунная ночь, но необыкновенно красивое, сверкающее камнями Сваровски. Валентин дар речи потерял от её красоты в нём, но также и от выбора такого неординарного платья. Девушка оглянулась, почувствовав лёгкий холодок в комнате и, заметив его, лучезарно улыбнулась.
– Валентин, любимый, тебе нравится?
– Да, очень, но… свадебное платье чёрного цвета?
– Да, и я очень люблю тебя, но вижу свою будущую свадьбу в таком готическом стиле, всё-таки я выхожу замуж не за обычного парня, а за вампира из древнего рода Дракулы, – усмехнулась она.
– Подожди, милая, но твои родители, они же этого не знают, и как они отнесутся к такому стилю?
– Не знаю, наверное, рассердятся и не поймут, будут отговаривать, но я уже взрослая и имею собственное мнение.
– Для меня, любимая, ты хороша в любом платье, а без него ещё лучше, – и он кинулся неистово её целовать. Девушка ответила на поцелуй, но выставила вперёд руки и, улыбаясь, попыталась высвободиться из крепких объятий.
– Что такое, милая? – удивился такому поведению.
Она засмеялась.
– Любимый, я не хочу, чтобы ты разорвал это платье, оно безумно дорогое, и начала медленно его с себя снимать.
Валентин улыбнулся и чуть отошёл назад, наблюдая, как она красиво его соблазняет. Когда Мейфенг сняла платье, то предстала пред ним полностью в чём мать родила, стоя в ворохе великолепной чёрной ткани. Вид был изумляющий и возбуждающий его сознание до предела. Он метнулся к ней и, обняв за тонкую талию, начал страстно целовать, покрывая шею и грудь поцелуями.
