Обманутая драконом. Сирота в Академии магии - Елена Смертная

с улыбкой кивнула мне, как бы говоря, что они готовы начать показ выбранных нарядов.

Следующие полчаса Дакота скромно демонстрировала разные платья и костюмы. Ей не хватало кокетства светских моделей, однако в этой робости всё равно было нечто привлекательное. И всё же хоть я одобрительно хлопал, словно мы на самом дорогом показе мод, но сами наряды… казались весьма безвкусными. Я не мог осуждать за это Беллиссию или моего котёнка. Здесь скорее играла роль закостенелая мода этого мира. Платья были либо слишком пестрые, либо попросту неудобными, а иногда и то и другое сразу.

— Ну как вам? — взволнованно спросила Дако, демонстрируя последний из нарядов. Нежно-зеленое платье, которое по цвету отлично шло к её глазам, но по форме делало из утонченной хрупкой девочки, как говорила моя мама, «бабу на самоваре». Хотя я до сих пор плохо представляю себе самовар.

— Неплохо, — ответил я задумчиво и подошёл ближе. — Но, если вы не против, я кое-что исправлю. Беллисия, вы сможете колдовать прямо на Дакоте, как я вам говорю?

Хозяйка магазина и её кот застыли в изумлении, но вскоре девушка кивнула.

— Конечно.

— Отлично, — я без лишних сомнений потянул пышную юбку в сторону, что смутило мою модель, но она замерла послушным манекеном. — Здесь половину отрезайте, убираем объём, оставляем открытыми лодыжки. Нет. Даже укорачивайте чуть ниже колена. У Дакоты отличные ноги, не стоит их скрывать.

Я услышал, как на неожиданном комплименте котёнок нервно кашлянула, но не стал смотреть на неё, чтобы не смущать ещё больше.

— Сделаем вариант легкого платья, которое будет хорошо смотреться с высокими сапожками. Мне нужен бежевый ремень, такая же обувь в двух вариантах: туфли и сапоги. На каблучке сантиметров восемь. А ещё вон там на шкафу я видел у вас светлую шляпку. Принесите её и зеленую ленту в оттенок к платью.

Беллисия кивнула коту, тот прыгнул на шкаф за шляпкой, а сама хозяйка магазина начала исполнять мои указания. Платье покрыли потоки магии. Явно не очень сильной, поэтому работать нужно поскорее, чтобы успеть довести до ума хотя бы три-пять нарядов.

— Беллисия, делайте вырез посмелее, она же не монашка. Но не пошло. Чтобы хорошо смотрелся бежевый воротничок. Кстати, его тоже нужно добавить. С серыми пуговками, но чтобы оттенок не был слишком тёмным, иначе будет выбиваться.

Спустя десять минут кропотливой работы, девушки были вынуждены признать:

— Получается очень здорово, — с удивлением произнесла Дакота, когда кот водрузил на её голове шляпку с зеленой лентой. — Где вы этому научились?

В этот момент я придерживал подол, чтобы его ушили в ту длину, которая была нужна.

— Моя матушка — швея. Я любил проводить время в её мастерской и успел невольно многому у неё научиться.

— А ваш папа? — с детским и живым интересом спросила Дакота.

Я замер на секунду, но не дал юным леди возможности заметить этой перемены. Улыбнулся и посмотрел снизу-вверх на любопытную Варвару.

— Мой отец военный. Генерал армии Первого мира. Иногда именно от его тренировок я прятался в мамином шкафу, чтобы спокойно почитать. Женские разговоры об одежде отвлекали меньше, чем нужда маршировать весь день.

— Кажется, вы взяли от них самое лучшее. Когда вы говорите о маме, сразу понятно, что она очень добрая женщина. Наверное, это у вас от неё. А от папы…

Дакота вдруг запнулась.

— А от папы? — лукаво переспросил я.

— Ну… эм… — она взволнованно подбирала слова. — Настоящую мужественность. Наверное.

Ох, как мило.

Слышал бы эти слова мой отец…

Он бы не поверил.

Глава 16

Терпеливый учитель

Дакота

Мне было очень неловко от одной мысли, что я буду проводить выходные в доме Ласориана. А главное, что там будем только мы вдвоем. Однако ничего ужасного не произошло. После удачного похода по магазинам мы вернулись совсем поздно, ведь Лас решил показать мне столицу. По прибытии домой я приняла ванную и легла спать с самыми положительными эмоциями. Разумеется, спальня у меня была своя.

Просыпаться без будильника в виде топчущихся по тебе паучков оказалось отдельным наслаждением. Я открыла глаза с чувством, что отлично выспалась. Но куда больше меня поразило ощущение комфорта. Никуда не нужно бежать, никто не тормошит, не торопит. Можно закопаться в гору подушек и насладиться мягкостью одеяла. Кажется, в это утро я впервые по-настоящему расслабилась без всех нервов и беготни.

Однако приятный аромат с кухни быстро пробудил мой желудок, а тот уже приказал ногам поскорее двигаться в сторону еды. Вот только спускаться в пижаме невежливо, да и слишком интимно. Потому я умылась и надела одно из легких платьев, которое мне вчера купили. Бежевое, с милым голубым бантиком у воротника.

Рассматривая себя в зеркале, я вдруг поняла, что… у меня появились свои вещи. Не те, что выдавали в приюте. Не форма академии. А мои личные. Конечно, их купил Ласориан, однако он чётко дал понять, что я не должна смущаться его доброты и щедрости, ведь она искренняя.

Какое же это приятное чувство. И как же мне нравилось это платье.

Я спустилась в кухню. Хоть и знала, что Лас не держит слуг, но всё равно удивилась, когда увидела дракона возле плиты. Магические камни искрились под сковородой. Лас готовил и одновременно читал какую-то книгу. Но при этом всё вокруг него оставалось чистым и аккуратным, не единого пятнышка.

— Доброе утро, — произнесла я и подошла ближе. — Я могу помочь?

Кажется, дракон готовил оладьи. И они просто восхитительно пахли!

— О, Дакота, — он улыбнулся мне своей очаровательной улыбкой. — Уже проснулась? Прекрасное платье!

У меня было столь чудесное настроение, что я повернулась вокруг своей оси, демонстрируя наряд. Хотя в следующую секунду это показалось по-детски глупым поступком.

— Спасибо вам за него.

— Пустяки. Завтрак почти готов. Нальёшь нам чаю?

— Конечно!

Я невольно бросила взгляд на книгу, которую читал Лас, одновременно переворачивая оладьи. И тут удивилась вновь.

— Это ведь мой учебник по рунным начертаниям?

— Нет, это другой. Не буду же я копаться в твоих в вещах. Я взял себе копии книг по вашей программе, чтобы помочь тебе с основами. Ты ведь многое пропустила. Вчера мы развлекались, а сегодня посвятим день учебе. Если ты не против.

Хоть он и добавил последнее предложение, но мне показалось, что говорит Лас с педагогической непреклонностью. Однако его инициатива вызывала совсем другие эмоции, нежели нужда идти на очередное занятие. Мне было очень приятно, что столь важный человек занимается такими глупостями, как обучение сиротливой девчонки.

— Я с радостью, —