Госпожа Снежных Буранов - Анастасия Максименко

на бетонное ограждение фонтанчика. ― Тебе следует только пожелать вернуться.

Скептически гляжу на дракона, он, равнодушно, — в сторону. Вздыхаю и плетусь к мужчине, плюхаюсь рядом с ним.

― Как-то это всё… странно.

― Жизнь вообще странная штука, если подумать.

Кошусь на мужчину и киваю. Ну, если подумать, то, наверное, да.

― Как вас зовут?

― Ты не знаешь? ― удивляется.

― Уж простите. А Око ваш не доложил, будто в имени вашем скрыта какая-то тайна.

Взгляд блондина тяжелеет.

― С чего ты взяла, что Око мой?

― Это логично. Предполагаю, вы видите его глазами. И вы упомянули моё имя, откуда бы вам его знать, если не от Гены.

Уголки губ лорда подрагивают в улыбке. Значит, догадалась я верно, как понимаю.

— А это правда, что ваше тело там, в том черном замке?

Оглядываюсь на холм, где в реальном мире стоит замок наместника, и удивленно ахаю. Он белый, совершенно белый камень с разноцветными яркими башенками, и словно сотворен из хрусталя.

― Правда.

― Ясненько. А что насчет имени?

И вновь — непроницаемый взгляд черных глаз прямо в душу.

― Гелиан Драголит. Как понимаю, моё имя стерли из всех исторических хроник.

― Наверное, так. Мне жаль. Приятно познакомиться, лорд Гелиан, ― машинально протягиваю руку для пожатия.

Снежный перехватывает ладонь, сжимает кончики пальцев черной кожаной перчаткой. Моё дыхание сбивается, ведь лорд, не отводя от моего вытянувшегося лица взгляда, медленно поднимает мою конечность к разомкнувшимся розовым губам и прожигает неожиданно горячим ртом тыльную сторону. Поспешно отнимаю руку, неловко отворачиваюсь. Он Драголит. Ему оставили родовое имя, несмотря на то, что Гелиан бастард. Интересно, почему? Разумеется, спрашивать ничего такого я не стала. Вместо этого задала другой, не менее важный вопрос:

― Лорд, могу я узнать из главных, так скажем, уст: что приключилось много лет назад в ваших владениях?

Гелиан молчит, не просто молчит, а прислушивается к чему-то и вдруг неуловимо быстро опускает на мой лоб ладонь, слегка толкает назад.

― Тебе пора, Селин. Рад был с тобой познакомиться.

Толчок слабый, но я лечу спиной назад, падаю в холодные реки, иду к самому дну, успевая крепко испугаться, и подрываюсь на постели. Вместе со мной с криком вскакивает Санто, ругается крыс. Но не это главное. Холод медленно отступает, позволяя нормально вздохнуть. Рассеянно гляжу на окно. И почему мне кажется, что лорд наместник спас мне жизнь? И тем, что толкнул, и тем, что затянул в свою веху.

Глава 31

Ронар Аттвуд

Задействовав телепортер, маг вновь переместился во дворец, ведомый тонкой жизненной нитью короля, что была вплетена в перемещающий артефакт. И чего уж точно не ожидал Аттвуд, что он вдруг окажется посреди душной от пара ванной, в бассейне которой плескался с очередной смешливой фавориткой его король.

Удивленно оглядевшись, Ронар устремил обескураженный взгляд на, гм, голого короля, мужские губы сложились в букву «о». Кашлянув, маг резво повернулся к онемевшему от такой наглости сюзерену спиной. Девица, с которой активно резвился Вайлен Хоманский, испуганно заверещала и мигом прикрыла рот от гневного рычания любовника.

― Не ожидал, Ваше величество, ― Ронар про себя хохотал.

― Аттвуд! ― зашипел король. ― Это уже просто ни в какие ворота! Ты, что, совсем страх потерял?!

― Я всего лишь незамедлительно прибыл по вашему вестнику, мой король. Прошу меня простить.

― Снести тебе голову мне хочется всё сильней. В вестнике была заложена записка: прибыть не раньше, чем через час!

― Гм. Не было никакого послания, мой король.

За спиной мага притихли.

― Вот как, значит, ― в тоне Величества — вкрадчивые нехорошие нотки. ― Не зря говорят: доверь идиоту дело, он и лоб расшибет. Ну, Козлен! ― король помянул в сердцах своего секретаря. Мальчишка работал без году неделя, и, видно, его карьере пришел бесславный конец. Впрочем, у Хоманского в прислужниках редко кто задерживался дольше трех месяцев — уж очень непростой, неуживчивый у короля людей и магов был характер. ― Уволю без выходного пособия! Аттвуд, выйди уже наконец!

Маг с кривой улыбкой резво повернулся боком к Величеству, поклонился, предупреждая:

― Если вы не против, подожду Его величество в королевской библиотеке.

― Иди уже. И вели подать чай с двумя каплями волчьего коньяка!

― Как прикажет мой король.

Несмотря на небольшой конфуз, Аттвуд был очень доволен: в королевскую библиотеку просто так не попасть, даже ему, ведь в ней содержались не только древние запретные писания, но и кое-какие нужные ему материалы, а тут выдался неплохой шанс покопаться в хрониках и проверить одну безумную теорию.

Словив по дороге служку, Ронар отдал приказ короля о вечернем чае. Услыхав, куда напитки следует подать, служка побледнел и затрясся, однако нарушить приказ короля, разумеется, не посмеет.

Маг приблизился к вожделенной двустворчатой двери хранилища и беспрепятственно вошел, прислушиваясь к тишине в помещении. Естественно, библиотека пустовала. Войти сюда мог всякий, тяжелые высокие, до самого потолка резные двери никогда не запирались, вот только королю моментально становилось известно о вторженце на его территорию. Один ментальный приказ — и артефакты, вмурованные в стены хранилища, выбьют из бестолковой головы всю дурь… вместе с головой, да. Именно по этой причине так испугался слуга.

Постояв некоторое время на месте, непринужденно закатав рукава сорочки до локтей, маг принялся за дело. Спустя полчаса тщательных поисков, к своему мрачному удовлетворению, Ронар наконец нашел, что искал. Пальцы впились в изображение невесты. Хищно прищурившись, Аттвуд переводил взгляд с портрета Селин Калхоун на генеалогическое древнее древо и обратно. Устало хмыкнув, он магией смел все фолианты, заставив их занять прежнее место, и откинулся затылком на мягкий подголовник кресла, вертя в пальцах уменьшенную копию магснимка.

Не зря девушка показалась ему знакомой, совершенно не зря.

Теперь он знал, кто именно являлся её родителем, по крайней мере одним из них. Совершенно точно, и ошибки быть здесь точно не может. И без проверки на родство. Слишком сильное сходство. Он бы даже сказал, поразительное.

Немыслимое дело. Невозможное. Возмутительное.

Любопытно, а Вайлен знает? Маг прищурился. В осведомленности об этом щекотливом деле короля он сомневался, иначе… Его невеста погибла бы ещё в материнской утробе или сразу после рождения, конечно же, совершенно случайно, как же иначе. Что ж. Он придержит эту занимательную информацию для себя. Всегда приятно иметь в рукаве