История любви панды, или Как Кощей влюбился - Малиновая Карамель

– Как ты, панда моя? – спросил у него, медленно покидая его тело.

Из его дырочки тонкой струйкой потекла моя сперма. От такой картины мой член пару раз дёрнулся, хоть и получил удовольствие минутой ранее. Но для первого раз его попке достаточно.

«Мы с ним не предохранялись». Эта мысль проскочила в моей голове, но быстро ушла. Даже если сегодня внутри Филиппа зародилась жизнь, я буду несказанно рад, ведь после такого он просто не сможет отказать мне «нет», и мы навеки будем вместе.

Из моих мыслей меня вывел счастливый голос омеги.

– Я не знал, что заниматься сексом настолько приятно! – на лице моего милого расплылась довольная улыбка.

– Не просто секс, это было гораздо лучшее занятие. Мы занимались любовью! – я нежно коснулся его губ губами, и он мне ответил.

Наши языки переплелись и не желали распутываться ещё очень долго. Это был глубокий и медленный поцелуй, мы наслаждались друг другом.

Но я решил, что нам всё-таки нужен небольшой душ. Подхватил на руки смеющегося омегу и понёс в соседнюю комнату, где у меня была ванная. Я занёс его в душевую кабину и включил душ, настроив на тёплую воду.

После и сам шагнул внутрь, хоть там и не было особо много места. Но нам это и не требовалось, так как стоило нам оказаться рядом, как наши руки начали ласкать тела друг друга.

Вот таким образом мы освежились и снова отправились в спальню, даже не думая прикрывать наготу. А после легли на мою кровать и накрылись одним одеялом.

Я притянул Фила к себе под бок, а он уткнулся носом мне в грудь и закинул на меня свою руку и ногу. Что ж, похоже я стал любимым плюшевым мишкой. Такой исход мне по нраву.

Я внимательно разглядывал умиротворённое лицо, слегка поглаживая его локоны, что рассыпались по кровати, и думал о нашем настоящем и будущем.

Эта ночь и те чувства, что зародились во мне сегодня, останутся со мной навсегда. Надеюсь, они имеют такое же значение и для моей панды. Ведь отпустить этого омегу я уже не смогу, да и не захочу.

Его тело так сладко реагировало на мои прикосновения, а стоны удовольствия были лучшим афродизиаком. Я ни дня не смогу прожить без него, он стал моим омегой, моим наркотиком.

И какой-то тёмной и быстрой мыслью у меня в голове проскользнула идея, что сегодня я кончил прямо внутрь своего парня и возможно он мог забеременеть. Картина Филиппа, сидящего на диване у меня в гостиной с большим круглым пузиком, вызвала одновременно приступ нежности и прилив возбуждения.

Я осторожно, чтобы не разбудить, поцеловал своё золото в лоб и твёрдо решил для себя: «Я сделаю всё от меня зависящее, чтобы стать для него самым важным и любимым альфой. Подарю ему всю Вселенную, как уже подарил ему своё сердце. И буду с нетерпением ждать дня, когда смогу получить его сердце.»

Глава 12.

«Хороший завтрак может стать началом тяжёлого рабочего дня, но также и завершением прекрасной ночи». — Флориан Домменц, немецкий футболист.

Алексей Охоткин

Утро наступило у меня под звон будильника. Как жаль, что сегодня не выходной, ведь мне хотелось провести целый день рядом с Филиппом, возможно даже его соблазнить.

А пока я потянулся на кровати, широко зевнул и повернулся на кровати, хотел обнять свою панду, но рука нащупала пустоту. От такого у меня сразу возник прилив бодрости. Я сел в постели и окинул комнату взглядом.

Фила не было. Но у двери я заметил аккуратно сложенную стопку одежды. Значит если и ушёл Филипп, то голым. А из этого следует, что он где-то в моей квартире и, судя по всему, полуголый.

От такой картинки я облизнулся и пошёл в гостиную, а там, следуя за чудными ароматами, прошёл в кухню. Фил был в чёрном махровом халате, видно нашёл в ванной, его волосы были мокрыми и завязаны в низкий хвост. Он стоял у плиты и что-то резал.

– Доброе утро, Кощей… – я подошёл к нему со спины, обнимая его, и поцеловал сзади в шею.

Он слегка вздрогнул и чуть слышно выдохнул. Наверное, задумался и не услышал моего приближения. До моего появления он нарезал овощной салат, а рядом под крышкой набухал омлет. Рядом на сковородке скворчал бекон, а тостер в эту минуту выплюнул пару зажаренных хлебцев.

– Ого! – я оглядел весь этот набор и у меня возник ряд вопросов, которые я решил озвучить. – Ты когда проснулся, что успел тут столько наготовить? И разве тебе не неприятно готовить мясо? – снова глянул на бекон, который уже зажарился до хруста.

– Всего чуть больше получаса назад. Принял душ и проголодался. – он снял с огня омлет и бекон. – Я могу готовить всё что угодно, просто не ем мясо и рыбу. Подготовь посуду, будь любезен. – он избегал смотреть на меня прямо, но щёки окрасились у него в розовый.

Как он и просил я достал тарелки и вилки, а также подготовил кружки для чая. Пока Филипп всё раскладывал, я пошёл в ванну и быстро привёл себя в порядок. Накинул на себя домашние шорты и футболку.

Снова вернулся в кухню, где Филипп уже раскладывал по тарелкам омлет, в мою тарелку положил ломтики бекона. Был ещё салат в глубокой миске из помидоров, огурцов и болгарского перца, а в кружках дымился чёрный чай.

– Ты волшебник! – я снова обнял его и поцеловал в уголок губ. – Я хочу каждое утро начинать так… Хотя, нет. – передумал я и повернул Кощея к себе лицом, продолжая обнимать его за пояс. – Лучше каждое утро я буду делать так.

Он наконец поднял на меня свои голубые глаза. В них читался вопрос, и я решил ответить, но не словами. Я наклонился и взял в плен его губы. Сначала он робко отвечал на мои движения, но уже спустя полминуты его рот гостеприимно приоткрылся, он опустил руки мне на плечи и слегка сжал. Я же сполна смог насладиться сладостью его юркого язычка.

Я разорвал поцелуй, а Филипп громко застонал и потянулся ко мне снова. Я же подхватил его под попку и понёс в гостиную. По дороге я халат распахнулся, и я увидел небольшой сосочек, который сразу взял в рот. Филе