Гнев Богов - Джеймин Ив

мою руку. Я посмотрела на него с растерянным выражением лица, удивляясь, почему он не влепил мне выговор за то, что я напала на цыпочку, от которой нам нужна была помощь.

— Прикрою тебя, детка, — пробормотал он.

Мое сердце воспарило, в то время как печаль также пронзила меня. Он прикрывал мою спину. У него тоже было мое гребаное сердце. И одному из нас пришлось бы умереть, чтобы спасти мир.

#К черту мое везение #Должно быть, они помирились в последний раз #Или написали это гребаное письмо

Джесселла пригладила волосы, бросив в мою сторону несколько прищуренных, раздраженных взглядов.

— Зачем тебе Нарида?

Кронос смотрел на нее сверху вниз, не произнося ни слова; он был в режиме пугающего Титана. — Не твоя забота, о которой стоит беспокоиться.

Ее горло сжалось, когда она с трудом сглотнула. — Я посмотрю, что я могу сделать. Это может занять у меня пару дней. Если Нарида не хочет, чтобы ее нашли, ты знаешь, что на свете нет никого, кто нашел бы ее. Она занималась этим долгое время.

Кронос кивнул. — Я знаю. Просто делай, что можешь.

Джесселла кивнула, ее руки потирали черные отметины на шее. Я имею в виду, я даже не сжимала ее так сильно… Может быть, это была тьма от грехов. То, какими были сейчас мои пальцы и волосы… Могла ли я впустить в нее немного тьмы? Или теперь я была супер, супер сильной?

#Супер Мэйзи #Без комментариев

— Вы можете позвонить мне по этому номеру, чтобы узнать последние новости, — сказала Джесселла, отвлекая меня, когда она вручила Кроносу визитную карточку. — Не нужно снова выслеживать меня подобным образом.

Она все еще пялилась на меня, и я действительно чувствовала себя очень виноватой за то, что напала на нее.

Я прочистила горло. — Так что, да, я имею в виду … Ревность заставила меня сделать это. Но я все еще сожалею…

Мои извинения были прерваны, когда Гиперион ворвался в комнату, прямо между Кроносом и Джесселлой. Он выглядел обезумевшим, волосы стояли дыбом в беспорядке, глаза горели силой, лицо было покрыто чем-то похожим на кровь и грязь.

Кронос рванулся вперед, протягивая руку к своему старому другу. — Что случилось? — он рявкнул.

Гиперион глубоко вздохнул, и, учитывая, что я никогда не видела, чтобы Титаны выглядели уставшими или запыхавшимися, это был огромный сигнал тревоги.

— Война, — выдавил он. — Он собирается убить всех. Мы должны двигаться. Сейчас.

Лицо Крона стало очень неподвижным, выражение нечитаемым, но его глаза горели. Я никогда не видела ничего подобного раньше, ни у одного человека или бога, и хотя я знала и любила его и верила, что он никогда не причинит мне вреда, мое тело отреагировало на эти вибрации гусиной кожей и поднявшимися волосами на руках.

— Я не буду рисковать ею, — выдавил он, наконец, сдавленные слова. — Нарида пропала. Мы должны подождать и найти ее, чтобы я мог снять грехи с Мэйзи. Тогда, и только тогда, мы сможем сдержать войну.

Гиперион сорвался с места, отпихивая Крона назад, как будто ему было на все наплевать. — У нас больше нет времени. Мы не можем ждать. Я тоже люблю Мэйзи, но она не превосходит весь гребаный мир!

— Она делает это для меня, — сказал Кронос, и из него вырвалась сила, разбивая витрины магазина. Женщина за прилавком, к счастью, все еще была заморожена, поэтому никак не отреагировала, но крики разнеслись по остальным магазинам Голливудской мили.

Голова Гипериона резко повернулась ко мне, и в этом единственном взгляде я увидела миллиард смертей. Я видела смерти, которые уже произошли, потому что мы не сдержали Войну так быстро, как могли бы.

Смерти на моей совести.

Слезы навернулись мне на глаза, и я подавила рыдание.

Я могла бы это сделать. Я была достаточно сильна. Все недооценивали меня всю мою жизнь, но на этот раз меня будет достаточно. Я все это время искала свою цель и наконец нашла ее.

Бросив последний взгляд на свою любовь, я даю волю слезам.

— Я люблю тебя, — сказала я, уже ныряя к Гипериону.

Рев Крона был последним, что я услышала, прежде чем меня унесло прочь.

Глава 10

— Я могу блокировать его только на несколько минут; он будет прямо за нами, — сказал Гиперион. — Не останавливайся. Не стой на одном месте.

Мы бежали, но я сразу узнала город. Я имею в виду, не так много было бы американцев, которые не знали бы Белый дом. Желая рассмотреть поближе, я посмотрела вверх и ахнула. Темные тучи нависли над кварталом, чернильные нити капали на здания внизу.

— О черт. — Мой бег замедлился, но Гиперион подстегнул меня.

— Давай. Мы на пороге следующей мировой войны, — предупредил он. Святое дерьмо, это было самое серьезное, что было с тех пор, как начались грехи. Я не могла подвести человечество.

Вбежала Рея, бежавшая рядом с нами.

— Чем я могу помочь? — Она легко бежала трусцой, в то время как я потела, как свинья, и была готова упасть. Какая бы слабость ни преследовала меня в течение последнего дня или около того, казалось, становилось все хуже.

Грехов было слишком много для меня. Но я отказывалась так легко сдаваться.

Гиперион указал на дальний конец ворот в начале лужайки перед Белым домом.

— ЗаХолодьте его с правой стороны и попытайтесь переманить к нам.

Она кивнула и скрылась. Впереди я увидела Криуса и Койоса, стоящих с раскинутыми руками, белые и синие завитки магии обвивались вокруг черных боевых щупалец, пытаясь удержать их от проникновения в здание. Несмотря на то, что Койос был ранен, он стоял на своем.

Рядом со мной раздался голос Океаноса. — Я могу затопить здание и вызвать эвакуацию?

#Сборку титанов заказывали?

Гиперион кивнул. — Может быть, уже слишком поздно, но попробовать стоит.

Повсюду вокруг нас, заполняя улицу, люди останавливались, чтобы посмотреть на темнеющее небо, перешептывались, держа телефоны с камерами в руках, пытаясь запечатлеть это безумие.

— Мы же не собираемся скрывать это от новостей, а? — Я посмотрела на Гипериона, когда мы, наконец, замедлили ход, подбегая к главным воротам.

Он покачал головой. — Но Кронос может минимизировать ущерб.

Сумасшедший. Сколько подобных вещей случалось раньше, когда Кронос поимел время, воспоминания или что-то еще, а мы не знали?

— Хорошо, поехали, Мэйзи. Ты готова? — Лицо Гипериона было полно сострадания. Я знала, что он заботился обо мне, но это было его долгом перед Землей и всеми людьми, и я ценила это.

Я кивнула. — Я могу это сделать. Я