Я не влюблюсь в тебя снова (СИ) - Самсонова

Часть 14

Каждый час, посвященный ненависти, — вечность, отнятая у любви.{?}[Л. Берне]

Я замираю, во мне начинается борьба: хочу оттолкнуть его со всей своей ненавистью, но где-то в глубине, маленькая часть моей души хочет продолжения.

* * *

Чимин снова не удержался и поцеловал её в шею. Со стороны Аделисии не последовало знаков протеста, и он продолжил. Его страстные поцелуи двигались медленно к её уху, мягко посасывая её нежную ароматную кожу, он прижимал её к себе. Кончиком языка он провёл по краю уха, оставив влажный след, а после слегка прикусил мочку. Так как Аделисия была в тонкой ночной сорочке, он прекрасно чувствовал каждый изгиб её тела. Его нижняя часть начала разогреваться и твердеть. К этому моменту он уже не мог себя контролировать: его руки блуждали по всему её телу, казалось, что за такой короткий промежуток времени, он изучил его. Единственное, что он не мог видеть — это её лицо, и это надо исправить…

Чимин провёл кончиками пальцев от кисти до плеча Аделисии и повернул её к себе: он думал, что увидит возбужденную, наслаждающуюся его ласками, но она была безэмоциональна. А когда их взгляды встретились, казалось, что только сейчас она пришла в себя и оттолкнула Чимина. Принц думал, что сейчас она будет возмущаться, но Аделисия просто легла в постель, завернувшись в одеяло.

— Уходите…. — её голос был приглушённый, но в нём можно было распознать нотки грусти.

Чимин вышел из её комнаты и вызвал повозку: он направился в дом своей подруги, чтобы снять сексуальное напряжение. Она та, кто всегда была под рукой и никогда не отказывала ему. Эта девушка, как и многие, была без ума от него: она думала, что так сможет заполучить его сердце.

Его повозка подъехала ко входу в поместье, и леди, встречавшая его, ждала, когда откроется дверь. Но её любимый медлил, не дождавшись, она потянулась к двери и открыла её. Девушка только успела ахнуть, как Чимин рывком затащил её внутрь и набросился на неё.

Он впился в её губы, не давая ей ничего сказать. Она закрыла глаза и ответила на этот требовательный поцелуй. Девушка давно ждала его в гости, но он с момента своего приезда ни разу не навестил её. И теперь он здесь, даже после того, как объявили о его свадьбе… Она улыбнулась своим мыслям «Он мой»…

— Аделисия… — шепчет он ей на ухо и замирает.

Чимин берёт её за плечи и отодвигает от себя, не смотря ей в глаза, говорит:

— Я должен ехать… — аккуратно подталкивая её, удивлённую, к двери.

Аделисия глубоко засела в его мысли: он ещё ни разу не называл девушку другим именем, а теперь он никого не хочет — только её. Оглядываясь назад, Аделисия, как звезда, всегда была на одном месте — в поле зрения Чимина. Каждый раз, когда он поворачивал голову в сторону, Аделисия была рядом, но не сейчас. Да, он может дотянуться, дотронуться, но её сердце и душа уже не принадлежат ему. Осознание того факта, что он влюблён в неё, а она нет, режет наживую. Сейчас он понял, как больно делал Аделисии в прошлом, но время не повернуть вспять. И, естественно, он не собирается сдаваться.

* * *

Весь день я провалялась в кровати, злясь на саму себя: стояла, как вкопанная, и ничего не могла сделать, когда он осыпал меня поцелуями. Но больше всего злюсь не на своё бездействие, а на то, что мне это нравилось.

Чувства, которые я отбросила, вернулись ко мне бумерангом.

Но это ничего не меняет: я заглушу, закопаю глубоко эти проснувшиеся чувства ради себя. Не хочу вновь испытывать ту боль, которую он нанес в прошлом…

— Принцесса, к Вам посетитель. — не заходя в мою комнату, сообщил мне дворецкий.

— Кто?

— Молодой герцог Мин Юнги.

— Скажите, что я скоро спущусь, и позовите моих горничных.

Встаю с кровати и быстро начинаю собираться.

Это мой шанс…

Чтобы убить зарождающуюся вновь любовь к Чимину, я должна как можно скорее разорвать все связи с ним. Я знаю Юнги недолго, и он мне симпатичен, надо рискнуть, возможно, он тот, кто поможет мне сорвать свадьбу. Пусть это опасно, но я не собираюсь никому раскрывать свои чувства: сохраню их для своего сердца.

Я спустилась в гостиную, где меня ждал Мин. Юнги безучастно смотрел на картину на стене, а когда я вошла, он поклонился мне и поприветствовал. Он был не один — с сопровождающим, а со мной была Суюн, которая везла тележку с чаем и закусками. Приглашая жестом Юнги за стол, я нежно улыбнулась ему и задала вопрос о цели его прибытия.

— Я проезжал мимо и решил узнать, как вы себя чувствуете.

Юнги помог мне со стулом, а после сел сам, не сводя с меня холодных, и в то же время нежных глаз. Такое сочетание вызывало у меня приятные чувства.

— Хорошо, благодарю, — я подала ему чашку чая и отпила глоток из своей чашки: от лёгкого волнения у меня пересохло в горле.

Он снова улыбнулся моим словам…

В него легко влюбиться… Я понимаю тех вздыхающих девушек на балу…

Здесь девушки делятся на два лагеря: воздыхательницы Юнги и воздыхательницы Чимина. Если Чимин привлекал девушек красивым личиком и умением флиртовать, то Юнги — холодной красотой и отстранённостью. Я считаю, если есть способ избежать свадьбы, то в этом мне может помочь именно Юнги.

Возможно, мой новый план не самый лучший и правильный, но за неимением другого, мне придётся следовать ему. Я велела Суюн покинуть комнату, и ждать за дверью, тоже самое я попросила сделать и Юнги, и когда мы остались вдвоём, я задала неожиданный для нас двоих вопрос:

— Герцог Мин, Ваше предложение ещё в силе? — изначально я хотела немного сблизиться с ним при помощи простых будничных вопросов, а после постепенно перейти к этому вопросу, но скопившееся внутри меня напряжение выплюнуло эти слова.

Он растерянно посмотрел на меня, но спустя несколько секунд вернул себе самообладание и спросил:

— Вы имеете ввиду тот разговор на балконе? — он тактичен и умен, и не стал говорить прямо: ведь и у стен есть уши.

— Да, он самый… — неловко заëрзав на стуле, я сделала большой глоток чая и снова посмотрела в чёрные, как смоль, глаза.

Юнги на мгновение задумался, не отводя глаз. Он выглядит как-то нереально… Мин подался вперëд и, положив локти на стол, и, сцепляя пальцы в замок,