Хозяйка старого дома, или Жена поневоле - Кира Рамис

удача, есть ароматные сладкие ягоды без ограничения. Оставшиеся ягоды попросила собрать в деревянную тарелку и принести домой.

Так как мы потратили время на сбор урожая и его посадку — вскапывал и засаживал Ренгель, я же, не стесняясь, любовалась процессом, не забыв всё же разрезать два перчика и посадить восемь новых кустов, семян в перцах оказалось не много — то муж, подумав, решил поехать в город на следующий день.

Как жаль, что в этом мире или в этой деревне нет часов. Посмотрев на небо, определила примерное время, судя по расположению солнца, где-то после трёх.

– Эй, хозяева, есть кто дома? – вместе со стуком донеслось от ворот.

Мы переглянулись с Ренгелем.

– Есть, – он вышел из дома, я же осталась стоять в дверях. – Староста, что вас привело к нам? – муж отступил, пропуская, кроме старосты, несколько молодых магов.

– Уф-ф, как же я рад, что ваш дом последний, – староста смахнул рукавом пот со лба. – Да вот, – он показал рукой на молодых людей. – Ходим по домам, спрашиваем, не нанёс ли какой ущерб ливень. По мере возможности исправляем. Попросил сына помочь с дождём, да кто же знал, что они решат все вместе приложить руку к этому. Такой ливень устроили, что чуть весь урожай не уничтожили. У вас огород засажен?

– Засажен, но не пострадал, – после слов Ренгеля маги заулыбались, наверное, от счастья, что в последнем дворе всё обошлось.

– Подождите, – пришлось вмешаться, видя, что муж не собирается говорить о крыше. – Огород не пострадал, но вот крыша прохудилась в нескольких местах, лило так, будто кто-то копьями её проткнул.

Ренгель недовольно на меня посмотрел, ответила не менее строгим взглядом. Подозреваю, что крыша давно с дырами, но совесть меня не мучила. В таком доме жить не хочется, да и больному человеку тяжело одному перекрывать, пусть Ренгель и храбрится, но время от времени я замечаю, как он морщится, будто у него что-то болит.

Староста развернулся и приказал:

– Исправляйте свои оплошности.

– Отец, ты хочешь, чтобы мы лезли на эту гнилую хиленькую крышу? – Барри посмотрел на отца.

– Староста, он прав, – вперёд вышел Кристиан. – Летать мы пока не умеем, – молодой человек сунул руку за пазуху, вынул маленький кошелёк, достал оттуда несколько монет и бросил их нам под ноги, на землю. – Если твой муж не сможет сам починить, то пусть наймёт мужиков в деревне. Восстановить побитый урожай — это одно дело, а починку крыши оставлю простолюдинам, – и столько пренебрежения было в его словах, что Ренгель не выдержал.

Я впервые видела, как он использует магию. Взмах рукой, монеты в то же мгновение поднимаются в воздух и исчезают, а Кристиан, сгибаясь, начинает кашлять, выплёвывая те самые монеты.

– Вон! Убирайтесь вон со двора, – сжимая кулаки и морщась, приказал Ренгель.

– Рен, послушай, эти глупцы не хотели тебя обидеть, – староста, увидев перекосившееся лицо моего мужа, вздрогнул. – Ренгель, я сам найду людей, через полчаса твоя крыша будет в целости и сохранности.

– Стойте! – маг резко вскинул руку и схватил старосту за рукав. – Лилиан, быстро принеси муку, что тебе дал господин Олден.

Не успела повернуться, как Орлан вынес требуемое.

– Вот, – мальчик протянул муку старосте.

– Я никогда ничего не требовал и не брал, всегда откликался на ваши просьбы о магической помощи, больше ко мне не приходите, – видно было, что слова с трудом даются Ренгелю, он всё сильнее морщился.

– Но, Рен, – видя, что мой муж непреклонен, староста развернулся к молодым магам и погнал их прочь. – Лилиан, ты хотя бы меня услышь, скоро придут рабочие, не прогоняйте, мои олухи виноваты в разрушениях, они и ответят.

Вздохнув, ворота не стала закрывать. И почему я забываю, что нахожусь в чужом мире? Постоянно лезу куда не просят. Вот и Ренгеля разозлила, и крышу не починила. Как он поступит со мной? Будет ругать?

– Лили, ты испугалась? – вздрогнув, почувствовала нежное прикосновение к плечу. – Я не хотел кричать, прости, что так вышло.

– Это ты меня прости, хотела как лучше, ты болеешь, – предательские слёзы накатили на глаза. Разве можно из-за такого плакать? Я же сильная девушка, никогда не плачу.

– Лили, – тихо сорвалось с его губ. – Прости, прости, – шептал он, непонятно за что вымаливая прощение, а я продолжала плакать.

Глава 20. Нужно везти в город

Всё же пребывание и такая ужасная жизнь в чужом мире подкосили мои стальные нервы. Смахнув слёзы, улыбнулась. Хватит плакать, сказала себе, нужно искать того, кто вернёт меня к моей любимой семье, уюту в дорогой и недооценённый мною техномир.

Да мне банально не хватает душа и туалета. Даже свадьба, измена любимого и беременность подруги, на фоне происходящего со мной, кажутся лишь недоразумением. Вернусь, Сергея забуду, на Ксюшу зла держать не стану, но и общение не возобновлю. Что самое интересное, я практически не вспоминала всё это время бывшего жениха, чтобы ему чихалось, не переставая, вот кого стоило закинуть в магический мир. За что меня-то?

– Лили, я ненадолго прилягу, – из мыслей меня вырвал тихий голос мужа. – Как только придут чинить крышу, разбуди.

– Рен, ты слишком бледный, давай лекаря позову, – беспокоясь, взяла молодого человека за руку.

– Нет, не нужно, просто я два дня подряд использовал магию, – он ещё сильнее побелел, хотя куда уж больше. – Отдых нужен, к утру приду в себя. Оленя покорми, только не гладь и детям не разрешай.

– Сестра, позволь нам с братом покормить его? – Орлан и Свон в нетерпении смотрели то на меня, то на оленя. Как же редко улыбается Свон.

– Конечно, покормите, только не прикасайтесь, – повернул голову, дошедший до двери, маг.

– Ренгель разрешил, но и про осла не забудьте, – махнула рукой и поспешила в дом, только дверь в маленькую комнату уже была закрыта. – Пусть выспится, – пробормотала я, любуясь урожаем, сложенным в углу.

Как и обещал староста через какое-то время в ворота вошли четверо, на спинах они несли большие