Не буди во мне Драконшу! (СИ) - Эмили Гунн

Ведь ваш мир все же магический, и я, безусловно, ожидала, что и архитектура здесь тоже более…

— Сказочная? — усмехнулся Тёмный.

— Да! — улыбнулась я. — Когда же пришли следующие сообщения, показавшие, как тут обстоят дела…

— Как вам казалось, — подкорректировал он.

— Да, как казалось… В общем я даже расстроилась, что сказки не будет, — вздохнула, вспоминая те дни, оставившие в сердце отпечатки разочарований и тревог.

— Неужели мечтала стать принцессой, как все девочки? — недоверчиво вскинул Демиан брови. — Мне казалось, это не про тебя, Огонек! — с шутливым упреком произнес он.

— О, нет! Я всего-то метила в богатые графини. С собственным замком и толпой подчиненных! — каким-то образом нам и в такие роковые секунды удалось вернуться к непринужденной болтовне.

Все же Демиан удивительный! — пронеслось в голове.

— Ха-ха! Вот это на тебя больше похоже! — раздался его неподдельно веселый смех. — Ты была бы просто великолепна в подобной роли. Повелительница поместья, отбирающая курдюки у слуг в качестве подати! — подмигнул мне демон.

— А сегодня выясняется, что замки и дворец здесь все же есть! — восторженно завершила я.

— Напрасно радуешься, — неожиданно помрачнел Демиан. — Поверь, Огонек, лучше бы их не было…

И что-то настолько тёмное проскользнуло в этой фразе, что мне и расспрашивать-то дальше расхотелось.

Однако на это в любом случае уже не было времени. Беда в том, что рождение красного солнца совпало с появлением из-за холмов гигантских чудовищ. С длинной шерстью, огромными саблевидными клыками и оглушающе-рокочущим рыком — Бовы из детских страшилок тяжелой поступью надвигались прямо на нас.

— Помнишь, как ты бежала от ящеров? — спросил Демиан, доставая нож.

— Бежать к цветку? — мгновенно угадала я его план.

На этот раз реально безрассудный! Один против Бов никто и минуты не протянет!

— Беги! — велел демон и, к своему собственному удивлению, я послушалась его.

Нет, не потому, что боялась оставаться рядом с воистину чудовищными тварями. И не потому, что хотела спастись. А потому, что лишь от меня теперь зависела Его жизнь.

— Норма! — услышала я в перемешку с диким ревом, уже ввалившись в каменный вход пещеры. — Особенная для меня!

Были последние слова, что эхом звучали в ушах, пока я летела в портал, открытый волшебным Огнем Цветка. Слова, отвечающие на немой вопрос, заданный мною прежде…

Глава 18. "Дома"

Ну а дальше — вы уже знаете: меня выбросило на этот раз уже из огненного портала. Причем прямехонько к ногам моего недоженишка. Его испуганный визг и всклокоченный вид до сих пор вызывают у меня приступы ненормального смеха, всплывая временами в памяти и давая моим родным лишний повод считать меня буйно помешанной.

— Мама! — стенал Лисинд, комично подпрыгивая и бестолково махая руками. — Она появилась из неоткуда и бросилась прямо на меня, Клянусь Первородным Ящером!

Затем меня подобрали, оказали первую помощь… Лисинду, успокоили, напоили отварами — уже нас обоих и вызвали, наконец, адекватного Дока.

Потом меня долго отмывали, причем не только от реальной грязи, но и от налета слухов, прилипших ко мне благодаря добрым соседям из нашего прошлого мира. Пригрели как умели и со временем принялись регулярно выносить мозг советами, как вновь прикипеть к Лисинду. Вспомнить о чувствах, которых у меня вообще-то к нему никогда и не было.

Но хватит о нелепом. Пора возвращаться к невообразимому. То есть к беседе с Доком, которую я вам не дорассказала:

— А если демон все же поставит метку человеку, что тогда? — спросила я, скрепя сердце ожидая вердикта. — Не получится полноценно жениться по демоническому обряду, а ваши дети будут полукровками и их нельзя будет официально признать?

— И это тоже, — с сожалением в голосе и пониманием во взгляде ответил Док, — но боюсь это не самое страшное.

— Понимаю, — мрачно поджала я губы, — хуже всего то, что рано или поздно демон встретит свою настоящую пару среди демониц.

— Нет, не понимаешь, — грустно покачал он головой.

— Есть что-то похуже того, что он, женившись на демонице, — недоверчиво переспросила я, — потеряет всякий интерес к отмеченной им человеческой девушке?

— В том то и дело, что не потеряет, — ошарашил меня Шепрдерк, — если демон успел поставить человечке метку до брачного ритуала с демоницей, его так и будет тянуть к ним обеим.

— И что? — никак не могла я сообразить, в чем подвох, — пусть себе тянет. Пара же важнее, а значит, девушке придется уйти.

— Она не сможет, — устремив на меня проницательный взгляд небесно-голубых глаз, ответил Док. — Получив метку, девушка получит и привязку. Она не сможет долго жить вдали от отметившего ее демона. Ее будет мучить жажда близости с ним. И чем дальше, тем сильнее. Постепенно приступы тоски и пламя неудовлетворенности станут настолько невыносимыми, что девушка потеряет всякий интерес к жизни. Единственным ее желанием будет соединиться со своим демоном. Дойдет до того, что, в конце концов, ей придется смириться со своей долей и вернуться к нему.

— То есть выхода нет? — обреченно спросила я. — Эта девушка так и останется до конца жизни его любовницей?

— Боюсь, и даже официальной любовницей ей не быть, — опустил Док на мгновение взгляд.

— Говорите уже! — нетерпеливо поторопила я его. — Кем? Кем она станет, Куколкой? Так ведь демоны называют их, верно? Кто они для Тёмных?

— Рабыни, — добили меня. — Мне жаль, Норма, — виновата опустил глаза Док, словно это он придумал ставить бедняжкам пожизненные метки. — Если привязка проходит односторонне, девушка подпадает в полную зависимость от своего хозяина и…

— Нет! — прервала я его. — Никаких хозяинов! — у меня так запылали щеки, будто я вспыхнула настоящим пламенем, а не просто покраснела.

— Ладно, — верно расценил Шепрдерк мое состояние, — обойдемся без этих терминов, — примирительно поднял он руки. — Малоутешительно, но справедливости ради, нужно добавить, что и демон будет в некотором роде зависить от отмеченной им красавицы. По крайней мере, ненасытным желанием обладания точно будет страдать. Однако, к сожалению, привязка и в самом деле превратит девушку, скажем так, «в рабу любви». И лекарства от этого, увы, нет.

Что кого во что и как превратит — я уже и сама, к своему ужасу, начинала догадываться. Однако все равно в корне не была согласна с таким положением дел!

— И зачем же тогда вообще ставить эти метки «человечкам»? — с гневным сарказмом произнесла я последнее слово. — Тем более, если и сам привязываешься к ней. И демоница, наверняка, беснуется потом от злости и ревности.

— Ну, «беснуются» вовсе не все демоницы, — усмехнулся Док, — бывают и такие, которым нравится всякого рода разнообразия и эксперименты в личной жизни, — заставил он меня заскрежетать зубами