Паук раскинул сеть (СИ) - Романовская Ольга

  Удивлял ровный тон Брагоньера. Соэр ненавидел насильников, не считал людьми, а тут спокоен. Вряд ли его убеждения успели кардинально измениться за полгода, значит, Брагоньер чего-то недоговаривал.

  - Она не сопротивлялась, то есть тут либо наркотик, либо по любви. Вообще не сопротивлялась, госпожа Тэр. Скорее всего, убил любовник, и этот самый любовник - хозяин, - Эллина ожидала, что вот-вот соэр помрачнеет, в голосе прорежутся гневные нотки, - напрасно. Брагоньер не впал в раздражение, а погрузился в задумчивость. - Нож вонзил сразу после соития, потом одел (то, что не сама одевалась, видно), зачем-то накинул удавку и обул в туфли жены. И всё это, чтобы запихнуть в мешок и с риском быть узнанным выбросить труп на камни под променадом. Даже не в воду! Пёстрая нелогичная смесь, и это мне не нравится. В преступлении всегда есть мотив, тут его нет. Действия убийцы хаотичны, даже сумасшедший так не поступит. Или вы нашли какую-то записку?

  Пристальный взгляд Брагоньера обратился на гоэту. Соэр намекал на прошлогоднюю историю с любителем лепестков и зеркал. Эллину передёрнуло от одного воспоминания о Матео Хаатере, но не похоже, чтобы горничную убили по моральным соображениям.

  - Хоть что-то меня радует! - пробормотал Брагоньер. - Значит, мы имеем обычное убийство. Без изнасилования, хотя тут могу ошибаться, точно скажет врач. За ним уже послали?

  - Полагаю, - пожала плечами Эллина и подняла взгляд на капрала. Тот кивнул. - Послали, господин соэр.

  - Значит, и дежурный следователь скоро соизволит явиться. Не торопится, однако, начальство распустило. Ничего, на эту тему мы ещё побеседуем.

  - Версии уже есть?

  Гоэта покосилась на труп. Выглядел он неприглядно, и Эллина предпочла тут же перевести взгляд на сосредоточенного любовника. Судя по нетерпеливому постукиванию каблуком, дежурного трийского следователя ожидала взбучка. Если Брагоньер так выражает своё недовольство, то дело серьёзно.

  - Есть, но вам говорить не стану.

  - Понимаю, - кивнула Эллина, - тайна следствия. И я опять в самой гуще этого следствия. Скоро протокол научусь составлять. Что ж, поработаю внештатным сотрудником Следственного управления. Всё лучше, чем свидетелем. Как раз следователь подойдёт, я не нужна стану.

  Эллина обулась и поднялась с нагретого места, оставив сюртук любовника лежать на камнях. Он сослужил своё дело: погрел ноги и пятую точку. Вечером камни остывают, сидеть на них вредно.

  - Сидя писать удобнее, - заметил Брагоньер. - И этот олух наверняка трезвеет, а это процесс долгий. Зато уволят мгновенно.

  - Я хочу набережную осмотреть, потом всё перескажу судебному магу и письменные показания дам.

  - Пять минут, госпожа Тэр, я надолго не задержу, просто описание места преступления и характера ранений. Собственные соображения запишу сам. Как только приедет маг, идите спать. Бумаги завтра оформите, я договорюсь. Часов в одиннадцать устроит?

  Гоэта кивнула и под диктовку быстро записала 'рыбу' для протокола. В смысл слов не вникала, пытаясь поспеть за диктовкой. Брагоньер говорил, не делая пауз, то вскакивая на ноги, то наклоняясь, чтобы что-то поднять. Тело он накрыл изрезанным мешком, а сумочку Эллины превратил в склад для улик. Для их сбора в дело пошли миниатюрные ножницы, которые гоэта носила вместе с пудреницей на всякий случай. Эллина смирилась с их потерей: для себя она решила, обратно после покойницы не возьмёт.

  - Господин соэр, - мысль пришла внезапно, - убийца хотел, чтобы его нашли. Вернее, чтобы подставного убийцу нашли и повесили, для этого и затеял спектакль. Проще говоря, девушку убили, чтобы избавиться от любовника. Сами знаете, третье сословие - расходный материал.

  - Может быть, следствие покажет. А теперь либо смотрите тепловую карту, либо берите извозчика и поезжайте в гостиницу. В любом случае, дело вне компетенции Сатии, и я не буду над ним даже надзирать. Только передам осмотр места происшествия и свои соображения следователю. Разумеется, если не будет следа магии, в этом случае мне придётся вмешаться.

  - Его величество, - напомнила Эллина, опасаясь гнева монарха.

  - Его величество запретил заниматься конкретным делом, а не закрывать глаза на всех некромантов в округе, госпожа Тэр. - Паникёрство гоэты раздражало, но Брагоньер ни словом, ни взглядом не выдал своих чувств, понимая, это проявление заботы. Докучать ему подобным дозволялось только Эллине, и только перед Эллиной же не скрывал, что устал, продуло шею или голоден. - Местный инквизитор не обидится на помощь и сам проведёт допросы и дознание. Завтра кое-что расскажу, вам, как любительнице одиноких прогулок, полезно послушать.

  Гоэта не стала спорить и, чуть прихрамывая, побрела осматривать набережную, не особо надеясь на успех. Частицы и час назад практически разложились, а теперь и подавно. Наверху она столкнулась с запыхавшимся следователем и кисло улыбнулась ему, мысленно пожелав удачи.

   Глава 6. Подарок палача

  Эллина тяжело вздыхала. Не успело всё закончится, как снова началось. Нет, Брагоньер слово сдержал, вернулся в гостиницу около полуночи, уставший, молчаливый. Гоэта не спала, ждала его. Проигнорировав беспокойные взгляды, соэр умылся и, задув свечу, лёг рядом с любовницей. Та обвила его руками, прижалась, чтобы услышать вымученное через силу: 'Ничего рассказывать не буду'. Эллина обиженно засопела. Неужели он подумал, будто она тайнами следствия интересуется? За два года их знакомства, пусть сначала и шапочного, гоэта давно усвоила, подобные вещи Брагоньер даже с подчинёнными не обсуждает. Тесно прижавшись, Эллина поцеловала его в мокрую шею и прошептала:

  - Очень устал? Опять завтра на работу?

  Соэр промолчал.

  - Я хоть чуть-чуть помогла? - не унималась гоэта и погладила его по щеке.

  - Ну, продолжай, - хмыкнул Брагоньер и повернулся к ней. Лица Эллина не видела, но полагала, любовник улыбался - редкое для него явление. - Вы меня совсем этим не радуете, госпожа Тэр. Как других послушать, так все ласковые.

  Эллина смутилась и ответила первое, что пришло в голову:

  - Но ведь ты не любишь всяких нежностей?

  - Ты ненаблюдательна. Ночью, прости, ничего не будет, я хочу выспаться. Встану рано, не пугайся. Тебя ждут к одиннадцати к господину Ирджину. Прихвати свои записи, если делала.

  Гоэта привычно устроилась на плече любовника. Теперь она спала так, даже если они не занимались любовью. Эллина знала, он уже спит: в сон соэр проваливался моментально. Он привык спать мало и поэтому дорожил каждой минутой. Как сама заснула, гоэта не помнила. Она всё думала об убитой девушке, мальчике, некромантах, странной обмолвке Брагоньера. Когда проснулась, соэр уже ушёл.

  На столе лежала записка: 'Не жди, обстоятельства изменились. Возможно, уеду в столицу'.

  Эллина подскочила. Засосало под ложечкой от дурного предчувствия. Неужели король потребовал Брагоньера? Что же случилось, несомненно, страшное, раз соэр не вернётся ночевать.

  В последний раз гоэта так быстро одевалась во время истории с Гланером. Наплевав на вкусы любовника, облачилась в простую юбку и блузу, наскоро причесалась и слетела вниз завтракать. Давясь кофе в общей столовой, Эллина жадно прислушивалась к разговорам и читала выпуск местной газеты. Ничего особенного, хотя о вчерашнем происшествии написали. Может, информационный листок внесёт ясность? Но сначала Следственное управление. Брагоньер - исключение, остальные сдадутся, расскажут обо всём хорошенькой женщине. В том, что она хорошенькая, Эллина не сомневалась, отражение радовало.

  Улицы полнились разговорами о громком убийстве. Даже извозчик обсудил с гоэтой подробности дела. В его исполнении оно напоминало сюжет для любовного романа: смелая горничная пала жертвой грабителей, похитивших хозяйку. В газетах о похищении ничего не писали, и Эллина заинтересовалась.

  - Ну, это мне по большому секрету знакомая кухарка сказала, - смутился возница. Видимо, близость Следственного управления сделала его молчаливее. - Вы это, никому, а я от всего отопрусь.