Ярость и разрушение - Дженнифер Ли Арментроут

ангельское личико, ты выглядишь так, будто молишься. Надеюсь, я помешал.

Ангельское личико?

— Жаль разочаровывать, но нет.

— Мы собирались немного потренироваться, — Зейн последовал за демоном, на его лице было что-то среднее между раздражением и неохотным весельем. — Мы вроде как заняты.

— Не позволяйте мне вас останавливать.

Рот подмигнул мне, поднял свободную руку и повернул её. Рядом с диваном огромное кресло, которым при мне Зейн никогда не пользовался, повернулось так, что оказалось лицом к коврикам.

Ну, разве это не было замечательной способностью, которой я только немного завидовала.

Рот плюхнулся в кресло и закинул одну обтянутую джинсами ногу на другую. Он сделал ещё глоток.

Зейн уставился на него так, словно не знал, что сказать. Наверное, у меня было такое же выражение лица.

— Где Лейла? — наконец, спросил Зейн.

— На девичнике со Стейси, потому что сегодня суббота, — ответил он, и, чёрт возьми, я понятия не имела, что были выходные. — Они собираются пообедать, а потом пройтись по магазинам. Или ещё что-нибудь. Что там делают девушки.

Крошечный комочек ревности образовался в центре моей груди. Что там делают девушки. Мы тусуемся вместе. Мы делимся десертами и закусками. Мы говорим о всяких глупостях и делимся своими самыми глубокими, самыми тёмными моментами. Мы напоминаем друг другу, что никогда не были по-настоящему одиноки. Вот что делают девушки.

Я скучала по Джаде.

— Знаешь, Лейла и Стейси будут рады, если ты присоединишься к ним, — продолжил Рот, словно читая мои мысли. — При условии, что Каменный выпустит тебя из поля зрения на несколько часов.

Да, ну, я не была уверена, что тусовка не с одной, а с целыми двумя девушками, с которыми крутил Зейн, была моим представлением о весёлых временах.

— Тринити может приходить и уходить, когда ей заблагорассудится, — сухо ответил Зейн. — Полагаю, Каймана тоже нет поблизости?

— Нет. Он работает. Ну, вы знаете, обмен кусков человеческих душ на легкомысленные вещи, — Рот заиграл бровями. — Это оскорбляет твои ангельские чувства?

Я пожала плечами.

— Не похоже, чтобы он уговаривает людей сделать это. Они сами стелют себе постель, так что могут валяться в ней.

Рот наклонил свою чашку ко мне.

— Не очень-то по ангельски это звучит. Тебе должно быть не всё равно. Ты должна быть оскорблена.

— Я оскорблён, — пробормотал Зейн. — Этим неожиданным визитом.

— Ложь, которую мы сами себе говорим, — Рот посмотрел между нами. — Мне повезло. Я увижу, как Истиннорождённая и Страж дерутся, ну, поиграют в драку, если вы двое действительно собираетесь делать что-нибудь, кроме как пялиться на меня, как будто вы были благословлены моим появлением.

Я прикусила губу, чтобы не рассмеяться, потому что у меня было чувство, что это только разозлит демона и рассердит Зейна.

Честно говоря, я была рада видеть Рота. Зейн и Рот, возможно, застряли в странном соперничестве и имеют фундаментальные различия, но они всё ещё были друзьями, и со времени моего пребывания здесь, за исключением вчерашнего дня, никто не приходил к Зейну. Даже члены его собственного клана. Каждый нуждался в друге, даже если этот друг был наследным принцем Ада.

Вскочив на ноги, я повернулась к Зейну.

— У меня нет никаких проблем с тем, чтобы он смотрел, как мы тренируемся.

Зейн, казалось, хотел сказать, что у него есть с этим проблемы, но просто покачал головой и шагнул на мат.

— Так что там с галстуком? — спросила я, и Зейн уставился на него так, словно забыл, что держал в руках.

— А вот этот вопрос мне до смерти хотелось задать, — заметил Рот. — БДСМ, Каменный? Я потрясён.

Мои щёки вспыхнули, когда Зейн бросил на Рота испепеляющий взгляд, прежде чем снова сфокусировался на мне.

— Помнишь, как ты хотела научиться не полагаться на своё зрение во время боя?

— Зачем тебе это нужно? — спросил Рот.

— Зрение Истиннорождённых не похоже на зрение Стража или демона ночью, — объяснил Зейн. — Поскольку большая часть нашего патрулирования проводится ночью, ты можешь заполнить пробелы.

Я понятия не имела, поверил ли ему Рот, но я уловила то, что говорил Зейн, не совсем выдавая информацию. Я, молча, кивнула.

— Я решил, что лучший способ потренироваться, это заставить тебя не использовать своё зрение, вот почему у меня галстук, — Зейн помахал материалом. — Прости, что разочаровал, Рот.

— Тренировка с завязанными глазами. Не так сексуально, как я думал, но всё равно очень интересно, — последовал комментарий от одного единственного зрителя.

— Это хорошая идея, — предвкушение закружилось в моей груди. — Давай начнём.

— Должно быть, будет забавно, — заявил Рот.

— Ты можешь помолчать? — сорвался Зейн, подходя к тому месту, где я стояла.

— Ничего не могу обещать.

Я сжала губы и потянулась за галстуком, но Зейн шагнул мне за спину.

— Я сам, — сказал он. — Дай знать, когда будешь готова.

Другими словами: дай знать, когда будешь полностью готова ослепнуть. Интересно, помнит ли он, как я испугалась в ту ночь, когда на общину напали, и он обернул свои крылья вокруг меня, заблокировав все источники света.

Я надеялась, что больше не буду так волноваться, особенно учитывая, что у нас были зрители.

Сделав неглубокий вдох, я встряхнула руками.

— Готова.

Мгновение спустя я почувствовала жар, исходящий от Зейна, стоящего за моей спиной. Я застыла на месте, когда галстук появился в моём видении. Когда он приблизился к моему лицу, уже закрывая большую часть света, моё сердце заколотилось.

Мне это не нравилось.

Всё это мне не нравилось.

Из-за этого было трудно не остановить всё это, когда галстук коснулся моего лица, и чернота опустилась на мои глаза. Какой-то сверхъестественной силой воли я позволила Зейну закрепить галстук.

Материал оказался на удивление мягким и не совсем непрозрачным. Я видела неясные очертания перед собой, и чем дольше я смотрела, тем отчётливее видела крошечную точку света.

Неужели так будет, когда болезнь возьмёт своё? Ничего, кроме очертаний и булавочного укола света?

Паника взорвалась в моём животе, и я потянулась к галстуку, желая сорвать его с лица и сжечь материал.

«Ты сама этого хотела».

Только самоубеждение остановило меня от снятия галстука. Я могу с этим справиться. Я должна справиться. Мне просто нужно было, чтобы моё сердце перестало колотиться так, как будто оно вот-вот выскочит из груди, и чтобы чувство удушья в горле ослабло.

Зейн опустил руки на мои плечи, заставив меня дёрнуться.

— Ты в порядке? — его голос был мягким, и я понятия не имела, слышит ли его Рот. — Мы можем попробовать в другой раз.

Другой раз как никогда показался прекрасной идей, но другой раз лишь означал, что я была