Снежная невеста - Нинель Мягкова

её знаете, но не лезьте! — отрезала Катерина. Ничего себе! Тихая помощница вмиг превратилась в фурию. — У нас творческий процесс идёт. Никогда не слышали, что камера прибавляет килограммы? От её физической формы зависит наша работа!

— Даже если она прибавит десяток килограмм, Алиса не станет хуже выглядеть. Собственно, потому мой отец и пригласил её делать обзор спа, — обезоруживающе улыбнулся парень. — У нас и так запись на месяц вперёд, а после её ролика будет на год!

Катерина сконфуженно замолкла: не лучшая бизнес-стратегия дерзить нанимателю. Или его сыну. Я тоже смутилась, чуть ли не до слёз. Мне уже было понятно, что я катастрофически не справляюсь с возложенной ролью, а тут ещё и свидетели моего позора подоспели! Особенно жаль было настоящую Алису. Сейчас она отдувается за меня в моём родном мире, отбиваясь от родителей и навязанного жениха, а вернётся к порушенной карьере и испорченной репутации. Кошмар!

— Благодарю за оказанное доверие.

Вбитые матушкой намертво уроки этикета оказались как нельзя кстати. Формальные фразы очень выручают в те моменты, когда по сути сказать особо нечего. Я развернулась к собеседнику лицом, сделала шаг назад, чтобы не прижиматься так интимно…

Только совершенно забыла про бассейн!

Ровная кромка бортика резко обрывалась безо всяких предупреждений. Нога опустилась в пустоту и с оглушительным визгом я рухнула спиной плашмя в воду, подняв тучу брызг. Толком и испугаться-то не успела. Выпустила простыню, замолотила руками в воде — плавать мне матушка так и не разрешила научиться, утверждая, что умение сие девиц приличных недостойное. На общественном пляже плавать срам, а при таком вот случайном падении в воду рядом непременно окажется мужчина, готовый рискнуть собой и спасти тонущую бедняжку, то есть меня. 

В чём-то матушка была права. 

Нос залило противной на вкус водой, но раньше чем я сделала глупость и попыталась откашляться, меня ухватили за талию и вздёрнули в воздух. 

— Вы что, плавать не умеете? — недоумённо поинтересовался всё тот же парень. 

Он притиснул меня к бортику телом, пропихнув мускулистое бедро между моими ногами. Тонуть я перестала, дышать тоже — слишком уж явственно ощущалось рядом мужское тело. Каждый его сантиметр. 

— Не умею, — созналась я, не сильно думая, что говорю. 

— Зачем ты врёшь? Ты плаваешь как рыба! — прошипела где-то далеко, в другой вселенной, Катерина. 

— А вы моложе, чем я думал, — он навис надо мной и стекавшая с его волос вода капнула мне на грудь. 

Я не знала, о чём паниковать в первую очередь: о тесном, непристойном контакте, лишь усугубляющемся почти полным отсутствием одежды, или о том, что я понятия не имею, сколько лет Алисе на самом деле?

Глава 13

Алиса

К чести Риса, он не стал спорить и доказывать, что я не права.

Я и сама сомневалась в правильности сделанных выводов, но всё же решила высказаться. Признаться по правде, мои выкладки строились на интуиции, множестве просмотренных фильмов и прочитанных книг. Ну, ещё немного логики. 

Деир Рохус очень сильно нервничал для самоубийцы. Ему должно быть всё равно, что с ним станет, раз он готов взорвать целый дирижабль ради достижения цели. Либо он агрессивный фанатик, либо отчаявшийся человек, потерявший последнюю надежду. В обоих случаях поведение при допросе (в сериалах) обычно отличается от того, что я вижу сейчас. В первом он бы хамил и огрызался, развалился бы на стуле и бравировал своей мнимой мощью. Во втором — потух и впал в прострацию. А вот если его вынудили так поступить, становятся понятны тревожные взгляды на дверь, нервные движения рук и бегающие глаза. Налицо явное беспокойство, причём с каждой минутой возрастающее. 

— Можно я с ним поговорю? — предложила я неожиданно для самой себя. 

Дельхарт обменялся долгими взглядами с начальником участка, что-то молчаливо выясняя, и наконец кивнул. 

— Хуже не будет, — оптимистично прокомментировал он, открывая дверь и пропуская меня вперёд. 

При виде меня незадачливый террорист вздрогнул и собирался было вежливо подняться, но наручники, зацепленные за специальный крюк, держали крепко. Он неловко поёрзал и опустил взгляд, будто щербатая поверхность столешницы могла поведать ему ближайшее будущее.

Я заняла пустующий стул напротив. Полицейский, проводивший допрос, при виде нас с Дельхартом подскочил и уступил место без лишних вопросов.  

— Чего вам? Я всё рассказал! — не выдержав затянувшейся паузы, рявкнул деир Рохус. 

— Не всё, — спокойно отрезала я, хотя каждая жилка подрагивала от напряжения. 

А если я ошиблась? 

А если, что ещё хуже, он не поверит, откажется сотрудничать и ребёнок пострадает?

— Вы забыли упомянуть, что ваша дочь в заложниках, — по-прежнему тихо и невыразительно продолжила я. 

Несчастный затрясся всем телом, бросая жалобные взгляды то на меня, то на дверь, то на стекло, отсюда совершенно непрозрачное и кажущееся чёрным. 

— Кто вам сказал? Это они сказали? Они говорили, что убьют её… пожалуйста, не дайте им её убить! Девочка моя! — бедняга сорвался окончательно. Обхватил голову руками и принялся раскачиваться из стороны в сторону, невнятно подвывая. 

Мы с Рисом переглянулись. 

Торжества я не испытывала. Да, я оказалась права, но радости по этому поводу не было никакой. Это означало, что у неизвестных, чуть не организовавших взрыв дирижабля, в заложниках сейчас ребёнок, и если мы не поспешим, её может не стать в любой момент. 

Лучше бы я ошиблась, честное слово!

— Я сейчас. Постарайся ещё что-нибудь вытянуть, — пробормотал мне на ухо Дельхарт едва слышно и стремительно вышел из допросной. 

Меня немало удивило такое доверие, но я послушно осталась на месте. Пока деир Рохус в расстроенных чувствах, можно попытаться узнать о его нанимателях поподробнее. 

Возможно, с безобидной женщиной в моём лице он будет более откровенен? 

Двух полицейских, с непроницаемым видом дежуривших у дверей, не считаем. За мебель сойдут. 

— Мы попытаемся помочь, — я старалась говорить как можно мягче и деликатнее, чтобы не испортить наметившийся прогресс. — Но нам нужно знать больше. Когда её похитили?

Я специально не спрашивала — кто. Стоит мне сознаться, что мы понятия не имеем, о ком речь, как мужчина замкнётся и перестанет отвечать на вопросы вовсе. Доверия к властям в нём не чувствуется, вряд ли он жаждет сотрудничать с полицией, особенно учитывая что ему наверняка пригрозили страшными карами если он расскажет, кто его нанял. Так что делаем вид, что в курсе всего, и незаметно выведываем подробности. 

Переговорщик из меня так