Пара дракона - Миранда Мартин

поисках чего-нибудь, что могло бы помочь нам выбраться отсюда. Должен же быть какой-то способ. Возможности проносятся в моих мыслях. Все возможные планы заканчиваются вопросом, на который у меня нет ответов. Нет четкого пути.

За туманом воспоминаний подкрадывается страх. Все зависит от моего успеха. Я не хочу представлять себе жизнь без нее теперь, когда она появилась в моей жизни. Она должна жить. Здесь есть сходство с прошлым, но это прошлое похоронено под биджассом. Более того, я не хочу вспоминать. Я не хочу знать, потому что в глубине души знаю, что это все моя вина. На этот раз все будет по-другому. Я сделаю все по-другому.

Подхватив на руки, я нежно баюкаю ее. Сокровище мое, скоро твой голос наполнит воздух своей сладкой музыкой. Я спасу тебя.

Я смотрю налево, потом направо и делаю свой выбор. Я поворачиваю налево, откуда, как мне казалось, дул воздух, и бегу так быстро, как только могу. Я расправляю крылья и использую их, чтобы облегчить свой вес. Они болят, очень сильно, и каждый третий шаг вызывает резкую боль, но я преодолеваю ее. Не имеет значения, больно это или нет. Все, что имеет значение, — это она. Она дрожит в моих руках, ее мышцы сводит судорога, и она стонет, поэтому я перехватываю ее, когда она извивается в моих объятиях.

Я не останавливаюсь. Я твердо намерен идти вперед, и это должно сработать. Пока я бегу, я изучаю туннель в поисках любого признака выхода. Он должен быть, иначе сисми здесь не было бы. Пока я бегу, свет тускнеет, пока я не оказываюсь в полной темноте. Мои глаза привыкают к инфракрасному спектру, пока я не вижу только очертания предметов. Крыша туннеля светлая, благодаря теплу солнца, прогревающего так глубоко под землей, и это дает мне достаточно света, чтобы видеть.

Мне кажется, что я бегу уже несколько часов. Здесь, внизу, невозможно измерить время. Шаг за шагом. Усталость бьет по моим мышцам, и каждый шаг требует всех усилий, которые я могу собрать, чтобы сделать это, но я продолжаю. Нет времени замедляться. Она стонет и дрожит все сильнее, пока я бегу. Каждый раз, когда она стонет, мой желудок сжимается в тугой узел. Я должен спасти ее.

Крыша туннеля становится ярче, и я чувствую теплый ветерок. Надежда расцветает, и я бегу с новой силой. Проходит совсем немного времени, прежде чем я вижу впереди свет. Когда я достигаю его, есть небольшой угол вверх и отверстие, которое находится в пределах моей досягаемости. Солнце все еще светит, так что ночь еще не наступила.

Туннель продолжается, но землия, которая его создала, поднялась здесь над землей, и путь вперед частично обрушился, представляя из себя груду щебня. Я мог бы выбраться отсюда, так как выход в пределах досягаемости, но обломки все усложняют. Я взбираюсь на зыбучий песок и камни и нахожу устойчивое место, чтобы встать. Присев на корточки с крепко прижатой к груди Джоли, я складываю крылья, собираю все свои силы и прыгаю. Я преодолеваю отверстие, расправляю крылья и машу ими, чтобы убедиться, что набираю достаточную высоту. Мои мышцы протестуют против напряжения, но я ловлю ветер. Я дрейфую, чтобы приземлиться у отверстия. Я уже миновал отверстие, когда часть хряща в моем левом крыле разрывается, и оно повисает бесполезной тряпкой.

Мы с Джоли падаем на землю. Я сворачиваюсь калачиком вокруг нее, принимая на себя основную тяжесть падения. Когда мы останавливаемся, я разворачиваюсь и убеждаюсь, что она не пострадала. Она выглядит ничуть не хуже. Мои бицепсы дрожат, когда я снова беру ее на руки, но я поднимаю ее, несмотря на усталость.

Медленно поворачиваясь по кругу, чтобы сориентироваться, я замечаю оазис. Там, на западе, есть ориентир, который я узнаю. Мы вышли немного дальше, чем я планировал, но это в направлении города, где находятся другие такие же, как она. Ближе к территории того, другого змая. Биджасс вспыхивает, когда я думаю о том, чтобы снова войти на его территорию. У нас нет выбора. Мне придется встретиться с ним лицом к лицу, и нам придется прийти к соглашению. Я сделаю это ради нее. Уверен, что он подчинится, когда поймет. Я должен найти способ сделать так, чтобы это произошло. Она того стоит.

Джоли тихо стонет, и я откладываю эти заботы на потом. Сейчас ей нужна вода. Я не могу бежать, потому что мое левое крыло бесполезно. Без него песок затягивает меня с каждым шагом. Из-за этого путешествие к оазису занимает вдвое больше времени, чем следовало бы, и я проклинаю каждый шаг. Солнце палит вовсю, но это единственное из препятствий. Дойдя до края оазиса, я останавливаюсь в тени самых дальних деревьев баобабаоба и укладываю Джоли. Я достаю свой лохабер и подхожу к оазису в оборонительной стойке.

Оазис привлекает всех хищников Тайсса. Одни обитают там, например, смертоносные растения квет, которые могут сожрать змая или любое другое существо, и приматы маджмуны, которые живут стаями на деревьях. Другие останавливаются, чтобы попить воды или поохотиться на маджмунов, такие как гастеры, которые едят все, что угодно.

Этот оазис большой, достаточно большой, чтобы я не мог видеть дальнюю сторону, а концы с обеих сторон находятся на расстоянии сотен ярдов. Когда я медленно приближаюсь, листва впереди шелестит, и я готовлюсь к атаке. Приближаюсь, лохабер наготове, шорох прекращается. Я жду в течении трех ударов сердца, чтобы увидеть, появится ли кто-нибудь. Никто не появляется, поэтому я подхожу ближе, пока не оказываюсь достаточно близко, чтобы раздвинуть листья своим лохабером.

На дальней стороне листьев крохотный квет, самое большее — саженец. Кветы вырастают в огромные цветы с длинными листьями, которые расходятся из красивой желтой сердцевины. В центре находится рот, а между листьями растут лозы, которые заманивают добычу в ловушку и втягивают ее внутрь. Листья острые по краям и имеют паралитический яд, который обездвиживает то, что квет захватывает. Этот достаточно большой, чтобы съесть грызунов или птицу. Но я не хочу ничем рисковать, поэтому подхожу достаточно близко и вонзаю ему лезвие в открытую пасть, вонзая свой лохабер в землю. Он визжит, вздрагивает и умирает.

Осматривая окрестности, я не нахожу других угроз, поэтому беру Джоли и переношу поближе. Я собираю опавшие ветки и листья, чтобы построить укрытие, которое защитит ее