Эрика: обернуть вспять (СИ) - Фэйт Ольга

Тут из дверей вышла женщина, укутанная в темный плащ, кажется коричневого цвета, стала приближаться к нам. Она позвала Алика по имени. Он откликнулся сразу и сквозь забрезживший расплывчатый воздух от открываемого портала, увидела, как он приобнял ее и поцеловал в губы, а потом посмотрел на меня. И с этим взглядом и еще более растерянным видом, я покидала мир Деитан.

Глава 8

Дымка, мрак окутали и рассеялись хоть немного от фонарей ночного города. Где я оказалась, сразу не поняла. Не мог же Алик забросить меня неведомо куда, в глухое место. Хотя появление мое сокрыто было глухой подворотней. Кирпичные стены высотных домов, мусорка и тупик с одной стороны. Не так все печально, но неприятно, что ночь. Лучше бы действительно подождала утра. Но кто же знал, что в том и другом мире, день и ночь совпадает — думала об этом в последнюю очередь. Где-то протяжно завыли собаки и облаяли прохожих. Ругань и страшный посыл в их строну. О, как это знакомо! Мой мир, мои запахи, речь, все так знакомо и в тоже время уже нет. Сейчас проблемы Деитана отошли на второй план. Сердце захватила новая волна — так давно меня здесь не было, и так давно никого не видела. И что же сейчас будет? Какая встреча? Вот так зайти и сказать: 'Здравствуй, мама, здравствуй, папа? Вот она ваша блудная дочь вернулась?' Представляю их реакцию и вижу уже реанимацию. Глаза защипало. Слезы навернулись. Пару раз шмыгнула носом, подобрала юбки и двинулась на свет. Это место мне становилось все больше знакомым и родным. Тротуар вдоль дороги заворачивал к подъездам и обходил скромные клумбы перед домами. Лавочки, на которых сейчас никто не сидел и свет в окнах. Остановилась на самом углу, забежав обратно в тень. Люди. Не стоит попадаться в таком виде. И на мою беду группа молодых людей решила укрыться в той же подворотни, что и я. Моя реакция не замедлила ждать, обернулась сойте и шмыгнула за баки. Что там говорил Алик? Магия исчезает из нас постепенно? Если резерв не пополнять, я стану совершенно пуста и можно забыть о второй сущности. Обо всем.

Как только они зашли между домами, высунула морду полюбопытствовать и встретила характерный возглас:

— О, черт! — Крикнул парень, что встретился с моими глазами и выронил сигарету.

Двое других быстро метнули в мою сторону взгляды, но ничего уже подозрительного не заметили, лишь посмеялись над пугливостью первого.

— Да я точно там кого-то видел! — Оправдывался он. — Глазища 'Во!', светятся в темноте! — Наглядно показал, поднеся руки к лицу.

Шутки повторились и смех.

— Собака это или кошка. — Предположил самый высокий и крепкий из них паренек.

— Собака? С такими глазами, как у филина? Вот выглянет сейчас посмотришь!

Они замолчали и напряженно уставились на баки. Их хватило на пару секунд.

— Что высматривать, пойдем и посмотрим.

— Спятил? А вдруг бешеная?

— Была бы бешеная кинулась давно.

Голоса приближались, украдкой с осторожностью. Ничего больше не нашла, как глухо предупредить их рычанием. Остановились и замерли.

— Вот черт!

— И я говорил. Только у собак таких глаз не бывает. Богом клянусь! Здоровые и голубые, как блюдца!

— Да иди ты! Обычная собака. — Самый храбрый плюнул в сторону и смело прошел за баки.

Вот я взъерепенилась! Испуганно конечно, но им-то не понять. Подалась назад, обнажила клыки, пошире открыла пасть, глаза сузила, уши прижала и шерсть дыбом подняла. Но что им особо видно из этого в темноте? Клыки, да когти! И хватило ведь! Летели с подворотни только пятки сверкали, а я продолжала рычать и следовать за ними до края, где начиналась полоска света. Крику было, шуму.

Во дворе больше никого не было. На их призывы о помощи никто не откликался, вскоре все стихло. Тенью шмыгнула к подъезду, перевоплотилась у самых дверей в себя, и набрала номер квартиры на домофоне. После недолгого сигнала ответил усталый женский голос:

— Да?

Опешила и помедлила. Мама, еще не легла спать, так непривычно слышать ее голос через столько времени, и вырвалось само собой:

— Мама… — Тихо, так, слабо.

— Что… — Голос на другом конце дрогнул.

И я поспешила ответить.

— Мам, я вернулась…

Мне долго не хотели открывать. Вернее, мама после моих слов упала в обморок, а папа, обнаруживший ее на полу, не понял причину падения жены. Лишь после того, как он положил трубку домофона на место, я смогла позвонить вновь.

— Да! — Голос отца был резок и подошел он не сразу.

Не хотелось бы повторений с мамой, и я решила пойти другим путем.

— Простите, вы не могли бы открыть. Я соседка ключи забыла…

Не успела договорить, дверь запищала и отворилась. Спокойно войдя внутрь, стала подниматься по лестнице вверх. В лифт заходить не имело смысла, здесь всего-то дойти до второго этажа. Постучалась привычным жестом. В глазке не скоро мелькнула тень, быстрый поворот ключа и дверь нараспашку.

Сказать, что папа был растерян и удивлен, ничего не сказать. Он не верил своим глазам! Но держался твердо и крепко на ногах. Мы сверлили друг друга глазами, пока я не сорвалась с места и не кинулась к нему в объятия:

— Папа!

Слезы градом полились по щекам, а теплая и крепкая рука обняла меня и тихий голос:

— Эрика? Где ты была?

Мы зашли внутрь и закрыли дверь. Что смущать соседей, своими разговорами, переживаниями и рыданиями. Знаем мы их любопытных. Особенно двух бабушек напротив, две сестры. Им всегда надо быть в курсе всего. Что я ответила папе? Банальнее и не придумаешь. Упала, удар, потеря памяти и вот чудо, я, наконец, все вспомнила и вернулась. Почему в таком виде? Люди такие творческие попались, что приютили меня. Их основная деятельность с театром была связана, вот помогала, подрабатывала. А когда мама очнулась, все повторила ей. Она так долго плакала, еле успокоилась. Легли спать под утро, все не могли наговориться и поверить своему счастью. Меня положили в прежней комнате. Слышала, как отец с матерью шушукались возле дверей и все поглядывали в комнату, не пропаду ли я ненароком снова. Да куда я от них теперь денусь! Если пропадать, так всем вместе!

Из дома меня не выпускали, правда, уговаривали постоянно сводить к врачу, проверить го-лову и на другие повреждения. Вдруг приступ амнезии повторится невзначай. Всю душу мне изрыли, особенно мама. Как не клялась, что со мной теперь все в порядке, бесполезно! Пошли. Ой, зря! Чего опасались, судя по моим рассказам, не подтвердилось, то есть я здоровая в этом плане. А вот странные изменения в организме, некие не свойственные человеку примеси (строение клеток, состав крови и так далее, много чего для меня не понятного) подтвердилось. Жутко сделалось. Смотрели на меня как на мутанта, передумали все. Вдруг что попало в кровь, заражение и так далее. Собирались перепроверить. Идти, конечно, не хотелось. Их опасения были мне понятны, как и почему я не совсем сдаю те анализы. Потенциал, потенциалом, а для его проявления каждому человеку, заключенному в закрытом мире, нужен все же толчок, что бы измениться как я. Это магия. Эх, если бы такое стало возможным, мы бы все тут стали мутантами в некотором роде. Стало смешно. Люди не подозревают, что на самом деле не вполне нормальные и обычные. А может, я ошибаюсь.

За то время, что пребывала в родном мире, успела многое передумать. И, конечно же, часто вспоминала и прокручивала то, что со мной произошло. Смирялась с тем, что никогда больше туда не попаду. Старалась забыть и не мусолить эту тему. Мифическими герои моего приключения не стали и все еще продолжали перед глазами представать как живые. Злилась почти на каждого. И на Алика в том числе. У него теперь другая. Я все понимала, но в душе сверлил червячок. Пропал, исчез и нашел другую. И кто в этом виноват? Мортер и все, все, все… Интересно, что они там сейчас все делают? Ищут ли меня? Поймут ли, что меня давно нет в их мире? Придут ли за мной? Ну, вот опять! Неужели мне так хочется, что бы кто-нибудь за мной пришел? Но кто? Кого я хочу видеть после всего? Овира? Не знаю, что и думать уже о нем. Я вообще поняла, что в моей душе полный раздрай, неуравновешенность и не стабильность. То хочу всех видеть, но глаза бы мои их не видели, сама не знаю, чего хочу! То плачу, то смеюсь, ругаюсь, на чем свет стоит и вновь тянет туда — в мир магии, где я могу быть всегда собой, такой, какой стала. И я вдруг поняла, что на самом деле мне помогли, меня освободили, помогли стать той, кем я на самом деле являлась! Оборотнем. А уж, каким именно это как повезет. И мне повезло — я полюбила свою сущность, себя такой. Но теперь перевоплощаться так часто не могла. Мне бы вообще этого не делать, но слишком искушение высоко. Камень, что остался у меня помогал в накоплении силы отчасти. Мне почему-то так казалось, что от него толк был. Маленький, но был.