Джессика Ширвингтон - Объятья

     - Я не Грегори, - выпалила я. - Я просто владею сутью. Тебе нужно уходить. Сейчас. - Я ответила на его взгляд. Он опустил глаза на мой альбом в его руке, и затем медленно поднял его, чтобы отдать мне. Я сделала напряженный шаг в его сторону, и как только я его сделала, реальнотсь казалось содрогнулась вокруг меня. Я услышала хлопанье крыльев и шелест листьев. Все было таким мирным, жестоким и жутким одновременно. Более того, я услышала удары своего сердца, словно я слушала его через стетоскоп. Я сократила расстояние между нами и взглянула на него. Его глаза, настолько карие, что казались черными, впились в мои и я утонула в его глазах. Я увидела вспышку печали. Она растеклась по моему телу, обволакивая печалью и меня. Мое сердце откликнулось болью о нем, словно оно было моим собственным. Моя рука взметнулась к его груди, когда я познала всю глубину его страданий и с трудом проглотила комок в горле. Затем это выражение исчезло из его глаз и уступило место чему-то еще. Желанию...? Оно смело печаль с беспощадной силой. Оно ощущалось словно мое собственное, мое желание.... его. Я наклонилась к нему и схватилась за край альбома. Посредством связи, я уловила гудение энергии. Затем, каким-то образом, оно стало тише. Он медленно притянул альбом к себе, давая мне время сделать выбор, чтобы я убрала руку. Часть меня хотела этого, знала, что я должна. Но я не убрала. Это была связь, которую я не могла объяснить. Когда мы оказались всего лишь в дюймах друг от друга, он протянул другую руку и опустил ее мне на ключицу. Я сделал глубокий вдох. Это ощущалось, словно он прикоснулся к тому самому месту, которое могло затронуть меня всю целиком. Это казалось более интимным, чем он когда-либо мог сделать. Гул, мерцающий на моей коже, был подобен маленьким молниям, но не был болезненным. Даже и близко. Я знала, что ему ничего не стоило поднять руку и стиснуть ее. Я была уверена, что у него хватило бы сил свернуть мне шею, но он не стал. Он шагнул ко мне, чтобы поцеловать меня. Я перестала дышать. Пока его губы не оказались на расстоянии вдоха от моих, он остановился, сделал глубокий вдох и прошептал:

      - Ты пахнешь яблоком, Это так... - Его губы были так близко от моих, что с каждым словом, я могла ощутить вибрацию его голоса и тепло его дыхания...оно пахло ванилью.

   Я стояла, замерев, ожидая. Его рука медленно скользнула вверх по моей ключице к щеке. Я почувствовала как отреагировало мое тело и это не помогало мне. Он снова прошептал:

      - Я не сделаю этого сейчас, Вайолет. ТЫ будешь той, кто поцелует меня. - Он отступил и улыбнулся, словно знал какое сильное он оказал влияние на меня. - Когда ты захочешь этого больше всего.

   Слабость в ногах ощущалась настолько, что я не была уверена, как я могла до сих пор находится в вертикальном состоянии. Он медленно выпустил из рук дневник и отошел, расчищая мой путь к двери широким взмахом руки.

    - Извини, что я пришел к тебе домой без приглашения. Я оставлю тебя в.., - он одарил меня полуулыбкой, - ..покое.

    Он открыл дверь, ведущую на лестничный пролет.

     - Здесь есть лифт, - произнесла я на автопилоте.

     - Слишком медленно. - Он улыбнулся и добавил, - Ты не такая, как остальные, Вайолет. Ты излучаешь силу. Если ты будешь скрываться от нее, это только причинит тебе боль.

     - Они сказали, что это мой выбор, - быстро ответила я.

     - Ну конечно. Но выбор и обстоятельство не тоже самое для каждого. Я подозреваю, что твою силу будет не так то легко проигнорировать. Ангел, который может наделить такой сильной сутью, должен быть уверен, что ты примешь это. Всего хорошего, Вайолет...пока что. - А затем он исчез.

   Я стояла, не двигаясь. Он собирался поцеловать меня. А я собиралась позволить ему! Что со мной происходило? Те первые мысли проникли в мою голову, и они обернулись камушками, которые предшествовали лавине. В этот день, на этой неделе, моя жизнь ревела в моей голове и разрывала мое сердце. Мысли, которые я пыталась игнорировать, прорвались сквозь мою ослабленную оборону. Хотела бы я вернуть назад свою жизнь такой, какой я ее знала прежде? Использовал ли меня Линкольн? Или, что было еще хуже, .... использовала ли меня моя мать? Я упала на колени. Я не могла дышать. Когда мое зрение начало затуманиваться, я услышала как открылась дверь. У меня не хватило времени, чтобы поднять взгляд прежде чем....все обратилось в ничто.

Глава 13

«Каждая видимая вещь в этом мире взята под ответственность Ангела» 

Святой Августин.

Что-то холодное и влажное душило меня. Я ахнула от шока, открывая глаза навстречу облачному туману. Кто-то пытался меня убить. Я заметила фигуру, все еще расплывающуюуся, которая нависала надо мной. Мне нужно было освободиться и я повела себя поддавшись импульсу. Движением, которое было комбинацией самозащиты и кикбоксинга, я согнула руку и взмахнула ею, чтобы ударить моего противника в лицо локтем. Я не могла ясно видеть, но ощутила взаимодействие. Это не была моей самой лучшей попыткой, но этого было достаточно, чтобы выиграть несколько секунд дабы занять в лучшее защитное полощение. Я поднялась на руки и коленки, отползая так быстро как только могла.

Он кричал на меня, идя прямо за мной. Казалось, он был в бешенстве. Я почувствовала, как он приблизился. Я оглянулась через плечо и мое зрение прояснилось. Звуки превратились в слова.

- Вайолет, Вайолет, перестань! Это я!

Гостинная начала вращаться.

- Пап? – произнесла я, все еще ощущая головокружение.

- Да! – воскликнул он, потирая лицо.

- Что ты тут делаешь? – спросила я, ужасно смущенная.

- У нас сегодня в компании дурацкий день игры в гольф... я только зашел чтобы переодеться. Проклятье, Вайолет. – Он открыл морозилку и достал упаковку гороха. – Тебе придется ослабить свои боевые искусства. У меня будет синяк.

Он выглядел так, будто хотел высказать намного больше, но остановил себя. Я была несказанно рада. У меня не было для него ответов. Даже ничего, в чем бы я хотела признаться. Мне не хотелось демонстрировать Отцу свою придурковатость.

   Взять себя в руки заняло какео-то время. Душ и смена одежды помогла вернуть малую долю нормальности в мой мир. Я оделась в удобные джинсы на пару с майкой с длинными рукавами, чтобы прикрыть свои руки. Будучи окруженной вещами, которые принадлежали мне – мой выбор, мои вкусы – еще никогда не казалось мне таким важным.