Хомячок в наследство (СИ) - Цыбанова Надежда

В этот момент я почувствовала, как твердая мужская ладонь прошлась по моим волосам. Раз, другой. Просто отличная ситуация: сидят двое в кустах, и глядят друг друга, чтобы не убить третьего.

— Иви порядочная ведьма, — вступился за мою честь староста. — Знаете, сколько раз ее местные парни погулять звали? To в лес, то на реку. Ни с кем не ходила. — Ага, после первого же предложения изучить изнутри сеновал я пообещала всем желающим скорбную и печальную мужскую жизнь. — Тем более, что она с магом живет. Или ваш племянник человек непорядочный?

Мы аж поразились изворотливости Пахома. Не зря он такую ответственную должность занимает который год подряд. Или это его жена Мидея с половником так развила в нем умение лавировать?

— Конечно, порядочный, — возмутился за родовую честь Паркс, — и у него уже есть невеста. Подходящая.

— Я вас решительно не понимаю, — староста потряс бородой. — О чем, собственно, тогда переживания?

— Молодости свойственны порывы, — недовольно изрек мудрость «особист». — Не хотелось бы, чтобы Кристоф перечеркнул свое будущее один неосторожным поступком.

— Я все же предлагаю вам для начала переговорить с магом лично, — дипломатично заметил Пахом.

Так от него ничего и не добился Тиврелий Паркс. Пришлось мужчине сворачивать разговор на нейтральные темы, и интересоваться, не обижают ли вверенные старосте земли разбойный люд и волки, хорошо ли чувствуют себя несушки, и обилен ли урожай капусты в этом году. Так за беседой они неспешным шагом и двинулись в сторону Бздыжников.

— Вот что-то подобное я и предполагал, — зло проворчал Кристоф, выбираясь из лещины. — Все мама никак не успокоится. Отцу-то хорошо, он далеко, а вот дяде она мозг регулярно откушивает.

— А вы не пробовали кормить ее чем-то посытнее? — насмешливо поинтересовался Зяма. — Глядишь, перестала бы отведывать столь сомнительные деликатесы.

Я тоже не удержалась от хорошего совета:

— А не проще заявить родителям, что ты уже взрослый и вполне вправе самостоятельно принимать решения?

На меня взглянули грустным глазами с толикой умиления:

— А чем, по-твоему, я занимаюсь, стоит переступить порог дома? Только кто бы меня слушал. Ладно, мы вроде шли решать очередную архиважную проблему замечательных людей, проживающих в Бздыжниках?

— Точно! — я хлопнула себя по лбу, заодно и хладнокровно расправилась с комаром. — Серендил!

 Мальчишка прибежал от него с просьбой срочно явиться на луг, где пасутся коровы. Я поспешила спасать животину, маг же просто увязался со мной следом. Интересный разговор хоть и задержал нас, но с пути не сбил.

Вместе с коровами ожидаемо присутствовал на выпасе и Сигизмунд. На мое счастье, бык был поглощен свежей травкой, и охотно демонстрировал нам свой откормленный зад. Я на всякий случай спряталась за блондинчиком.

— Ты чего? — удивился Кристоф.

— Ничего, — шикнула я на мага. — Иди. Вон к тому мужику, который под деревом разлегся.

Но фамильяр сдал меня. Собственную ведьму! Какой кошмар.

— Иви с быком не дружит. Мы последний раз от него так драпали, что меня чуть всего не растрясло.

Плечи блондинчика подозрительно дернулись.

— Только посмей засмеяться, — я ткнула пальцем ему между лопаток. — Это действительно ненормальный бык!

— А я что? — невинным тоном отозвался маг. — Я ничего. Бык, да, это серьезно. Не то, чтобы я недооценивал масштаб трагедии, но позволь напомнить — ты ведьма. В твоих силах договориться с любым животным.

— А ты маг, и должен защищать, — недовольно проворчала я, вжимаясь в свое укрытие. — И Сигизмунд не животное, а самая настоящая скотина.

Нас явно ждали с нетерпением. Об этом свидетельствовало расстеленное расшитое цветочками полотенце, на котором красовались пузатая бутыль и нехитрая закусь. Рядом в теньке расположилось тело, и чуть слышно похрапывало.

— Он опять за свое? — искреннее возмутился Зяма. — Клизму ему! Два штуки! На завтрак и ужин!

Соломенная широкополая шляпа, скрывающее лицо еще не познавшего радости экстренного лечения Серендила, приподнялась.

— Вы пришли! — обрадовалось он. — Я вас ждал-ждал. Уже отчаяться успел.

— Основательно так, смотрю, отчаялся, — фамильяр сердито запыхтел. — Аж уснуть умудрился. Торопились, как могли.

— Иви, — знахарь по животным радостно сунул мне под нос кружку. Оттуда пахнуло брагой так, что из глаз брызнули слезы. — Сделай что-нибудь!

Пока я протирала глаза и училась заново дышать полной грудью, Кристоф отобрал кружку у мужчины и аккуратно понюхал.

— Самогон, — он задумчивым взглядом изучил нутро тары, но пробовать не рискнул. — Обычный, вроде.

— Ничего подобного, — возмутился Серендил. — На шишках настоянный. Так еще мой дед делал.

— Счастлив за него, — сухо бросил Зяма, пока блондинчик возвращал собственность местному знахарю по животным. — И лишь ради этой информации вы вытащили нас сюда?

— Простите, но тебя, маг, я не звал, — мужчина крайне раздраженно захрустел перьями лука. — Мне ведьма была нужна.

Я опасливо покосилась на быка, но он продолжал предаваться трапезе, не обращая внимания на гостей.

— Ну, вот она я. Чего случилось-то?

— Пить не могу, — со вздохом поделился наболевшим Серендил. — Точнее, стоит глоток сделать, как появляется она! Белка!

— У-у, — протянул Зяма, пока я судорожно пыталась откашляться, — допился, голубчик. Белка — это серьезно.

— Конечно, — охотно закивал местный запойник, — она большая. И страшная. Кривая вся.

Кристоф подозрительно скосил глаза на меня. Вид невинный и придурковатый мной был хорошо разучен еще в Ведической Академии. Но маг в ответ как-то странно нахмурился и вздохнул.

Зяма тихонько забормотал мне на ухо:

— Кажись, выплеск силы подложил нашему запойнику свинью, то есть белку. Ты усиленно хотела его вылечить, и у тебя получилось. Поздравляю.

Но Серендила наши перешептывания не волновали, он с несчастным видом, но зажмуренными глазами обнимал, как родную, бутылку.

— Меня определенно прокляли! — не выдержал он и отшвырнул драгоценность, но очень аккуратно. — Сними его!

Ну что тут скажешь — угадал. Впервые выставленный самостоятельно диагноз совпал с действительностью. Вполне можно это назвать проклятием.

— Увы, — я развела руками, — оно настолько прочно вросло в ауру, что стало единым целым с ней. Отделить невозможно.

— Но, — мужчина подошел к опасной грани, за которой его поджидал сердечный приступ. — Как же…

Маг на меня уже смотрел с укором. Мол, довела человека, ведьма злокозненная. И я бы ему ответила, ух, как ответила, но из кустов на нас выпрыгнуло нечто. Мне потребовалась пара минут, чтобы опознать в этом Ронику. Девочка зачем-то извазюкала лицо зеленой травой, а из ее косичек, на манер рогов, торчали ветки.

 — Он мой! — на меня налетел маленький ураганчик, молотя кулачками.

Я попятилась. Попа ощутила что-то странное и твердое. Сбоку появилась рука Кристофа и уверенно сцапала разбойницу за ворот рубахи. Девочка обвисла, словно провинившийся котенок.

Серендил икнул и принялся складывать свои пожитки в корзину, то и дело бросая настороженные взгляды на нас.

— И как это понимать? — грозно спросил маг.

— Но ты мой, — растерянно заявила Роника. — Принц. А ведьма себе другого найдет.

— Вот еще глупости, — фыркнул Зяма. Кристоф поставил ребенка на ноги. — Принцев у нас аж три штуки. Двое женаты, один в колыбели. Иви ни один из них точно не нужен.

И так уверенно он это заявил, что мне осталось лишь скромно кивнуть.

— А как же маг? — озадаченно нахмурилась девочка. — Ты меня спас.

— Это был мой долг, — в меру с пафосом отчитался блондинчик. — Будь на твоем месте хоть он, — палец указал на икнувшего от оказанной части Серендила, — я бы все равно отправился на помощь. И опять же, нельзя сказать, что спасение полностью моя заслуга, без магии ведьмы тебя бы так быстро точно не нашли.

Губы у Роники подозрительно задрожали. Разбитые мечты — это всегда больно. Вот не надо было магу принимать у ребенка венок!