Пять желаний Софии (СИ) - Фаолини Наташа

- Госпожа! – девушка быстро поклонилась, старательно придерживая оба букета. – Это для вас.

- У тебя очень странный график работы, Сорина, - попыталась я усыпить её бдительность. – То не появляешься днями, то приходишь, когда пожелаешь, – я замолчала, ожидая ей слов.

- Виновата, госпожа.

- Ты должна приходить тогда, когда это надо мне, а не тебе, или когда обстоятельства вынуждают. Разве это так сложно?

- Нет, госпожа. Исправлюсь, госпожа.

- Что за цветы?

- Попросили вам передать. Там внутри должны быть послания. Я не смотрела.

Я была более чем уверена, что смотрела, но не стала это озвучивать. Мы вошли в комнату, и Сорина, положив цветы на стол, отправилась искать вазы для них. Я внимательно за ней проследила: она даже ухом не повела в сторону кошки, спящей на кровати.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​

В первом букете из белоснежных цветов, похожих на лилии, спрятанная открытка гласила: «Чудесной девушке с надеждой на дальнейшее приятное общение. Оливер».

Оливер! Кровь бросилась к лицу. Какой он милый! Что бы ни значила его записка, эти цветы все равно являются приятным знаком внимания.

Я запустила пальцы в другой букет – из пышных бордовых роз – и выудила оттуда крохотную записку, на которой значилось: «Ты – заноза в заднице, но ты мне нравишься».

35

Я решила подождать, пока вернется Сорина, и все-таки выспросить у нее, кто передал для меня букет роз. Если с лилиями было все понятно, то насчет второго букета я сомневалась. Фразочка сильно походила на те, что пользовал Пауль, но поверить в то, что он мог прислать мне цветы? Увольте.

Пока не было моей своевольной служанки, я присела на кровать рядом с Нефертити и погладила по шерстке. Кошечка сонно мурлыкнула и подняла на меня заспанные глаза.

- Сейчас придет Сорина, - прошептала я. Нефертити внимательно смотрела на меня. – Будь осторожна. Я выяснила немного о том, что могло с тобой случиться. Если в твоих силах мне что-то подсказать – постарайся это сделать. У меня есть идея насчет того, как тебя освободить, но я не представляю, как эту идею воплотить в жизнь.

Меня, наверное, никто в жизни так внимательно не слушал, а когда я договорила, кошка сладко потянулась и спрыгнула на пол, спрятавшись под кроватью.

Умная девочка.

Вернулась Сорина, держа в руках две вазы, и с таким выражением самоотверженности на лице, словно сходила за ними в подземный мир, не меньше.

- Спасибо, - сдержанно поблагодарила я помощницу. – Признайся мне, Сорина: кто же отправил букет роз? Мне дьявольски интересно.

- Я сама не знаю, - пожала плечами она. – Мне оба букета передали через третьи руки, так как знали, что я на вас работаю. Что-то в нём вас расстроило? – тут же проявила любопытство девушка.

Я не была настроена с ней секретничать, потому как она и так таила в себе слишком много недосказанного.

- Нет, все хорошо… Сорина? – я вдруг подумала, что такая ищейка, как она, должна знать многое об этом дворце. – А ты не знаешь, есть ли здесь что-то вроде ванной комнаты для особенных гостей? Мне не помешало бы расслабиться, а здесь нет ванной, только душ…

- Да, я знаю такое место, - удивила меня помощница. – Я расскажу вам, как туда добраться, только если вы пообещаете, что никому не скажете, что это я вам рассказала, как туда дойти.

- Я даю тебе слово, Сорина. Никто не узнает. От меня – точно.

По её словам, такое помещение существовало, даже не очень далеко от крыла, где располагались мои покои. Это было что-то вроде маленького бассейна или огромной джакузи, встроенной в пол.

Кроме самой ванной, там были десятки разнообразных пен, гелей, волшебных мерцающих порошков и вообще всего, чего девичья душа могла бы пожелать. И самым главным плюсом было то, что там почти никогда никого не было, так как про эту ванную комнату знали лишь немногочисленные важные гости.

Я удержала вопрос, как же Сорина о ней узнала, но принялась выпытывать, как же туда добраться. Никаких сложностей возникнуть не должно было, хоть ванная и была спрятана от посторонних глаз.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Когда я собрала банные принадлежности, то поняла, что Сорина никуда из комнаты уходить не собирается. Пока я искала полотенце, моя помощница создала бурную видимость уборки: стала смахивать пыль с поверхностей, поправила покрывало на кровати.

- Я уже ухожу, - намекнула я.

- Да, госпожа, - она ослепительно улыбнулась. – Я тут приберусь, пока вас не будет. Не волнуйтесь, я закрою двери. Никто посторонний не войдет.

Ты и есть посторонняя, блин! Я смотрела на неё, ясно понимая, что она искала лишний повод остаться одной в комнате и без свидетелей расправиться с Нефертити.

- Нет, Сорина, - медленно ответила я ей. – Я пошлю за тобой, когда вернусь. Сейчас же будь добра… - я ступила шаг в сторону, давая понять, что выход свободен. – Мне важно знать, что моя комната – моя крепость, и здесь никого нет, пока я отсутствую.

Сорине пришлось положить тряпку и покориться. Мы вышли из комнаты, я надежно заперла дверь на ключ, и мы с ней, распрощавшись, разошлись в разные стороны коридора.

Я поднялась на несколько этажей и скользнула в неприметную нишу, загражденную резной тумбой, и повернула светильник на стене, как и говорила Сорина. Часть стены подвинулась, и я увидела узкий освещенный коридор.

Он привел меня в помещение, которое, как и говорила моя помощница, отделяло ванную комнату от коридора. Я положила свои скромные пожитки на лавку и разделась до белья, после чего задумалась. Купальника здесь у меня, естественно, не было. Нежиться в ванной в узком нижнем платье совсем не хотелось, потому я разделась полностью и скользнула в ванную, предварительно заглянув туда и проверив, чтобы там случайно никого не оказалось.

К моей радости, помещение пустовало. Через несколько метров от двери начинались ступеньки, по которым вполне удобно было спуститься в весьма крупных размеров ванную. На её бортиках там и сям располагались краны, точь в точь как земные, но я не стала развивать эту мысль сейчас. Подумаю о них как-нибудь в другой раз.

Я открыла все краны одновременно, и горячий пар достаточно быстро нагрел помещение, в котором я успела озябнуть. Стоящий у стены шкаф охотно поделился со мной своим содержимым: там я отыскала баночки с пенками и коробки с разноцветными порошками. Я налила в ванную пены столько, что вода перестала проглядываться совсем. Нос защипало от сладкого цветочного запаха, но он мне нравился. Дальше в дело пошли порошки: они разукрасили лежащую на воде пену, превратив её в разноцветные облака. Малиновые, бирюзовые, ядовито-салатовые… Уже не терпелось запрыгнуть в горячую воду, потому я спрятала порошки обратно на полки и осторожно спустилась в бассейн.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​

Теплое ощущение полнейшего умиротворения тут же захватило мое сознание. Воды доставало как раз по грудь, так что я могла не бояться утонуть, хотя могла бы, если бы сильно постаралась.

И, конечно же, именно в этот момент я услышала чью-то возню в раздевалке.

36

Сказать, что я испугалась, это ничего не сказать.

- Здесь занято! – выкрикнула первое, что пришло в голову.

Возня на мгновение прекратилась, и из-за двери показалась чья-то голова. Это оказался тот длинноволосый парень, которого я повстречала несколько дней назад в коридоре. Замешательство от его присутствия тут заставило меня замереть на какие-то доли секунды, после чего я присела в воду ещё ниже. Пена уже почти доставала мне до подбородка и надежно скрывала все, что находилось ниже. Как хорошо, что я столько пены налила в бассейн!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Прошу прощения, - холодно ответил он, безо всякого стеснения входя в ванную. – Обычно здесь никого нет. Я довольно часто провожу тут время, и вас вижу здесь в первый раз.

Некоторая комичность и нелепость ситуации сполна отразились на моем умении нормально выражать мысли. Неужели он не видит, в каком неловком положении я оказалась? Одно неосторожное движение, и на его обозрении окажутся все мои прелести. Немногочисленные, конечно… Но все же.