Неслучайные связи (СИ) - Морозова Мария

Пока ходила в магазин и готовила обед, все думала о преступнике. Я даже не помню фамилии майора, с которым вчера общалась. Мне должны прислать повестку для дачи показаний? Или не должны? Или их присылают только преступникам? Я ведь им свой паспорт вчера не показала. Как бы узнать? Не Костровскому же звонить.

Делать мне это и вправду не пришлось. Он сам мне позвонил. Прямо в дверь, которую я неосторожно открыла, даже не посмотрев в глазок.

— Привет, — поздоровался мужчина, — впустишь?

— Ну только если за тобой не примчится ревнивая девица, которая захочет повыдирать мне все волосы, — немного нервно рассмеялась я, смущаясь под пристальным взглядом зеленых глаз.

И угораздило же открыть дверь в одном халате. А Костровский смотрит так оценивающе, по-мужски.

— Не примчится, — поморщился тот, — не переживай об этом.

— Ну ладно, заходи, — посторонилась я. — Иди на кухню. Мне нужно переодеться.

Торопливо бросилась в комнату, чтобы натянуть первые попавшиеся джинсы и футболку, и с большим трудом удержала себя о того, чтобы не повертеться перед зеркалом. Не хватало еще для Костровского прихорашиваться.

Когда я вернулась на кухню, Кирилл сидел на стуле, а на его коленях развалился блаженствующий Пельмень, оглашающий кухню громким мурлыканьем. Мне даже стало немного обидно. Кот у меня был с характером, чужих на дух не переносил и всегда прятался за диван, когда кто-то приходил. А тут прямо расплылся перед мужчиной. И как тот умудрился его приманить?

— Твой кот любит ласку, — он правильно оценил мой ревнивый взгляд.

— Кто ж ее не любит, — проворчала я. — Но не от каждого кот готов ее принять.

— Возможно он просто чувствует хорошего человека, — лукаво улыбнулся Костровский.

— О, не обольщайся, — прищурилась ехидно. — Это он исключительно из вредности.

— Из вредности? — недоуменно поднял бровь мой гость.

Вместо ответа я просто показала пальцем на короткую белую шерсть, усыпающую сейчас чёрные джинсы мужчины. Август был жаркий, Пельмень активно линял.

— Какое коварное животное, — беззлобно усмехнулся Костровский, почёсывая кота за ухом, от чего тот заурчал ещё громче.

Глядя на эту идиллию, я только вздохнула и полезла в шкаф за чашками.

— Наверное, мне стоит перед тобой извиниться, — сказал Кирилл, когда я поставила перед ним горячий мятный чай и тарелку с пирогом. — Зная Каролину, почти уверен, что она устроила тебе безобразный базарный скандал.

— Не стоит, — поморщилась я, со странным раздражением вспоминая сегодняшнее утро. — Скандала почти и не было. Я не стала там надолго задерживаться и злить твою невесту.

— Она мне не невеста, — скривился мужчина, а когда я недоверчиво хмыкнула, решил объяснить: — Когда мы были ещё детьми, наши родители решили, что будет очень неплохо, если повзрослев, мы поженимся и объединим две семьи. Поэтому Каролина росла с мыслью, что я буду принадлежать ей. И хотя я давно дал ей понять, что так никогда не будет, она все равно иногда предъявляет свои претензии.

— Средневековье какое-то, — фыркнула я неодобрительно.

— Ну не совсем, — уголками губ улыбнулся Кирилл. — Всё же, несмотря на планы родителей и их влияние на меня, я не сопливый мальчишка, который безропотно будет делать все, что скажут.

— То есть жениться ты на ней не собираешься?

— Нет. И она это знает. Я никогда ей ничего не обещал и не переходил границы допустимого.

— Неужели ждёшь настоящую любовь?

— Я не настолько наивен, чтобы верить в любовь с первого взгляда и сразу до гроба, — покачал головой Кирилл, — Но, когда создам семью, хочу, чтобы по вечерам меня дома ждала понимающая и предания женщина, а не избалованная истеричка, способная только тянуть деньги и нервы. Пусть не любовь, но уважение и доверие в паре необходимы.

— Справедливо, — медленно кивнула, немного озадаченная такой серьёзностью.

— Рад, что ты понимаешь.

— Не знаю только, зачем ты мне это рассказываешь, — выпалила я, смутившись под странно пристальным взглядом зелёных глаз.

— Я и сам не знаю… — последовал чуть слышный ответ.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Мы замолчали, глядя кто куда. Было слышно только бульканье воды в трубах, крики детей на улице и мурчание довольного кота.

— Ладно, — вздохнул Костровский, разбивая неловкую тишину, — я ведь не только поэтому пришёл.

— А почему ещё? — спросила, каким-то шестым чувством ощутив, что озвученное мне не понравится.

— Скажи, Агния, — медленно начал Кирилл, — какова вероятность того, что вчерашний преступник видел твои волосы?

— Волосы? — моргнула я — Причём здесь это?

— Ну ты же не глупая. Подумай.

— Подожди… — в голове моментально встала картинка с неудавшейся жертвой. — Рыжие волосы? Я читала в газете, что в городе объявился маньяк, убивающий рыжеволосых. Ты думаешь, это был он?

— Уверен.

— Но, — растерялась я, — в газетах же ничего не писали про эти символы, про нож…

— Журналистов контролируют, чтобы они не раздували лишнюю панику.

— Журналистов? Неужели их можно удержать от публикации очередной сенсации?

— Есть способы, — спокойно пожал плечами Кирилл. — Но я знаю точно, что все эти убийства — дело рук одного и того же человека. И мне очень не нравится, что он вчера мог тебя заметить.

— Ты поэтому повёз меня к себе? — закусил я губу.

— Да. Убийца не просто псих, он хладнокровная и расчетливая сволочь. И ему вполне хватило бы наглости проследить за тобой вчера.

— Костровский, — пробормотала я ошарашенно, — Ты же бизнесмен, а не полицейский. Откуда ты все это знаешь вообще?

— Связи, — туманно пояснил мужчина. — Ты так и не ответила на мой вопрос.

— Вопрос? А, волосы. Не знаю, не мог увидеть, наверное. Я в капюшоне была. Но… не знаю.

— Плохо. Если ты для него не только случайный свидетель, но и перспективная жертва…

— Не нагнетай, — улыбнувшись через силу, попросила я. — Мне кажется, что он удрал сразу же, как только меня увидел. И не знает, кто я и где живу.

Несмотря на оптимистичные заявления, стало жутко. Хоть Кирилл и утверждал, что маньяк не сумасшедший, я была уверена, что у того не все в порядке с головой. А значит, от него можно было ожидать вообще чего угодно.

Мужчина осторожно спустил с коленей кота и поднялся. Подошел к окну, оперся на подоконник, осматривая двор, будто надеялся прямо сейчас увидеть там убийцу.

— И все же тебе нужно быть осторожнее, — тихо сказал он.

— Да, ладно, — криво улыбнулась я. — Боишься, что маньяк меня прикончит, и пироговую придется выцарапывать у наследников? Если хочешь, могу упомянуть тебя в завещании.

Мужчина резко развернулся и схватил меня за плечи, яростно сверкая своими невозможными зелеными глазами.

— Агния, это не шутки, — прошипел он. — Этот мерзавец уже убил троих женщин и чуть не убил четвертую. Его фетиш на рыжеволосых подтвердился, и у нас пока нет ни одной зацепки, чтобы хотя бы определить круг поисков.

— Прости, — мне стало стыдно, — я просто тоже нервничаю, вот и несу всякую чушь. Я понимаю всю серьезность и буду осторожна, обещаю.

— Вот и умница, — выдохнул Кирилл.

— Я даже не поблагодарила тебя за вчерашнее, — тихо продолжила я, — а ты приехал и помог, несмотря на то, что мы конкуренты.

— Вчера ты была не конкурентом, а женщиной, попавшей в беду, — спокойно пожал плечами мужчина. — Я не мог просто так от этого отмахнуться.

— Спасибо, — по моим губам скользнула самая искренняя улыбка.

— Да и пироговая твоя… — он взъерошил и так растрепанные русые волосы. — Сейчас у нас есть проблема посерьезнее.

— Да, — вздохнула я, не обратив внимание на это странное «у нас». — Кстати, как та девушка, не знаешь?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— С ней все будет в порядке, — ответил мужчина, с неохотой отстраняясь. — Ее травмы не опасны для жизни, а охраной теперь займется полиция, на всякий случай.

— А я ведь даже не узнала, как ее зовут.

— Ее зовут Кристина, — чуть улыбнулся Кирилл, — ей семнадцать, и она поступила на первый курс мединститута. Девушка тебе очень благодарна, не сомневайся.