Отбор не приговор (СИ) - Самсонова Наталья

Последние слова эльфийка произнесла так, как будто они не шли из ее горла.

— Вы можете пойти и выбрать себе плод поющего древа, — таким же мертвым голосом договорила белая леди.

— Леди Глейрио, — Лотанари поклонилась, — есть легенда, у людей, что от такого дара можно отказаться и попросить взамен нечто иное, более нужное, но менее ценное.

У белой леди дернулась бровь. Она посмотрела на бело-голубые цветки кустика, который как будто весь распушился, стремясь занять как можно больше места. Потом перевела взгляд на принцессу, потом опять на куст и вновь на принцессу. Эльфийка о чем-то напряженно думала и никак не могла принять решение.

«Может, она боится, что я потребую нечто исторически или магически ценное?», догадалась Лотанари и поспешила пояснить:

— Я совсем не хочу материального подарка. У меня нет никаких коварных планов касательно эльфхиирских артефактов или чего-то в этом роде.

Леди Глейрио прерывисто вздохнула и коротко вымолвила:

— Этим правом давно никто не пользовался. Хочу сказать, что вы не можете пожелать себе победы в отборе.

— И в мыслях не было, — отшатнулась Лота и даже рукой махнула, будто отгоняя от себя победу.

По лицу Повелителя скользнула тень. Он обиделся? Или это просто синеватые тени сыграли с воображением Лотанари дурную шутку.

— Так чего же вы хотите, дева Шан Нейрин? — заговорил Эйлог. — Я слушаю.

«Вдох-выдох, главное — успокоиться», приказала себе Лота. Об этой традиции она вспомнила буквально только что и совсем не продумала свою речь. Мысли в голове метались как бешеные оршери и ни одна из них не подходила для озвучивания! Но и молчать дальше было решительно невозможно. А потому, выдохнув, Лотанари ухватила за хвост самую приличную мысль и максимально спокойно произнесла:

— Повелитель, я прошу высочайшего позволения носить вашу мужскую одежду. Всегда.

По лицу милорда Ллиноса скользнула тень и он, слегка охрипшим голосом уточнил:

— Мою одежду?

Залившись жарким румянцем, Лота отрицательно покачала головой и поспешно пояснила:

— Эльфийскую одежду. Мужскую. Мне тяжело очень вот в этом всем.

И она выразительно указала на себя. Повелитель внимательно осмотрел предложенное, затем поднял глаза и со странным выражением уточнил:

— А вам кто-то запрещал? Эльфхиирские леди носят то, что хотят. Мужчины, впрочем, тоже. Но мало кто из мужчин склонен носить удлиненные туники. Вероятно, вас ввели в заблуждение парадные наряды — отбор невест праздник, потому леди и надевают парадные наряды. В повседневной жизни эльфийки предпочитают более удобные вещи.

Скользнув взглядом по цвету эльфийской аристократии, Лота устыдилась — даже сейчас среди женщин были те, кто носил штаны и тунику до колена. Но откуда ей было это знать?! Откуда?! От стыда принцессе хотелось провалиться сквозь землю. И, понимая, что терять уже нечего, она настойчиво произнесла:

— И все же мне необходимо ваше разрешение — в Нерисе женщины не могут носить мужскую одежду, если у них нет на это позволения. А я, все же, нерисска.

"Пусть думают, что я просто очень законопослушная и до оршери воспитанная", мрачно подумала Лота.

— Позволяю леди Шан Нейрин носить любую эльфхиирскую одежду, — не стал спорить Повелитель.

Лотанари присела в реверансе и отстраненно подумала, что было бы неплохо уже вернуться в свою комнату. Где Лима от души понасмешничает, но все равно, в итоге, утешит.

"Зато я правильно вспомнила этот обычай", подумала Лота и выпрямилась. "И вообще, завтра же вызову портного. Одежда по фигуре станет лучшим утешением, ведь мужчины не стесняются носить кожаные пояса".

— Первая церемония торжественного дарения Сто Четырнадцатого отбора невест завершена, — громко произнесла леди Глейрио.

Лорд Гилрин подхватил следом:

— Как следствие традиций, дары невест неприкосновенны — ни единая живая душа не коснется Астиции Зфельской, щедрого дара Нериса.

— Ави Эль, — с легким отвращением произнесла леди Дьердре и бросила за спину Лотанари короткий, колкий взгляд.

Эльфы хором повторили за белой леди:

— Ави Эль.

— Традиции предписывают нам с почтением и смирением принимать любые дары и благодарить за них с уважением и радостью. Эльфхиир благодарит Нерис за дар, — подытожил Повелитель и добавил, — доброй ночи.

Едва договорив, Идрис Эйлог Ллинос рассыпался золотистыми искорками, и Лотанари искренне восхитилась тем, сколько телепортационных заклятий ему известно.

Невзирая на то, что Повелитель исчез, эльфы расходиться не спешили. Леди Дьердре низко поклонилась принцессе Нериса, затем выпрямилась и воздела руки к небесам. В тот же момент синий огонь покинул чаши и, взлетев в вышину, расцветил небо яркими иллюзиями. Всего их было шесть, по числу невест.

«Судя по тому, что среди иллюзий есть мой герб и еще две одинаковых картинки — это гербы невест», подумала Лота и украдкой вздохнула. Скучать по родным было, рановато, но она все равно скучала.

— Эль Ави, — произнесли невесты, и в опустевших чашах вспыхнул рыжий огонь.

— А ты чего промолчала? — шепотом спросила Лима, когда эльфы начали расходиться.

— А я знала? — возмутилась Лотанари. — Это у эльфов отбор сто четырнадцатый, у меня он — первый. Драрх их знает, может леди Дьердре еще сто тринадцатый со сто двенадцатым застала.

— Для твоих конкуренток он тоже первый, но они знали, — поддела подругу лисица.

— Им бабушки рассказывали, — отмахнулась Лота.

Повернувшись к посаженному кустику, принцесса поразилась тому, как дивно он смотрится среди мощных и корней поющего древа. Погладив Астицию по бело-голубым цветкам, Лота щедро поделилась магией — чтобы не вздумал погибнуть! А то если эльфийский садовник будет игнорировать куст, то кто его знает? Вдруг дар Нериса будет «радовать» эльфийский взгляд мертвой метелкой?

— Берем лопаты и идем? — спросила Лима, когда поляна опустела окончательно. — Тебе не показалось, что Эйтин как-то странно на нас смотрела?

— Учитывая, что я чуть не выпросила личные штаны Повелителя — нормально она смотрела, — фыркнула Лотанари. — Думаешь, бросить лопаты прямо здесь будет невежливо?

— Думаю, что с нас могут за них спросить. С одной стороны, ты вроде бы невеста, а с другой — вдруг дефицит?

Лота согласно кивнула и, вздохнув, взяла лопату, бантик на которой уже развязался. Идя по опустевшему саду, принцесса надеялась только на подругу, поскольку даже Тилинь исчезла. Эльфы вообще как-то очень ловко растворились среди деревьев. Может, тоже владеют пространственной магией?

Но на самом деле Лоте было не так уж и интересно, куда подевались многочисленные зрители. Она прокручивала в голове свой короткий диалог с Повелителем и сгорала со стыда. Хотя даже в произошедшем ей удалось найти положительный момент: "Хорошо, что для меня все это политика, а не реальное желание победить любой ценой. Надо же так феерично опозориться. Зато я напомнила эльфийкам об этой традиции, и следующая невеста сможет попросить у Повелителя свидание. Так, глядишь, благодаря мне он по любви женится".

— Зря ты отказалась повелительские тряпки носить, — хмыкнула Лима. — Там золотое шитье и изумруды — обогатилась бы. Да и вообще, глядишь и подружились бы, пока портки делили.

— Лима, — укоризненно вздохнула Лотанари.

— Кстати, не ты ли мне говорила, что не каждая первая пришедшая в голову мысль — верная? И, погоди-погоди, ещё что-то умное было? О! Ты же говорила, что прежде чем что-то сказать, надо три раза подумать.

Так, до самых покоев, Лимаатрис припоминала подруге все ее нравоучения. На что Лота отмалчивалась или переводила тему разговора на прошлые косяки самой лисицы.

— Могла бы попросить, чтобы Повелитель приносил тебе завтрак в постель, — веселилась лисица. — А что? Если мерить деньгами, то это куда дешевле, чем плод поющего древа.

— Ха, это ты по себе меряешь? Не твое ли это было желание, когда наш староста трижды проиграл тебе в карты? — отбрила принцесса и решительно ступила на телепортационный круг. — Ты помнишь про три капли?