Бессердечное небо - Каролайн Пекхам

от моих когтей, я завыла на луну и почувствовала, как тьма внутри меня сгущается.

Тори

Я сражалась с яростью королевы, защищающей свое королевство, и силой монстра, рожденного, чтобы купаться в крови своих врагов. А врагов у меня чертовски много. Лайонел и Лавиния были только в начале очень длинного списка, и я даже не думала говорить о гребаных звездах.

Они наблюдают за нами, мерцая в идеально чистом небе, наслаждаясь зрелищем, пока Фейри, чьи судьбы они так неосторожно исказили своими желаниями, сражаются за свои жизни здесь, в грязи. Им все равно, кто здесь победит. Они пришли лишь посмотреть на резню, которую устроили.

Я сражалась с огнем и яростью, используя силу пламени, чтобы постоянно заряжать свою магию и пробивать огромные дыры в рядах наших врагов, но они все равно наступали на нас со всех сторон.

Нас застали врасплох, и поскольку наша армия все еще находилась в основном под землей, в туннелях, и лишь медленно пробивалась наверх, пополняя наши ряды, мы оказались в крайне невыгодном положении.

Мой взгляд остановился на Каталине и Хэмише, которые разрывали склон холма своей магией земли, освобождая все новых повстанцев из туннелей под землей и одновременно защищаясь от Гильдии Драконов, которые проносились над головами в своих измененных формах, стремясь сжечь нашу армию своим драконьим огнем еще до того, как они сумеют вступить в бой.

Снова и снова звучали тяжелые трещотки Нимф, заставляя магию внутри меня замирать в настойчивом ритме всякий раз, когда я приближалась к одной из них слишком близко, но мой пылающий меч уже был смочен кровью их сородичей, и все, кто ошибался, думая, что я могу сражаться только с помощью своей магии, убедились в обратном.

Огромная Нимфа, которая, казалось, возглавляла их ряды, все еще была в поле моего зрения, но она отошла подальше, направляясь к дальнему краю поля боя, где сражались Тиберийские Крысы во главе с Юджином Диппером.

Мое сердце восхищалось мужеством нашей армии, когда я увидела, как они сражаются вокруг меня, но все же численность последователей Лайонела была ужасающей.

Рев, не похожий ни на что, что я когда-либо слышала раньше, потряс землю у моих ног, и я повернулась направо, когда закричали повстанцы, пытаясь убежать от того, что вызвало этот звук.

Мои глаза расширились, когда я увидела источник их страха — огромное чудовище, рвущееся сквозь их ряды с теневыми когтями и бездушными кошмарными глазами. Он был размером с Монолирийского Медведя Оборотня и немного напоминал их род, его черная шерсть была мокрой от крови убитых им Фейри.

Я подняла руку с призывным криком, обращаясь к своему Фениксу, и красное и синее пламя зажглось в моем кулаке, нарастая и усиливаясь, пока я не выпустила его взрывом энергии, который чуть не сбил меня с ног.

Огненная птица вырвалась из моей руки и закричала своим жутко красивым голосом, чтобы все повстанцы услышали, укрепляя их боевой дух, когда она пронеслась над их головами и полетела прямо к теневому существу, которое пришло их уничтожить.

Чудовище подняло голову, когда огонь Феникса обрушился на него, его глаза обратились ко мне, в них блеснуло серебро, что почти заставило меня остановиться, так как по позвоночнику пробежала дрожь.

Моя атака врезалась в существо, и оно зарычало, когда его отбросило с ног, врезалось задом в ряды Нимф и раздавило их под собой, ломая костлявые конечности и заставляя их кричать от боли.

Я бросилась к нему, пока оно пыталось подняться, нахмурив брови, как оно выжило после этого удара. Я подняла меч и прокричала вызов.

Повстанцы попытались отойти в сторону, когда я бросилась на них, но я проигнорировала их, вскочила на ноги и с помощью магии воздуха пронеслась над их головами, взяла меч в обе руки и взмахнула им над собой, готовясь нанести убийственный удар.

Что-то врезалось в меня с силой автомобиля, и я сбилась с курса с болезненным ругательством, упав на землю под мощным телом и утратив хватку на мече, когда мы покатились по грязи.

Я выхватила клинок из бедра, уперлась коленом в землю, останавливая наше падение, и с размаху ударила кинжалом по шее противника, мои глаза тревожно расширились, когда я узнала Ориона.

В последнюю секунду мне удалось остановить атаку, кончик моего клинка задел угол его челюсти и заструилась кровь, когда я отдернула его и резко вдохнула.

— Твою мать, я чуть не убила тебя.

— Зверь — это Дарси, — рявкнул он, похоже, даже не заботясь о крови, которую я только что пустила у него. — Это проклятие. Лавиния заставила его проявиться в ней, и думаю, не в первый раз.

Я повернула голову и посмотрела сквозь толпу дерущихся тел на зверя, который снова поднялся на ноги, мои губы разомкнулись в ужасе, когда я поняла, что он сказал.

— Это она убивала тех Фейри в Берроузе? — Ахнула я, и Орион кивнул, когда я снова посмотрела на него.

— Думаю, да. Но я не думаю, что она понимала, что происходит. Кажется, она полностью потерялась под воздействием проклятия, раз уж оказалась в его власти. Я собираюсь увести ее отсюда. Ты должна выиграть эту битву, Тори. Ты должна привести их к победе.

Я сглотнула, принимая сказанное, и, поднявшись на ноги, подняла вокруг нас воздушный щит и протянула ему руку.

— Тогда без проблем, — выдавила я из себя, глядя на окружавшую нас резню.

— Ты сможешь, — сказал Орион, схватив меня за руку и заставив посмотреть в его глаза с серебряными кольцами, в которых было гораздо больше веры в меня, чем в себя, и я сглотнула.

— Пожалуйста, спаси ее, Лэнс, — вздохнула я, не зная, услышит ли он меня за бушующей битвой, но он твердо кивнул.

— Я сделаю все, что потребуется.

— Тебе нужно больше силы? — спросила я, когда зарычал зверь, и я снова посмотрела в его сторону, задаваясь вопросом, как, блядь, он планирует вытащить ее отсюда.

Его ответом стало острое жало клыков, вонзившихся в мою шею, и я стиснула зубы, крепче сжав меч. Мой взгляд снова упал на эту огромную Нимфу, когда он вновь обрел форму Фейри, и рычание вырвалось с моих губ, когда я узнала Алехандро.

— Не умирай, — приказал Орион, отпуская меня, и я в последний раз встретила его взгляд.

— Ты тоже. — Я сбросила щит, защищающий нас, и он бросился к Дарси, а я заставила себя позволить ему помочь ей без меня.