Воинственные фейри - Каролайн Пекхам

так быстро, как только могли, но Земляной Защитник оппозиции добрался до Элис и сбил ее с ног яростным столкновением, от которого они покатились по земле.

Я врезался в Огненного Защитника как раз перед тем, как он расправился с Габриэлем, и что-то хрустнуло подо мной в его теле, когда я прижал его к земле. Я даже не услышал этого, когда мой взгляд снова остановился на Элис, зажатой под Земляным Защитником. Она должна была встать. Прямо сейчас, блядь, пока не закончился счет и она не выбыла из раунда.

— Бегите к Элис! — крикнул я всем, кто был достаточно близко, чтобы услышать меня.

Итан внезапно оказался рядом, его рубашка была разорвана сзади, и кровь стекала по коже, когда он упал на Земляного и оторвал его от Элис. Через полсекунды один из Хранителей Ямы поджег Итана, и он закричал, упал на землю и стал кататься, чтобы потушить пламя, явно перестав прибегать к магии воды. Элис уже бросилась бежать к Яме, когда я встал, а парень подо мной уполз с поля. Данте и Габриэль тоже были в ауте, и когда я мысленно подсчитал, сколько членов команды выбыло, я понял, что мы все еще в чертовой ничьей. Нам нужна была эта чертова Яма.

— Давай, Элис! — крикнул я, и скандирование подхватила вся наша школа, когда она понеслась по полю.

У меня почти не осталось магии, но то немногое, что у меня было, я направил на Хранителей Ямы, и вокруг них вспыхнул огонь. Один из них упал на землю, чтобы избежать огня, но другой погасил пламя и побежал на перехват Элис, вскинув руки, но магии не последовало. Ха!

Элис ударила его прямо в лицо, повалив на землю, после чего подбежала к краю Ямы и запустила мяч в ее глубины.

— Академия Авроры — победители! — голос Вошера заполнил весь стадион, и я был в оцепенении целых две секунды, прежде чем сорвал с себя футболку и побежал за своей девочкой.

Я погрузился с ней в безумный, страстный поцелуй, прежде чем остальная часть моей команды столкнулась с нами, и мы все упали в собачью кучу, смеясь, ликуя и празднуя. Мое сердце колотилось как бешеное, и у меня был самый большой победный стояк в жизни.

Райдер хлопнул меня рукой по спине, и мне удалось перевернуться, обняв его.

— Мурлыкни для меня, Шрам, — попросил я, и он закатил глаза, используя свой змеиный хрип, чтобы создать низкое урчание в горле, и я еще крепче сжал его за это. Это было так великолепно, должно быть, он тайно практиковался.

Данте был так взволнован, что нас всех начало бить током, и нам пришлось быстро встать и отойти от него, пока он бежал навстречу Оскурам, которые высыпались на поле, половина из них рвала на себе одежду, пока профессора Зодиака пытались восстановить порядок.

— Мы сделали это, Лео! — Элис снова бросилась ко мне, и я крепко обнял ее, уткнувшись в ее голову и впитывая каждую идеальную секунду этого момента.

— Мистер Найт, мисс Каллисто? — позвал кто-то, и мы переглянулись, обнаружив мужчину в строгом костюме, который улыбался нам.

Мое сердце упало из груди в желудок, а затем закружилось там в водовороте. Это был Гай Веллиос. Гребаный председатель всей этой гребаной Лиги. Он протянул нам руку, и я рванулся вперед, схватив ее в свою и притянул его поближе, чтобы облизать его лицо.

— Лео! — Элис вскрикнула, но Гай только рассмеялся, отступая назад и протягивая руку ей.

— Все в порядке, — сказал он, пожимая ее руку. — Я невероятно впечатлен вами обоими, мы наблюдали за вами довольно долгое время.

Я подавил визг, прижав руку ко рту и уставившись на него немигающим взглядом.

— Если вы согласны, мы бы с удовольствием поговорили с вами о возможности вашего вступления в Лигу. В некоторых крупных командах открылось несколько мест, и мы бы хотели, чтобы вы оба попробовали свои силы, — он протянул каждому из нас блестящую серебряную визитку, и я уставился на нее, потеряв дар речи.

— С удовольствием, — Элис толкнула меня локтем, и я начал кивать, не в силах вымолвить ни слова, когда он снова улыбнулся и направился прочь через поле.

Мой взгляд упал на Ориона, который наблюдал за происходящим с таким видом, будто мы только что забили его мать камнями до смерти, и мое сердце на мгновение сжалось от чувства вины.

Элис поймала мою руку, повернув меня к себе, и ухмылка снова расплылась по моему лицу, когда я попал в плен ее глаз.

— Ты сделал это, Лео. Ты привел нас сюда, — с трепетом произнесла она.

— Я не смог бы сделать это без тебя, маленький монстр, — я провел большим пальцем по ее грязной щеке, когда на поле началась вечеринка, а Оскуры начали петь какую-то старую песню на фаэтанском.

Это был самый невероятный момент, ни единой частички тьмы не было в нашем мире в этот момент.

Чистое счастье лилось от Элис и моих мускулистых, грязных Львиц, и это было самое блаженное ощущение в моей жизни. Каким-то образом моя ленивая задница превратилась в человека, способного создать целый Прайд, выиграть турнир академии по питболу и невероятным образом пленить сердце этого совершенного существа, стоящего передо мной. И я понял, что, возможно, я годами мечтал о том, чтобы мечта о питболе сбылась, но моя самая настоящая мечта стояла прямо передо мной. И я никогда не отпущу ее.

60. Элис

ЕЩЕ ТРИ ГОДА СПУСТЯ…

С лужайки за окном до меня доносился шум толпы, достаточной для того, чтобы заполнить чертовски большой рок-концерт, а пьянящий аромат летних цветов доносился с ветерком и трепал мое длинное сиреневое свадебное платье по ногам.

— Ради любви к луне! — выругалась Бьянка сквозь булавки, зажатые между ее губ, когда она зацепила ткань и продолжила последние корректировки.

— Оно и так выглядит идеально, тетя, — простонала Роза, опускаясь обратно на кровать, взъерошивая бледно-розовое платье подружки невесты и заставляя Бьянку ругаться еще громче. — Кроме того, ты же знаешь, что Данте и остальные не позволят ей оставаться в нем дольше пяти минут после церемонии.

— Закрой свой рот, капризный щенок! — взвизгнула Бьянка, махнув рукой в сторону Розали и направив к ней лозу, чтобы поставить ее на ноги.

— Тебе лучше поберечься, тетя — когда я Пробужусь, я буду использовать свою магию земли, чтобы поднимать тебя с ног, когда захочу, в отместку за все эти издевательства! — жаловалась Розали, а я смеялась.

— Кто-нибудь