Лиза Смит - Колдовской свет

— Ты спас нашу дочь, — растроганно произнесла мать Джейми. — Не знаю, как благодарить тебя.

Гален покачал головой:

— На моем месте так поступил бы каждый.

Миссис Эштон-Хьюз улыбнулась в ответ, а потом посмотрела на Илиану:

— Джейми надеется, что твоя рука скоро заживет. Она хотела узнать, придешь ли ты к нам на день рождения в субботу.

Илиана на миг растерялась, будто совсем забыла про вечеринку, но тут же просияла:

— Да, передайте Джейми, что я приду. А она к тому времени вернется домой?

— Думаю, да. Врач говорит, что ее можно будет забрать домой уже завтра, но еще несколько дней придется полежать. А сама Джейми заявила, что ни в коем случае не пропустит такой праздник.

Илиана ласково улыбнулась.

Когда они вернулись домой, уже наступил вечер. Все устали, особенно малыш, а Илиана даже заснула в машине.

Мистер Доминик торопливо шел им навстречу. Это был мужчина среднего роста, темноволосый, в очках. Он выглядел встревоженным и вопросительно вглядывался в лицо жены. Миссис Доминик коротко объяснила ему, что случилось.

Илиану в дом отнес Гален.

Она даже не проснулась. И неудивительно: врач дал ей обезболивающее, к тому же предыдущую ночь она почти не спала. Она лежала на руках Галена как доверчивый ребенок, привалившись головой к его плечу.

"Они прекрасно подходят друг другу, — опять подумала Келлер. — Как две половинки целого».

Уинни и Нисса заторопились наверх — приготовить постель Илианы. Гален бережно положил ее на кровать и, выпрямившись, засмотрелся на нее. Прядь серебристых волос легла на щеку девушки, и он осторожно отвел ее в сторону. Этот жест сказал Келлер больше, чем любые слова.

«Гален все понимает, — думала она, — он видел, как Илиана смотрела на него. Как восхитилась, вдруг обнаружив, что он смел, заботлив и внимателен. Гален понял, что она порезала руку, пытаясь спасти Джейми, что люди любят Илиану, потому что она любит их. Илиана просто не способна быть мелочной и мстительной, она никогда и никому не желала зла. Все это Гален разглядел в ней».

Вошла миссис Доминик, чтобы раздеть Илиану. Гален удалился. Келлер жестом велела Ниссе и Уинни остаться в спальне, а сама последовала за Галеном. Пытаясь быть спокойной, она произнесла:

— Мы можем поговорить?

В доме царила такая суета, что их исчезновения никто не заметил. Они опять оказались в библиотеке. Келлер закрыла дверь и повернулась лицом к Галену.

Включать свет она не стала — за окном было еще светло. Впрочем, свет ей был не нужен. Оборотни отлично видят в темноте. К тому же Келлер не хотелось, чтобы Гален видел ее лицо.

Он встал у окна, последние лучи заходящего солнца позолотили его волосы. Келлер заметила его тревогу и неуверенность.

— Келлер… — начал он.

Она подняла руку, останавливая его.

— Подожди, Гален, сначала я хочу сказать: ты ничего не должен мне объяснять. — Келлер с трудом перевела дыхание. — Послушай, то, что случилось сегодня утром, было ошибкой. По-моему, теперь мы оба это поняли.

— Келлер…

— Мне жаль, что я была так резка с тобой. Но дело не в этом, а в том, что все наконец разрешилось.

— Вот как? — Он вдруг приуныл.

— Да, — подтвердила Келлер. — И тебе незачем делать вид, будто ты этого не понял. Илиана тебе нравится. И она к тебе неравнодушна. Ты собираешься это отрицать?

Гален повернулся к окну. Он помрачнел еще больше, казался подавленным.

— Да, она мне небезразлична, — с расстановкой произнес он, — и отрицать это я не стану. Но…

— Никаких «но»! Это отлично, Гален. Так и должно быть, ради этого мы и приехали сюда, верно?

Он с несчастным видом переступал с ноги на ногу.

— Пожалуй, да. Но…

— И благодаря этому мир будет спасен, — заключила Келлер.

Последовала длинная пауза. Голова Галена поникла.

— У нас появился шанс, — продолжала Келлер. — Теперь мы сможем убедить Илиану явиться на церемонию Солнцестояния — надо только заставить ее забыть о дурацкой вечеринке. Я не предлагаю играть на чувствах девушки. Надеюсь, что это не понадобится. Она теперь согласится обручиться с тобой.

Гален не ответил.

— Вот и все, что я хотела сказать. И еще: если ты чувствуешь себя виноватым из-за… минутной глупости, ошибки, значит, больше я никогда не заговорю с тобой.

Он вскинул голову:

— Ты считаешь это ошибкой?

— Да. Разумеется.

Он резко повернулся и взял ее за плечи. Его пальцы сжались, он неотрывно смотрел в глаза Келлер, словно хотел заглянуть ей в душу.

— Ты и вправду так думаешь?

— Гален, перестань беспокоиться обо мне. — Она дернула плечами, стараясь сбросить его руки. — У меня все хорошо. И получилось так, как было задумано. Больше об этом незачем говорить.

Он лишь вздохнул и снова отвернулся к окну. Келлер так и не поняла, был ли это горестный вздох или вздох облегчения.

— Постарайся уговорить ее прийти на церемонию. Это будет нетрудно, — добавила она.

Последовала еще одна пауза. Келлер пыталась понять, что чувствует в эту минуту Гален, но не смогла.

— Так ты сделаешь это? — наконец спросила она.

— Да. Постараюсь.

Больше он ничего не сказал. Келлер направилась к двери, но, сделав несколько шагов, обернулась.

— Спасибо, — тихо произнесла она.

На самом деле это слово значило «прощай», и Гален все понял.

Она уже думала, что он отмолчится, но Гален вдруг прошептал:

— Спасибо тебе, Келлер.

Келлер не поняла, за что он ее благодарит, и не хотела задумываться об этом. Она бесшумно выскользнула из комнаты.

Глава 11

— Что с ней? — спросила Келлер, выходя из ванной и вытирая волосы.

— Заболела, — объяснила Уинни. — Насморк, небольшая температура. Кажется, простудилась. Мама не пустила ее в школу.

«Значит, нам опять повезло, — заключила Келлер. — Охранять Илиану дома будет проще».

Уинни и Нисса провели ночь в комнате Илианы, а Келлер, которую уложили на диване в гостиной, спала урывками, то и дело вскакивая и тихо обходя дом. Галена она попросила остаться в комнате для гостей, и он согласился.

— Нам предстоит спокойный день, — сообщила Келлер Уинни. — Все отлично, лишь бы к субботе она поправилась.

Уинни скорчила гримаску.

— В чем дело?

— Лучше поговори с ней сама.

— О чем?

— Сходи к ней и узнай. Она хочет видеть тебя.

Келлер направилась в комнату Илианы, бросив через плечо:

— Не забудь проверить защиту.

— Я помню, босс.

Илиана, хрупкая и, как всегда, красивая, сидела в постели, одетая в ночную рубашку с оборочками, завязанную у ворота лентой, пропущенной через кружево. Ее щеки раскраснелись от жара.