Элизабет Чандлер - Ангел-хранитель

Айви вернулась в машину и поехала вперед. Она чувствовала, как усиливающийся ветер раскачивает ее машину. Остатки светлого неба над головой стремительно исчезали в пасти черных туч.

Резко затормозив перед двумя домами, Айви вытащила из машины коробку и, пригибаясь от ветра, пошла на разведку. К обоим домам вели одинаковые каменные лестницы. Обе лестницы были обсажены цветами.

Подумав немного, Айви наугад выбрала одну из лестниц, но не успела пробежать мимо первого горшка с растениями, как его опрокинуло ветром, и он с грохотом разбился у нее за спиной. Айви вскрикнула от страха, и тут же нервно рассмеялась.

Добравшись до площадки, она еще раз посмотрела на оба дома. 528 и 530 — выбирай любой. За домом 528 стояла машина, почти скрытая кустами, — значит, в доме кто-то есть. Затем Айви заметила в большом окне дома 528 чью-то фигуру — ей показалось, будто кто-то смотрит на нее через стекло, хотя она не могла разглядеть, мужчина это или женщина, машут ей рукой или нет. Она увидела только смутный силуэт за стеклом, превращенном грозой в хаотичный коллаж из колышущихся веток, озаренных вспышками молний.

Айви бегом бросилась к дому. Фигура в окне исчезла. В тот же миг ярко вспыхнуло крыльцо дома номер 530. Решетчатая дверь загрохотала на ветру.

— Айви? Айви? — прокричала женщина из-за двери.

— Да!!

Айви взлетела на крыльцо, вручила коробку и помчалась к своей машине. И тут небеса разверзлись, обрушив на землю потоки дождя. Ну что ж, Тристан уже не раз видел ее вымокшей до нитки.

Айви, Грегори и Эндрю сильно опоздали, поэтому Мэгги была вся на нервах. Зато Филипп даже не заметил их отсутствия. Вместе с Тристаном и своим новым школьным приятелем Сэмми он играл в новую видеоигру — один из многочисленных подарков, которыми завалил его Эндрю на день рождения.

Тристан с улыбкой посмотрел на промокшую Айви.

— Все-таки хорошо, что я научил тебя плавать, — сказал он, вставая, чтобы поцеловать ее.

Вода капала с Айви на паркет.

— Я тебя промочу, — предупредила она.

Тристан крепко обнял ее и привлек к себе.

— Я высохну, — шепнул он. — И еще мне нравится дразнить Филиппа.

— Фу! — завопил Филипп, словно услышав его слова.

— Гадость! — поддержал его Сэмми.

Айви и Тристан еще крепче вцепились друг в друга и расхохотались. Потом Айви побежала наверх, чтобы переодеться и выжать волосы. Она торопливо накрасила губы, и решила обойтись без макияжа — глаза у нее и так сияли, а щеки пылали румянцем. Порывшись в коробке с украшениями, она достала сережки, а потом вихрем сбежала вниз по лестнице и успела как раз к тому моменту, когда Филипп начал разворачивать подарки.

— Гляди, она нацепила свои павлиньи сережки, — доверительно сказал Филипп Тристану, когда Айви уселась за стол напротив них.

— Вот беда! — покачал головой Тристан. — А я, как назло, забыл свои морковные затычки для ушей.

— И креветочные хвостики, — захихикал Филипп. Айви даже не знала, кто в этот момент был счастливее — она или Филипп. Но она знала, что Грегори сейчас не до веселья. У него была очень тяжелая неделя, он как-то признался ей, что все еще тревожится за свою мать, хотя не может сказать почему.

В последнее время Грегори почти не разговаривал с отцом. Мэгги, как могла, пыталась разговорить пасынка, но все ее попытки разбивались о стену его замкнутости.

Вздохнув, Айви повернулась к Грегори.

— Как здорово ты придумал подарить ему билеты на матч «Янки»! Филипп был так счастлив этому подарку!

— Он выбрал довольно оригинальный способ продемонстрировать это.

Это была правда. Филипп очень вежливо поблагодарил Грегори и тут же с радостным визгом запрыгал по комнате, увидев принесенный Тристаном старый номер «Спорт Иллюстрейтэд», открытый на развороте с фотографией Дона Мэттингли.

За праздничным ужином Айви все время пыталась вовлечь Грегори в разговор. Тристан тоже пытался поговорить с ним о спорте и машинах, но каждый раз получал в ответ сдержанные, односложные реплики. Айви видела, что Эндрю раздражен поведением сына, хотя Тристан ни разу не показал досады.

Генри, старый повар Эндрю — получивший расчет сразу после свадьбы, но с извинениями принятый обратно после шести недель кулинарных подвигов Мэгги — приготовил для них изысканный ужин. Но Мэгги настояла на том, чтобы собственноручно испечь именинный торт для сына, и вот теперь Генри, страдальчески закатив глаза к потолку, внес в столовую тяжелое, кривобокое сооружение, неряшливо политое растопленным шоколадом.

— Ура! Мой домашний торт! — просиял Филипп. Девять свечей, расставленных по разным углам торта, утопали в жирной, комковатой шоколадной глазури. Их тут же зажгли, и гости хором спели песню для Филиппа. Когда отзвучал последний куплет, раздался звонок в дверь. Эндрю нахмурился и встал из-за стола.

С того места, где сидела Айви, ей была видна вся прихожая. Двое полицейских, мужчина и женщина, вошли в дом и что-то негромко сказали Эндрю. Грегори наклонился к Айви, чтобы видеть, что происходит.

— Как ты думаешь, что случилось? — шепотом спросила Айви.

— Наверное, какие-то проблемы в колледже, — хмыкнул Грегори.

Тристан, сидевший напротив, вопросительно посмотрел на Айви, но она пожала плечами. Ее мать, ничего не знавшая о случившемся, продолжала радостно резать торт.

И тут в комнату вошел Эндрю.

— Мэгги… — Должно быть, она прочла что-то в его глазах, потому что вдруг выронила нож и бросилась к мужу. Эндрю взял ее за руку.

— Грегори, Айви, я прошу вас пройти с нами в библиотеку. Тристан, ты не мог бы остаться здесь, с мальчиками? — попросил он.

Офицеры терпеливо ждали в коридоре. Эндрю, не проронив ни слова, провел всех в библиотеку. Айви догадалась, что случилось нечто серьезное. Если бы дело касалось колледжа, Эндрю вряд ли пригласил бы на разговор ее и Грегори.

Когда все расселись, Эндрю сказал:

— Мне трудно говорить об этом, я не знаю, как начать… Грегори, твоя мать умерла.

— О, нет! — еле слышно охнула Мэгги.

Айви быстро повернулась к Грегори. Он сидел неподвижно, не сводя глаз с отца, и молчал.

— Сегодня, около половины шестого вечера в полицию поступил анонимный звонок о том, что кому-то требуется помощь по адресу, где проживала твоя мать. Когда полицейские прибыли на место, они нашли ее мертвой, с огнестрельным ранением в голову.

Грегори даже бровью не повел. Айви дотронулась до его руки. Она была холодна, как лед.

— Полиция хочет знать… Им нужно… Этого требует стандартная процедура… — запинаясь, проговорил Эндрю. Потом умоляюще повернулся к полицейским: — Может быть, теперь вы возьмете слово?